Через двадцать минут Шарлотта уже была в доме Софии. Кузина встретила ее в холле.
Леди София Трокмортон всегда выглядела собранной, сдержанной и спокойной. И сегодня вечером Шарлотта позавидовала ей. Как бы сложна ни была ситуация, в которой находилась она сама, у Софии положение было ничуть не лучше. Внезапное возвращение мужа доставило ей множество забот и неприятностей. Ведь лорд Истерли появился в Лондоне именно тогда, когда София уже собралась выходить замуж за другого человека.
Лакей взял из рук Шарлотты сумку, и София горячо обняла гостью.
— Я так рада, что ты приехала! — воскликнула она. — Мне необходимо поговорить с добрым, рассудительным, чутким человеком. Ты хочешь есть? Я распорядилась, чтобы к семи часам нам приготовили легкий ужин.
Шарлотта пожалела о том, что перед отъездом из дома, чтобы потянуть время, плотно поела.
— Прекрасно, — сказала она. — Я недавно пила чай и сейчас мне совсем не хочется есть.
— В таком случае я прикажу подать ужин попозже в мою комнату. Ты представить себе не можешь, с каким нетерпением я ждала тебя! Но я вынуждена предупредить: мы должны соблюдать одно условие.
Шарлотта с удивлением посмотрела на кузину:
— Какое условие?
София снова порывисто обняла ее. Она действительно соскучилась по ней. Шарлотте было стыдно за то, что она по требованию родителей избегала встреч с кузиной, которая, по-видимому, чувствовала себя все это время одиноко.
— Мы можем обсуждать одежду, шляпы, перчатки, украшения, обувь, кареты, лошадей, балы, всевозможные блюда, дам, которых мы любим и которых не жалуем, званые вечера, на которых мы недавно танцевали, — ответила София. — Одним словом, все, что угодно… кроме мужчин. О них ни слова! Таково условие.
Шарлотта натянуто улыбнулась.
— Хорошо, я согласна, — выдавила она.
— Вот и отлично! — воскликнула София и, схватив Шарлотту за руку, потащила ее наверх. — Пойдем, я покажу тебе новое платье, которое совсем недавно купила! Оно такое миленькое — голубое, отделанное русскими кружевами, просто загляденье! О, а еще у меня есть бледно-розовое шелковое платье с восхитительными красными розетками. Думаю, оно тебе подойдет!
Шарлотта заинтересовалась обновкой. Ей очень хотелось предстать в красивом наряде перед Ксавье.
— Мне? Но я не могу…
— О, не усложняй! Я купила его в прошлом месяце из каприза, но я заранее знала, что это платье не для меня. А выбрасывать хорошие вещи я не люблю.
Они поднялись в комнату Софии и занялись обсуждением гардероба. Шарлотта с удивлением поймала себя на мысли о том, что ее увлекло это занятие. Однако она не могла позволить себе одеваться броско, поскольку это не понравилось бы ее родителям. Яркий наряд мог привлечь внимание мужчин, а это, в свою очередь, грозило скандалом.
Шарлотта вздрогнула от неожиданности, когда в дверь комнаты постучали. Это был дворецкий. Он доложил, что ужин готов. Через несколько минут его подали в спальню.
Шарлотте было приятно болтать с кузиной о том о сем, но когда они закончили ужинать и София налила две чашки чаю, Шарлотта загрустила. Она снова вспомнила о лорде Мэтсоне. Ее распирало от желания поговорить о Ксавье с Софией.
Их беседа постепенно сошла на нет. Шарлотте ужасно хотелось нарушить условие, выдвинутое Софией. В этот момент хозяйка дома открыла рот, как будто собираясь что-то сказать, однако тут же его закрыла, так и не произнеся ни слова.
Шарлотта замерла с чашкой в руке.
— Да? — промолвила она. — Ты хотела что-то сказать?
— Да так, ничего. Вот только… Впрочем, нет, ничего.
Вздохнув, Шарлотта поднесла чашку к губам. Теперь, когда разговор иссяк, ничто не отвлекало ее от мыслей о Ксавье. Она видела его глаза цвета кобальта, нежную мягкую улыбку… Ей казалось несправедливым то, что сомнения родителей в ее женской привлекательности и боязнь оскандалиться лишают ее шансов обрести свое счастье. Если бы родители ближе узнали Ксавье, они поняли бы, что он вовсе не негодяй. Он долго страдал и чувствовал себя одиноким и поэтому, приехав в столицу, сначала ушел с головой в развлечения и кутежи в надежде забыться. Однако очень скоро он одумался и начал искать себе жену, чтобы остепениться и обзавестись семьей.
София со стуком поставила чашку на блюдце, и этот звук вывел Шарлотту из задумчивости.
— О чем ты думаешь с таким сосредоточенным видом?
— Я думаю о… — Шарлотта запнулась. Нет, она не должна первой нарушать условие. Пусть София сама это сделает. — Впрочем, все это глупости. Просто мечты…
— Родители, наверное, снова пристают к тебе? Настаивают, чтобы ты вышла замуж? Клянусь, я когда-нибудь вытрясу из тетушки Вивиан всю душу за то, что она тебя мучает!
— О, мама желает мне только добра, однако…
— То, что родители желают тебе добра, еще не означает, что они правы. Наверное, мне придется поговорить с тетей Вивиан и дядей Эдвардсом и предупредить их об опасности, которой они подвергают тебя, принуждая к вступлению в брак в столь юном возрасте. Неужели мой печальный пример ничему их не научил? Женщина должна выходить замуж не раньше, чем ей исполнится двадцать пять. Это мое твердое убеждение.
Шарлотта на мгновение растерялась:
— В двадцать пять?
Она хотела не отсрочки вступления брак, а изменения отношения родителей к ее избраннику.
— Да, или даже позже.
— Позже?! Но тогда мне придется ждать целых шесть лет! То есть я хотела сказать… Имеет ли смысл ждать так долго, если у тебя на примете есть подходящий жених?
София внимательно взглянула на Шарлотту:
— Думаю, что нет. Если ты встретила человека, с которым действительно хочешь связать свою судьбу, тогда, конечно, ждать не нужно. Но проблема состоит в том, что у тебя все равно нет никаких гарантий. Ты знаешь, что я выходила замуж по любви. — София помолчала. — Слушай, может, мы все же нарушим условие и поговорим откровенно о мужчинах?..
— Но только никаких имен! — поспешно сказала Шарлотта.
Ей хотелось сохранить имя Ксавье втайне и вместе с тем узнать мнение Софии о своем выборе и спросить у нее совета, как действовать дальше.
— Договорились.
Слезы благодарности выступили на глазах Шарлотты, и она порывисто сжала руки Софии:
— О, как здорово, что мы можем поговорить откровенно!
— Конечно! Говорить начистоту всегда приятно, но очень сложно. Это происходит оттого, что мужчины часто обманывают нас, и поэтому мы боимся поверять свои истинные чувства даже самым близким людям. — София бросила на гостью многозначительный взгляд. — Но ведь ты уже успела многое узнать о мужчинах, не так ли? Это сложные и очень гордые существа.
