— В тот момент я всего лишь обратил на вас внимание. А затем в дело вступили мои глаза, уши и губы.
«И сердце», — хотел добавить он, но не решился. Признание в любви могло напугать Шарлотту. Да и ему самому было бы трудно произнести такие слова. Ксавье Мэтсон, ловелас и повеса, признавался в любви тихой, незаметной, но очень умной и милой девушке! Это было невероятно!
Усмехнувшись, Шарлотта искоса взглянула на горничную, которая делала вид, что не прислушивается к их разговору.
— Я признаю, что ваши губы, милорд, произвели на меня огромное впечатление, — тихо сказала она.
Ксавье едва не взвыл от невозможности прикоснуться к Шарлотте.
— Я открыл вам далеко не все возможности моих губ, Шарлотта, — проговорил он. — И мне не терпится познакомить вас с ними.
Некоторое время Шарлотта пристально смотрела на него.
— Скажите, Ксавье, — наконец проговорила она, — у вас все это… всерьез?
— Вы имеете в виду отношение к вам? Да.
И Ксавье не лукавил. Он готов был связать с Шарлоттой свою жизнь и, как ни странно, совершенно не боялся потерять свободу, которой раньше так дорожил. Впрочем, счастливым он себя пока не ощущал. Ему предстояло еще убедить родителей Шарлотты в серьезности своих намерений, а это было нелегким делом.
— Прошу прощения, Ксавье, но я должна предупредить вас, — задумчиво промолвила она, — отец снова обратится к лорду Герберту, если решит, что мне необходимо выйти замуж. Ни один мужчина еще не ухаживал за мной настойчиво, и я…
— Но теперь все обстоит иначе, — возмутился Ксавье.
Шарлотта потупила взор и несколько секунд разглядывала свои руки, а потом подняла глаза на гостя. Ему нравилась ее искренность и рассудительность наряду с другими присущими ей качествами. Он высоко ценил серьезный и вдумчивый характер Шарлотты.
— Моя старшая сестра Элен — яркая красивая женщина, — снова заговорила Шарлотта. — Вокруг нее всегда вилась толпа воздыхателей. Я люблю Элен, но все же хорошо вижу ее недостатки. Она с детства терпеть не могла книги и серьезные разговоры. Ее интересовали только сплетни и наряды. В театр Элен ездила лишь для того, чтобы пофлиртовать со своими кавалерами. Спектакли ей были безразличны. Она всегда умела вызывать всеобщее восхищение, стремилась быть в центре внимания, а до остального ей не было никакого дела.
— Так поступают почти все молодые леди, — сказал Ксавье, подумав о том, что знает десятки девушек, похожих на Элен, и ни одной, похожей на Шарлотту.
— Но я совсем другая, — промолвила та, словно прочитав его мысли. — Все, чем увлекается Элен, ничуть не интересует меня. Мне чужды сплетни и пересуды, мне безразличны наряды. И я думала, что именно в этом кроется причина отсутствия вокруг меня толпы ухажеров. Однако потом я поняла, что дело в другом. Я просто непривлекательная, необаятельная, некрасивая… И теперь я хочу убедиться в том, что, ухаживая за мной, вы не преследуете корыстных целей, как полагают мои родители…
Улыбнувшись, Ксавье провел пальцем по ее щеке:
— Моя цель — вы, Шарлотта. И пожалуйста, не равняйте меня со стадом баранов, которые находят вас неинтересной. Я если не с первого, то со второго взгляда понял, кто вы.
На щеках Шарлотты выступил румянец:
— И кто же я?
— Моя женщина.
— Ксавье…
Барон и баронесса так стремительно вошли в комнату, что Ксавье не успел отдернуть руку от лица Шарлотты. Родители заметили, что гость гладил их дочь по щеке. «Черт бы побрал этих шпионящих за собственной дочерью блюстителей нравственности!» — выругался про себя Ксавье.
Трудно было вообразить себе худшее развитие событий.
— Добрый день, лорд Мэтсон.
Ксавье встал и отвесил поклон:
— Добрый день. Спасибо за то, что разрешили мне поговорить с Шарлоттой.
— Вы так и не убедили нас в серьезности ваших намерений, — прямо сказал барон. — Однако Шарлотта настаивает на продолжении общения с вами. Она не одумается до тех пор, пока вы не потеряете к ней интерес, что, несомненно, произойдет очень скоро. Поэтому мы выдвинули ряд условий, которые вам придется неукоснительно соблюдать, если вы хотите видеться с нашей дочерью.
Тень пробежала по лицу Шарлотты. Она знала, что родители были невысокого мнения о ее привлекательности, но теперь их высказывания на эту тему стали ее раздражать.
— Лорду Мэтсону известно о выдвинутых вами требованиях, — сказала она, — и он согласился следовать им.
Нет, Ксавье далеко не был согласен соблюдать эти нелепые условия.
— Если вы считаете, что я очень скоро утрачу интерес к вашей дочери, то вы сильно ошибаетесь, милорд, — промолвил Ксавье.
Он бы мог прямо сейчас, не сходя с места, сделать Шарлотте предложение руки и сердца, но боялся рисковать. Если бы родители отказали ему — а они непременно сделали бы это, — Ксавье оказался бы в трудном положении. Ему пришлось бы открыто конфликтовать с ними. Это, конечно, не остановило бы его, но Шарлотта наверняка была бы сильно огорчена таким ходом событий.
— Шарлотта фактически уже помолвлена с лордом Гербертом Битли, — вмешалась в разговор баронесса.
— Позвольте возразить вам, миледи. Со всем уважением к вам, я все же должен заметить, что лорд Герберт не делал Шарлотте предложения, и уж тем более Шарлотта не принимала его. Поэтому Шарлотта вправе принимать ухаживания от тех, кто ей по нраву.
Барон насупился.
— Пусть так, — сказал он, — но даже если у вас честные намерения, вы все равно опоздали. У лорда Герберта безупречный характер, и он пользуется моим доверием. А вот в вас, милорд, я не уверен.
— У вас отпадут все сомнения на мой счет, когда я перейду к решительным действиям, — заявил Ксавье, и Шарлотту бросило в дрожь.
Побледнев, она с тревогой посмотрела на графа. Он взял ее руку и прикоснулся к ней губами.
— Я должен идти, у меня срочное дело, — промолвил Ксавье, — я приеду к вам завтра, Шарлотта.
— Ксавье…
Молча пройдя мимо четы Бирлингов, граф направился к двери.
Он дал себе клятву, что во что бы то ни стало женится на Шарлотте. И еще он решил, что отныне тот, кто выскажется о Шарлотте плохо, крепко пожалеет об этом.
Глава 7
«Попытки лорда Мэтсона ухаживать за мисс Бирлинг все еще наталкиваются на упорное сопротивление.
Но кто оказывает это сопротивление — мисс Бирлинг или ее родители?
Если принять во внимание внешность лорда Мэтсона, способную покорить сердце любой женщины, то можно прийти к выводу, что препятствия на его пути чинит старшее поколение Бирлингов, которых никак не отнесешь к разряду романтиков. Сама мисс Бирлинг, как известно, — девушка с характером, однако, судя по всему, характер этот оказался далеко не железным».
