твоего голоса
И то, как ты видишь меня насквозь
Такое чувство, что ты не оставил мне выбора
Но это много значит для меня».
Это песня под названием «The Name of the Game» из альбома «ABBA: The Album». Слушай ее и думай обо мне!
Со всей любовью — Биргит
«Любовь — это нелегко, но, конечно, достаточно сложно»
Я уронил письмо на пол и сломался. Дженнифер подошла, чтобы обнять меня.
«О, Биргит, — всхлипывал я, — Биргит, Биргит. Почему? Почему?»
Дженнифер просто гладила меня по волосам, говоря: «Стив, мы любим тебя».
Я не знаю точно, сколько мы там пробыли. В конце концов, девушки помогли мне встать на ноги.
Стефани сказала: «Давайте поможем ему дойти до его комнаты».
Другие девушки помогли мне подняться и провели меня через весь дом в мою комнату. Одна из девушек откинула кровать, и они заставили меня лечь. Руки сняли с меня ботинки и носки, затем ремень и джинсы, и, наконец, рубашку. Они уложили меня в кровать.
«Ты будешь в порядке, старший брат?» — мягко сказала она.
«Да, наверное», — всхлипнул я.
«Давай я пойду скажу маме, а потом вернусь и посижу здесь с тобой».
Дженнифер и Мелани подождали, пока Стефани вернется, а затем каждая поцеловала меня и сказала, что поговорит со мной завтра, прежде чем уйти. Я услышал, как Стефани устроилась в кресле-мешке.
«Мелкая, скажи маме, что я не хочу ужинать, ОК?»
«Я передам, Стив. Просто отдыхай. Я здесь, если понадоблюсь».
Я понятия не имею, как долго я там лежал. В конце концов, мне срочно захотелось в туалет. Я встал и пошел в ванную, опорожнил мочевой пузырь, высморкался и умылся. Мне стало немного лучше. Когда я вышел, я увидел, что Стефани все еще сидит там и просто смотрит на меня.
«Ты в порядке?» — спросила она.
«Да, думаю, я уже закончил плакать. Я просто боюсь кошмаров, которые будут сниться».
«Ты знаешь, что я здесь, если я тебе понадоблюсь. Мы недавно ужинали. Меня не было всего несколько минут. Тебе нужно что-нибудь поесть?»
«Нет, я не очень голоден. Я собираюсь написать в своем дневнике».
Я достал из ящика шорты и футболку и надел их. Сел за свой стол и начал писать. Я изливал свои эмоции на странице. Я был удивлен, что не плачу, но, может быть, я и вправду выплакал себя.
Я позвонил Дженнифер и Мелани, чтобы сказать им, что со мной все в порядке. Я пытался читать, но не мог сосредоточиться. Я решил немного прогуляться — до конца территории и обратно. Было приятно идти по лесной дороге, и это помогло мне еще больше успокоиться. Вернувшись домой, я упал в постель.
К счастью, в ту ночь мне ничего не снилось.
Во вторник утром папа отвез меня к доктору Мерсер. Планировалось, что за мной заедет Ларри, потому что у нас были планы сыграть в шахматы.
Доктор Мерсер провела меня в кабинет, мы сели напротив друг друга и обменялись приветствиями. Она бросила быстрый взгляд на папку со своими записями и наклонилась ко мне.
«Как у тебя дела сегодня, Стив?»
Мне нужно было выговориться. Сделав глубокий вдох, я начал рассказывать ей.
«Не очень хорошо, доктор Мерсер. Вчера я получил два письма: одно, которое написала Биргит в день своей смерти, и одно, которое написала ее мама. Вчера вечером я проплакал несколько часов. Мои друзья и сестра провели день и вечер, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. Единственное, что хорошо, это то, что мне не снились кошмары прошлой ночью».
«Есть ли у тебя мысли о том, чтобы причинить себе вред? О том, чтобы не хотеть жить?»
«Нет. Совсем нет. Мне грустно, больно и обидно, но я не хочу убивать себя. Эта мысль даже не приходила мне в голову».
«ОК. Что беспокоит тебя сейчас больше всего?»
«Я боюсь причинять боль людям и а также той боли, что может быть причинена мне, не физически, а эмоционально. Я сказал Мелани, что не уверен, что смогу снова кого-то полюбить, потому что, похоже, я причиняю боль только тем, кого люблю. Или они причиняют мне боль. С другой стороны, я продолжаю думать, что, возможно, мне не стоит беспокоиться о чувствах других людей, потому что я не могу избежать их боли, и просто делать все, что мне вздумается».
«Но что-то говорит тебе об обратном, не так ли?»
«Да. Та часть меня, которая знает, что я должен стараться поступать правильно. Та часть меня, которая заботится о людях. Часть, которая любит людей. Но именно эта часть сейчас страдает».
«Что ты сделал с момента нашей последней встречи?»
«Ну, я провел время с Дженнифер. Мы немного общались, но не более того. Это что-то вроде «свидания». Она хочет большего, но я боюсь, что это все разрушит».
«Тебе нужно быть осторожным, но ладно».
«Я ходил на двойное свидание с Анной, Мелани и Питом. Было весело. Много шуток и поддразниваний, ничего серьезного. Было приятно видеть Мелани и Пита вместе, хотя она все еще неравнодушна ко мне. Я сказал ей, что не буду ничего с ней делать из-за Пита. То же самое, что я говорил ей раньше».
«Звучит хорошо. Значит, ты был счастлив все это время? Никакой грусти?»
«Нет. Я не думал о Биргит».
«И что ты при этом чувствовал?»
«ОК. Я и раньше не думал о Биргит 100% времени, так что, думаю, это нормально».
«Похоже, что твои друзья хорошо относятся к тебе, заботятся о тебе и делают тебя счастливым».
«Пока я снова не причиню им боль, да».
«Стив, это случится, несмотря ни на что. Ты можешь причинить им боль, даже если будешь стараться этого не делать».
«Я знаю. У меня был точно такой же разговор с одним человеком. Биргит обидела меня тем, что пыталась не обижать, когда держала меня на расстоянии почти год».
«Что-нибудь еще?»
«Ну, в субботу у меня было свидание с Джойс. Она приготовила мне ужин, а потом мы дурачились».
«Дурачились в смысле поцелуев или в смысле полового акта?»
«Половой акт».
«Это был первый раз, когда ты был с ней?»
«Да.»
«Хорошо. Что ты при этом чувствовал?»
«Любимым и окруженным заботой. Мы не влюблены, но это было что-то особенное. Как будто она пыталась мне помочь».
«И помогла?»
«На какое-то время. И как бы мне ни нравилось то, что мы делали потом, ужин мне нравился еще
