активности палестинских политических сил. Самой организованной структурой, выступавшей под лозунгами светского национализма, явилось Арабское националистическое движение. Состоящее в основном из палестинцев, это движение со времени своего создания в 1951 г. ушло в подполье и приобрело «нассеристскую» ориентацию. Вообще, в организационном плане палестинцы ассоциировались с тем или иным политическим течением в арабском мире. Так, на Западном берегу реки Иордан, находящемся под управлением Иордании, режим поддерживался в основном средним классом. Обитатели лагерей для беженцев по всему Ближнему Востоку, особенно в Секторе Газы, симпатизировали идеям «Братьев- мусульман». Это движение, традиционно делающее ставку на мобилизацию посредством социальных программ, узаконивало «джихад» в качестве метода политической борьбы. При отсутствии какой-либо иной потенциально эффективной стратегии и, невзирая на отсутствие четко сформулированной политической программы, военизированный аспект радикального ислама привлекал многих палестинских активистов, особенно из бедных слоев сообществ, проживавших в лагерях для беженцев.
Палестинские партии и движения, таким образом, отличались не только численностью, но и политико-страновой ориентацией, отражавшейся в их идеологических платформах. Это было связано с тем, что лагеря палестинских беженцев, образовавшихся в результате раздела Палестины и первой арабо-израильской войны, оказались распределены между территориями различных стран. А первые национальные партии и движения создавались при поддержке и с ориентацией на те арабские режимы, в которых они располагались. Следовательно, результатом развития событий в Палестине в конце 1940–1950-х гг. стало «разведение» во времени и пространстве процессов эволюции местной экономической элиты, с одной стороны, и формирования политического руководства палестинским национально-освободительным движением – с другой.
Жители Западного берега реки Иордан в 1950 г. приняли участие в выборах в парламент Иордании. Этот орган был сформирован с равным представительством от Западного и Восточного берегов реки Иордан (по 20 депутатов). На 20 мест для палестинцев претендовало более 60 кандидатов, притом иорданские власти запретили многим палестинцам участвовать в выборах[184].
Таким образом, институциональное оформление палестинской политической системы к середине XX в. определялось наличием представительных институтов власти, специфика которых обусловливалась территориальным рассеиванием палестинского сообщества, военным положением и отсутствием национальных централизованных органов власти. Несмотря на номинальный характер представительных институтов власти, они имели большое значение для тех палестинцев, которые впервые в своей истории получили выборный политический орган и реализовали свое прямое избирательное право в современном смысле этого слова. Сам факт функционирования выборного института власти нивелировал его слабозаметную роль в палестинском политическом процессе и свидетельствовал о том, что практика представительства на палестинских территориях уходит корнями в историю палестинского движения сопротивления, в предысторию создания ООП.
2.2. Институциональное оформление Организации освобождения Палестины – на пути к независимому палестинскому государству (1964–1993 гг.)
В первой половине 1950-х гг. палестинцы начинают расставаться с иллюзиями относительно перспектив решения своей проблемы силами арабских держав либо исламистских стратегических платформ. Борьба египетского президента Гамаля Абдель Насера с исламистами в 1954 г. вынудила последних сконцентрироваться на социальной сфере. Панарабизм Насера сдавал свои позиции в деле разрешения палестинской проблемы, к тому же повышалась степень политического сознания самих палестинцев. Кроме того, Насер сам продвигал идею национальной обособленности палестинского народа и объявлял о существовании Палестинской общности, способствуя формированию в Секторе Газы палестинских органов власти (Палестинского национального совета). «Созревание» политического сознания сопровождалось быстрой трансформацией палестинского общества из аграрного в общество мелкой буржуазии и рабочего класса[185]. Новые социальные слои не могли трансформировать свой экономический потенциал в сферу политики. В общем и целом ограниченный по масштабу размах деятельности различных палестинских организаций отражал настроения политической беспомощности, царившей среди палестинских беженцев в арабском мире.
В палестинском обществе все более утверждалась идея о том, чтобы в процессе освободительной борьбы опираться исключительно на свои силы. В этот период возникают такие организации как Профсоюз палестинских студентов, Профсоюз палестинских рабочих, Профсоюз палестинских женщин и др. Не без влияния алжирского Фронта национального освобождения палестинская проблема все более начинала восприниматься делом самих палестинцев[186]. Идея «Палестина – в первую очередь» утверждала концептуализацию палестинской проблемы как скорее аспекта национального самоопределения, нежели межгосударственного конфликта.
Помимо Египта, изначально игравшего заметную роль в палестинском национальном движении и становлении палестинских институтов власти, Иордания была не менее заинтересована в том, чтобы обладать правом представительства палестинцев на международной и региональной арене. Таким образом, набор факторов предопределил создание Организации освобождения Палестины и ее политических институтов. При этом, по замыслу Насера, ООП, выступавшая на международной арене от имени палестинцев, должна была оставаться под полным контролем египетского правительства[187]. Одновременно король Иордании Хусейн получил от председателя ООП обещание, что эта организация никогда не будет претендовать на власть на Западном берегу реки Иордан и угрожать стабильности Иордании и правящей королевской семье[188], которое тем не менее было нарушено последующими событиями. С момента аннексии Западного берега реки Иордан в 1950 г. палестинский вопрос являлся постоянным дестабилизирующим фактором для властей Иордании. На протяжении многих лет палестинцы находились в оппозиции к правящему иорданскому абсолютистскому монархическому режиму, требовали уравнивания в правах с остальными гражданами страны и пропорционального участия в политическом процессе. Невозможность добиться от правительства Хусейна решения своих проблем в дальнейшем лишь способствовала росту влияния ООП среди иорданских палестинцев [189].
Король Иордании Хусейн принял самое активное участие в формировании законодательного органа ООП – Палестинского национального совета, обеспечив своим сторонникам абсолютное большинство: из 391 делегата 216 принадлежали к лагерю Хусейна. Дело в том, что в условиях израильской оккупации и пребывания палестинских лидеров в изгнании проведение выборов не представлялось возможным. Поэтому первый состав Совета, собравшийся 28 мая 1964 г. в Иерусалиме[190], был избран подготовительным комитетом[191] путем утверждения списков.
Делегаты I съезда ПНС не только сформировали основные институты ООП, но и приняли Палестинскую национальную хартию и Устав ООП, который был аналогичен подобным документам независимых арабских государств[192]. После Шестидневной войны 1967 г. в основной вариант хартии, составленный А. Шукейри, были внесены поправки, в результате которых основные положения этого документа приобрели более воинственный характер[193]. Неотъемлемой частью документа является карта Палестины, включающая всю территорию современного Израиля (за исключением Голанских высот) без «зеленой линии»[194].
Вообще, отношение к ООП арабских стран и мирового сообщества было противоречивым. Изначально лидеры арабских государств корыстно рассчитывали с помощью ООП, помимо нанесения максимального вреда Израилю и политическому режиму Иордании, установить контроль над множеством различных палестинских групп сопротивления[195]. Организация во главе с Ахмадом Шукейри рассматривалась в качестве инструмента панарабского национализма. Как бы там ни было, о серьезности намерений поставленных перед ней задач свидетельствовала речь новоизбранного председателя Исполкома ООП: «Народ Палестины
