человек был на специальной должности. А служебные обязанности по этой должности были возить в Москву взятки. В Москву! Там миллионные взятки. Я считаю, что именно в этом и есть беда всей нашей элиты. Они всегда считали и считают, что всё можно решить за деньги. Это гнусно, цинично и противно. И потом они уже даже не задумываются ни о чём, просто дают тупо лавэ. Вот это я точно знаю, платят все, все дают и тому подобное. Вот ну раньше такого, конечно… не было. Брать-то брали, конечно, ну и решали вопросы. Конечно, это всегда было, ну, это сущность человеческая, во все времена так было. Но отношение было другое. И вот это для меня самое противное, что надо было брать из того времени самое лучшее, вот взять из советского самое лучшее, а самое говно там в прошлом и оставить. Но так, к сожалению, не бывает.
– Да, всё у тебя другое… А бывали случаи, когда взяткополучатели кидали и не выполняли свое обещание…
– Это постоянно, такое часто бывает.
– Постоянно?!
– Да, конечно, смотри, это целая схема. Это целая схема, причем этими делами занимался тот самый Салимов. Вот этот вот, сука, наркополицейский! Наркомусор, начальник ОБНОН в Чкаловском РУВД. Этим и сейчас многие занимаются. Правда, сейчас больше адвокаты этим занимаются. Вон у Ройзмана, вот этот хрен-то адвокат Шумилов. Вот он этим и занимается. Именно этим и занимается. То есть, ну, этим занимались всегда. И потом – ты же не побежишь, допустим, орать: «Вот я вам дал взятку, а вы меня швырнули!» Но были такие случаи, когда цыгане, ■■■■■■, там у них был адвокат, я уже фамилию не помню, известный. Ему принесли…
Он зарядил денег весьма приличную сумму, обещал, что отмажет. Цыгану дали двенадцать лет. Его потом цыгане поймали и выдернули плоскогубцами все золотые зубы. Выдирали прямо ему без наркоза, без ничего выдернули, нахрен. Ну, то есть вернули деньги вот так. А это целая схема. Ты чего?! В Москве до сих пор так работают и всегда так работали, и у нас так же работали. Тебе рассказывают, что то-то, то-то, то-то, – и ты даешь взятку, а потом тебя швыряют. Ну, это издержки производства.
А что, у нас вон в бегах этот, Латынский! Он же тоже дал следователю денег, причем он, знаешь, как в том анекдоте: поймали туземцы француза, американца и хохла. И говорят: «Вот на выбор. Либо ■■■■■■■■■■, либо жри говно, либо пятнадцать тысяч долларов и идите». Француз говорит: «Да, я и так дырявый». Ну, ■■■■■■■■■■, отпустили. Американец говорит: «Пятнашку держите». Хохол: «Давайте, ■■■■■■■■■■. Ой, больно. Давайте говно. Ой, не вкусно. Держите пятнашку!» Вот. Этот также, ему зарядили за дело два миллиона. Он дал миллион двести тысяч. Потом написал заявление о взятке, в общем, начал играть в эти игры. И оконцовка: ему дали девять лет – и он в бегах уже пять. То есть, он и деньги потратил, и проблем нажил. И вот он в бегах, и, до кучи, заочно приговорен к девяти годам лишения свободы по 147 УК РФ.
– А вот за бегство ему что-то тоже добавят…
– Ну ещё поймать надо. Там, видишь, какая система, чтобы ты понимал, человек должен «выбежать» максимальный срок по данному делу. Вот допустим, за мошенничество, есть статья – двенадцать лет максимально. Он этот срок пробегал, а затем приходит и говорит: «Всё, вот он я». И его должны освободить. Вот, такой закон.
– То есть от правосудия можно еще прятаться, да?
– Нужно.
– Почему?
– Ну, если у тебя есть возможность убежать и не сидеть.
– Он же прячется где-то за границей? Я думаю.
– Да здесь он бегает. Его же видят постоянно. И он, знаешь, неуловимый только потому, что нахрен никому не нужен. Он не интересен. Там дело такое, – ну да, было, но чтобы искать, упираться? У них там миллиардные дела, а никого не ищут. А тут какая-то херня, там, в прошедшем, там какие-то ТСЖ, да? Причем он-то попал на том, что они дали взятку в администрацию, – и там уже начали крутить-мутить. И их туда в эту схему вплели, ну, говно, выеденного яйца не стоит. Там всех дел-то на два миллиона рублей.
– А можно вопрос? А чем закончили все фигуранты расследований фонда? Барыги эти?!
– В смысле? А, эти! Да все они сидели, да не по разу. Что там? Они же тупые. Они просто тупые. Они сидят, да не по разу. Они выходят и думают: «Сейчас я буду умнее». Их опять приплетают. Они снова выходят и снова… Там у нас были цыгане тупые, которых по четыре раза садили. Вот, фонду уже вон сколько лет, да? Они по четыре раза умудрялись сесть в нашем ведении. Вот, например, Танька Морозовская (известная екатеринбургская наркоторговка) вышла.
Мне звонит девочка буквально дня три назад и говорит: «Чего там по Таньке, что-то слышно?» Я говорю: «Ничего не слышно». А она говорит: «Там вроде у нее Стефан Морозовский, сын её, вроде тоже прилип. Что-то знаете?» Я говорю: «Нет». Я говорю: «Выплывет». «А мы, – говорит: – ей поднасрали, у нее была компания по перевозкам, ну то есть транспортная компания. Она вышла и сразу замутила». Ну, деньги есть у неё в загашнике. Её пошвыряли там тоже за всё, дом, например, отобрали. Причем, отобрал Женя Глаз. А потом и ему дали двенадцать лет, и он сдал там людей по Кантееву, он шел с ними по делу. Очень такой модный преступник-бандит. А недавно он преставился. Вот. И, значит, она открыла вот эту транспортную компанию. И у меня есть мнение, что могла она с кем-то заниматься какими-то перевозками нелегальными, да? Вполне. Так вот, есть транспортная компания, которая привезла-увезла, и ей насрать, что везти. Ей сдали, она приняла, отвезла. Поэтому вот у Таньки была такая компания.
И вот эта девочка: «Мы, – говорит: – взяли и написали статью о ней». И у неё рухнула компания, не стали люди с ней работать. Я говорю: «Молодцы». Вот, ну судьба у них, не позавидуешь… Червоня сдох, это брат мужа Таньки Морозовской. Червоня, был такой перец!… То есть у них судьба незавидная. А потом они, когда уже сейчас все выходят, они уже не «в схеме». Цыгане уже не торгуют, им тяжело работать с интернетом. Это не их дело. Все они выпали. Выпали, всё, их нет. Пыль космическая.
– То есть, сейчас главная наркосреда – интернет?
– Давно. Давно.
– А с какого времени
