горле зародилось одобрительное рычание. — Твоя аппетитная попка занимала мои мысли гораздо чаще, чем я хотел бы признать.
— Я не знала, что ты можешь разглядеть их под таким углом.
— О, я и не могу. И это была самая восхитительная пытка, которую я когда-либо испытывал, — последняя пуговица расстегнулась, и он расправил полы рубашки в стороны. — Распусти волосы, мой цветок.
Не сводя глаз с его груди, Саманта протянула руку и развязала резинку для волос. Ее длинные каштановые пряди каскадом рассыпались по плечам. Она покачала головой, позволяя локонам улечься.
— Ах, моя пара, как же так получается, что ты становишься красивее с каждым днем? — прохрипел Аркантус. Его член напрягся внутри щели, пульсируя глубокой болью.
Ее щеки вспыхнули.
— Ты заставляешь меня чувствовать все это.
— Все, что я когда-либо делал — это указывал на то, что было всегда, — он снял рубашку, позволив ей растечься по кровати позади, когда его взгляд упал на нежные изгибы ее грудей. — Позволь мне увидеть больше этой красоты.
Саманта опустила глаза и заломила руки.
— Я… Я никогда раньше этого не делала, Арк.
— Возможно, и нет, но мы делали гораздо большее вместе, — он наклонился ближе к голокомму. — Посмотри на меня, Саманта.
Она встретила его взгляд без колебаний.
— Я бы никогда не заставил тебя делать то, что тебе неприятно, — он протянул руку, чтобы провести тыльной стороной пальцев по ее щекам. Когда они прошли сквозь голограмму, он сжал руку в кулак и опустил ее. То, что он не мог утешить ее чем-то таким простым, как прикосновение, приводило в бешенство. — Со мной ты в безопасности. Ты ведь знаешь это, верно?
Она кивнула, ее глаза заблестели от эмоций.
— Да.
— Я всегда буду ждать, когда ты сделаешь шаг навстречу. Хотя мы далеко друг от друга, я здесь, с тобой. Эти мгновения принадлежат нам, и только мы определяем, что и как должно быть. И я хочу провести это время только с тобой. Мне все равно как.
— Арк… — Сэм нахмурилась и схватилась за лямку майки. — Не то чтобы мне было неудобно. Я хочу сделать это с тобой. Это просто что-то новенькое, и я… Я нервничаю. Нервничаю, что все будет не так, как ты ожидаешь, что у меня ничего не получится. Что я… разочарую тебя.
Выражение его лица смягчилось, и он легко вздохнул.
— Ах, мой цветок. Ты никогда не сможешь разочаровать меня. Для меня все, что ты делаешь, идеально. Ты идеальна.
Она посмотрела ему в глаза.
— Я бы хотела, чтобы ты был здесь. Как бы я хотела прикоснуться к тебе.
— Я желаю того же, — он наклонил голову, и его губы медленно растянулись в ухмылке. — А пока нам придется действовать руками друг друга, — он подвинулся к изголовью кровати и уперся в нее спиной, щелкнув пальцем, чтобы зафиксировать голограмму в воздухе, и положил перед собой диск с оптическим приемником, чтобы освободить руку. — Где бы ты коснулась меня в первую очередь, моя пара?
— Твои губы, — она поднесла пальцы ко рту и провела ими по нижней губе. — Я бы их поцеловала.
Он подражал ее действиям своей рукой. Хотя это никогда не могло сравниться с ощущением ее пальцев, по губам все равно пробежало покалывание.
— Твой поцелуй никогда не перестает разжигать во мне огонь. Что бы ты сделала дальше?
Она прикусила нижнюю губу, когда ее глаза скользнули по нему.
— Я… Я бы провела руками по твоей груди. Я бы почувствовала жар под своими ладонями, почувствовала, как бьется твое сердце.
Арк провел руками по грудным мышцам, остановив одну над сердцем, как раз в тот момент, когда Саманта положила руку на свое.
— Я бы почувствовала, как оно бьется в унисон с моим, — тихо сказала она, встретившись с ним взглядом. — Что бы ты сделал со мной?
Его член выдвинулся из щели и был остановлен барьером штанов, что почти заставило его содрогнуться.
— Я бы снял с тебя одежду, обнажая понемногу, — Арк с трудом сохранял контроль, но не хотел, чтобы этот момент прошел слишком быстро.
Пальцы Саманты сжались на груди. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, когда села и поднесла голокомм поближе. Мгновение спустя она наклонилась вперед, и, когда она откинулась к изголовью, оптический приемник, который она установила в конце кровати, позволил Аркантусу полностью ее видеть.
— Хорошо, Саманта, — прошептала она себе под нос, взявшись за низ майки. — Сексуальной. Ты можешь быть сексуальной.
Сердце Аркантуса растаяло. Ты уже сексуальна.
Она стянула майку через голову, обнажив живот и спортивный лифчик, и отбросила ее в сторону. Склонив голову и рассыпав длинные волосы по плечам, она стянула бретельки и расстегнула лифчик, он полетел туда же, где лежала майка.
Аркантус восхищенно смотрел на то, как его пара раздевается. Он наблюдал, как ее розовые соски затвердели на открытом воздухе, как она прикрывалась руками, прежде чем храбро убрать их, как она вцепилась в пояс своих леггинсов. Хотя ее движения ни в коем случае не были движениями опытной соблазнительницы, Арк был совершенно очарован, он не смог бы отвести взгляд, даже если бы захотел.
Его член пульсировал, а в паху ощущалась глубокая боль, которая не утихнет, пока Саманта не вернется в его объятия.
Она приподняла задницу, стягивая леггинсы и нижнее белье с бедер вниз по ногам. Когда все зацепилось вокруг ее ступней, Сэм остановилась и посмотрела на Аркантуса с застенчивым выражением лица.
— Я… думаю, это было не совсем медленным раздеванием, не так ли?
Не в силах сдержать голодное рычание в голосе, Арк ответил:
— Это было прекрасно, Саманта.
Она улыбнулась и покачала головой, стягивая с ног одежду.
— Ты просто пытаешься меня успокоить.
— Нет, мой цветок. Я чувствую это, — он прерывисто вздохнул и стиснул зубы из-за давления в паху. Его член напрягся в штанах, требуя свободы, требуя ее тепла и прикосновений.
Вернувшись на место и поджав ноги, она перекинула волосы через плечо и нервно провела
