что ты одна из тех, о ком он не знает».
«О. Довольно много подружек, две или три?»
«Нет, скорее семь или восемь, я думаю».
«Что? Тебе же шестнадцать!»
«Пятнадцать, вообще-то, и как раз в конце апреля».
«Не могу поверить.»
«Ну, это правда. Ты услышала это от Пита, а не от меня».
Она только покачала головой: «Мне пора идти. Спасибо, что сохранил мой секрет. Я в долгу перед тобой».
«Нет, не должна, правда. Забудь об этом».
Она встала, сказала «Спасибо» и пошла по веранде к подъездной дорожке и к своей машине.
Думаю, я не должен был удивляться тому, что она меня увидела. Должно быть, она очень нервничала, раз пришла ко мне домой без предупреждения. Я выбросил это из головы, но только после того, как задался вопросом, есть ли другие знакомые девушки, которые там работают. Видел ли меня кто-нибудь из них? Я подумал, что они не стали бы говорить, где видели меня, не раскрыв свою собственную деятельность там. Мне было интересно, как я могу это выяснить.
После ее ухода я занялся домашними делами и проплыл несколько кругов в бассейне. После ужина меня осенило, что я ничего не слышал о Мелани. Я подумал, хорошо это или плохо. Я решил позвонить ей и узнать. Ее не было дома, и ее мама сказала, что оставит сообщение. Я не собирался ложиться спать рано, поэтому сказал, что ничего страшного, если она позвонит не позже 22:00. В противном случае я смогу поговорить с ней завтра.
Я переписал еще несколько страниц в свой дневник и написал всего несколько новых строк. Мне не нужно было много писать, потому что я смирился, по крайней мере частично, со смертью Биргит, и хотя я все еще чувствовал, что часть меня отсутствует, это не было таким же сокрушительным чувством. Я отложил дневник и достал книгу.
Вошла Стефани и спросила, как у меня дела. Она подошла к шкафу, набрала комбинацию на коробке, которой я поделился с ней, и достала дневник. В данный момент тетрадь лежала в нижнем ящике, пока я не закончил копировать ее. Дневник занимал все место, поэтому я переместил презервативы в другой угол шкафа, который я счел безопасным.
Через некоторое время Стефани подняла голову и сказала: «Вау! Это прощальное письмо просто потрясающее».
«Доктор Мерсер настоятельно рекомендовала мне написать его. Я, конечно, не могу его отправить».
«Отдай его ей, когда поедешь туда».
«Что?» — спросил я, сбитый с толку.
«Оставь его на ее могильном камне или еще где-нибудь. Я видела такое на кладбище рядом с тем местом, где живут бабушка и дедушка».
«Знаешь, Мелкая, ты все-таки не такая тупая».
«Конечно, нет. Я же девочка! Это мальчики тупые!»
«Даже Эд Краджик?» — сказал я с ухмылкой.
«Да, он тупой, но он симпатичный. Думаю, я смогу с этим смириться».
Я засмеялся. В одиннадцать лет она уже была плохой. В пятнадцать, ну, Эд, берегись!
«Я сегодня говорила с Вики», — сказала Стефани. «Она сказала, что ее мама может привезти ее утром 4-го числа. Она проведет ночь и заберет ее на следующий день. Она сказала маме, что приедет повидаться со мной».
Я выдохнул: «Я все еще не уверен, что это хорошая идея. Если нас поймают, я буду трупом».
«Верно. Ну, у тебя есть неделя, чтобы подумать об этом».
«Спасибо, Мелкая», — сказал я ей, когда она возвращалась в свою комнату.
Я действительно был в противоречии. Вики была симпатичной, без сомнения, и у нее было отличное тело. Но она была моей кузиной, и это все усложняло. Меня это не отталкивало, мы же не были братом и сестрой, но это было достаточно близко, чтобы беспокоить меня. Эти мысли были вытеснены из моей головы звонком телефона.
Это была Мелани.
«Ну что?» — спросил я.
«Я поговорила с ним. Сначала казалось, что все будет хорошо. Но чем больше он говорил, тем больше я понимала, что он думал, что это был ты. Он сказал мне, что это его не удивило, и он знал, что когда-нибудь это случится. Он мог бы с этим смириться. Но потом он спросил, было ли это, когда Мишель была здесь, и внезапно я поняла, что он имел в виду тебя. Мне очень хотелось, чтобы он поверил в это, но я знала, что в конце концов он скажет что-нибудь тебе, а ты никогда не стал бы так лгать ради меня».
«Это правда. Я не мог солгать Питу и сказать, что у меня был секс с тобой. Помнишь, я дал ему слово, что не буду».
«Тогда я призналась, что это был парень по соседству, тот, который учится в колледже. Это было на следующий день после моего шестнадцатого дня рождения. Он был дома на выходных, мы болтали и просто дразнились, как я это делаю. Ну, это вышло из-под контроля, я сделала ему пару минетов, а он довел меня пальцами до оргазма, но мы не трахались. Пит был опустошен. Он мог бы справиться, если бы это был ты, я и Мишель. Этого он не смог. Между нами все кончено».
«Мелани, я не знаю, что сказать. Честно говоря, ты меня удивляешь. Хотеть меня — это одно, но что у тебя с соседом?».
«То же самое, что я рассказывала тебе. К сожалению, к тому времени, когда я уговорила Пита на более дикие поступки, было уже слишком поздно, потому что я уже предала его».
«Мелани, не теряй надежды. Я сильно испортил отношения и с тобой, и с Дженнифер, и мы все работаем над нашими отношениями. Дай ему немного времени».
«Нет. Все кончено. Предательство — это не то, что можно просто пережить».
«Мне жаль, что до этого дошло», — сказал я.
«Мне тоже», — сказала она, звуча очень грустно.
Несколько секунд мы молчали, а потом я вспомнил, что у меня есть билеты на бейсбол, которые могли бы ее развеселить!
«Ты готова пойти на игру «Редс» 16 июля? У меня есть четыре билета. Я уже спросил Мэри и собираюсь спросить Дженнифер».
«Конечно! Я с удовольствием пойду!»
«ОК. Давай поговорим еще раз, ладно?»
Мы повесили трубку. Я спрошу Дженнифер завтра. Я снова крепко спал. Ни кошмаров, ни снов.
Субботнее утро на работе прошло вполне нормально. Дженнифер присоединилась ко мне на обед, что было приятным сюрпризом, учитывая, что мы ужинали позже. Я пригласил ее на игру «Редс», и она сказала,
