про фокусы, которые припрятаны в моем инопланетном рукаве, — пояснил он, заметив мой недоуменный взгляд. — Веди себя естественно и не делай резких движений.
Мы вывернули из подворотни. Сердце колотилось как сумасшедшее, во рту пересохло. Но Толя вел себя спокойно и продолжал тараторить:
— Слушай внимательно, потому что повторять не буду. Мы не знаем, из-за кого именно начнется апокалипсис. Может, это будут русские, может — американцы, а может — эти ребята с их искусственным солнцем. Поэтому нужно уничтожить все версии «Эфира» у всех стран. Чтобы наверняка этого избежать. И если мы найдем украденный вариант СССР… мы так же его уничтожим. Ты вроде и сам это понимаешь!
— Понимаю, — выдавил я из себя. — Но ты хочешь, чтобы я предал свою страну?
Толя резко развернулся ко мне.
— Я хочу, чтобы ты спас свою планету, — отрезал он. — Есть разница, не находишь?
После этого разговора мы продолжили путь в напряженном молчании. Я пытался переварить услышанное, мой мозг лихорадочно обрабатывал информацию, пытаясь совместить привычную картину мира с тем, что только что узнал.
Мы приближались к главному зданию института, и я чувствовал, как с каждым шагом растет напряжение. Массивное сооружение из бетона возвышалось перед нами, словно неприступная крепость.
— А твои… собратья? — наконец осторожно спросил я. — Они знают, что нашей планете грозит опасность? Для этого они и нашли новую планету для заселения?
Толя резко остановился и повернулся ко мне.
— Я не знаю их истинных намерений или планов, Леха. Может, они хотят спасти Землю, может — у них есть другие планы, а может… — он запнулся, — может, им всё это безразлично.
— Как это может быть безразлично? Речь идет о целой планете, о миллиардах жизней! Неужели для них это ничего не значит?
Толя посмотрел на меня с какой-то странной смесью жалости и разочарования. В этот момент он казался невероятно древним и усталым, словно видел рождение и смерть тысяч цивилизаций.
— Ты не понимаешь масштабов, Леха. Для них Земля может быть просто очередным экспериментом в бесконечной череде исследований. Песчинка в космическом океане. Но дело даже не в этом, — он сделал паузу, словно собираясь с мыслями. — Вы, люди, сами прекрасно справляетесь с уничтожением своей планеты. С нынешними темпами прогресса и бездумного потребления вы достигнете точки невозврата уже через 50-60 лет.
— Так скоро? Неужели всё настолько плохо?
— Хуже, чем ты можешь себе представить, — кивнул Толя. Его голос стал серьезным, почти мрачным. — Загрязнение атмосферы достигло критического уровня. Концентрация углекислого газа в воздухе продолжает расти, усиливая парниковый эффект. Средняя температура на планете повышается с каждым годом, вызывая таяние ледников и повышение уровня Мирового океана.
Он сделал паузу, давая мне время осмыслить сказанное, потом продолжил:
— Изменение климата приводит к экстремальным погодным явлениям: ураганам, наводнениям, засухам. Это, в свою очередь, влияет на сельское хозяйство, вызывая неурожаи и голод в различных регионах. Биоразнообразие планеты сокращается с пугающей скоростью. А ресурсы? Истощаются с катастрофической скоростью. Запасы пресной воды сокращаются, леса вырубаются, почвы деградируют из-за интенсивного земледелия и применения химикатов. Океаны превращаются в свалку пластика, уничтожая морские экосистемы.
Он посмотрел мне прямо в глаза:
— Вы на краю пропасти, Леха, и продолжаете делать шаги вперед. В твоем времени это уже заметнее, но корни проблемы здесь, в прошлом.
Мы подошли к зданию института и остановились, внимательно изучая его. Глядя на это казалось бы неприступное здание, я вдруг осознал всю тяжесть ответственности, лежащей на наших плечах. Мы были здесь не просто как шпионы или воры — мы были здесь как надежда целой планеты. И от того, что мы сделаем дальше, зависело будущее не только человечества, но и всей Земли.
— Какие у нас варианты? — спросил я.
Толя задумчиво потер подбородок:
— Есть два пути, — сказал Толя, — Первый! Я могу попытаться телепатически воздействовать на охранников у входа. Заставить их «не замечать» нас ну или меня. или же заставить их видеть не нас, а например Мао. Но это потребует огромной концентрации, и я не смогу поддерживать эффект долго.
— А второй?
— Второй еще больше рискованный, — Толя понизил голос. — Я могу создать временной пузырь вокруг здания, замедлить время внутри него. Мы проникнем внутрь, найдем что нужно и выйдем, пока для всех остальных не пройдет и секунды. Но я могу умереть от перенапряжения.
Я глубоко вздохнул:
— А ты не мог бы просто сразу переместить нас прямо внутрь, туда, где хранятся документы?
Толя покачал головой:
— Я не уверен, что-то, что нам нужно, точно там. Не знаю где именно это помещение. Вероятность, что его уже перевезли в другое хранилище, около 20 процентов. А если бы мы переместились из Москвы прямо рядом с вооруженными охранниками? Это был бы конец всей операции. А теперь делать это уже поздно, растрачу остатки сил.
— Ладно, — сказал я, скрестив руки на животе. — Давай попробуем телепатическое воздействие и внушение. Это кажется наименее рискованным. И я хочу попасть обратно на родину, а не оплакивать усопшего пришельца.
Толя кивнул, поднимая банку с борщом:
— Хороший выбор. Думаю, минут на 20 борща хватит, а потом моих сил останется только на перемещение обратно. Я внушу им, что ты сотрудник, важная шишка, а себя просто уберу из их поля зрения.
Он сделал большой глоток и продолжил:
— Проникнув в здание, нужно действовать быстро. Нам надо узнать, где могут храниться проекты. Готов?
Я глубоко вздохнул и кивнул. Толя прикрыл глаза, сосредотачиваясь и мы направились к главному входу. Охранники, еще секунду назад бдительно осматривавшие территорию, теперь смотрели на меня. Когда мы подошли ближе, один из них даже отдал честь и открыл дверь.
Внутри здания царила утренняя тишина. Редкие сотрудники, встречавшиеся нам на пути, почтительно кивали, некоторые даже кланялись. Я старался сохранять невозмутимый вид, хотя сердце колотилось как сумасшедшее.
— Нам нужен информационный центр или архив, — прошептал я Толе.
Он кивнул и отхлебнул еще борща.
Мы прошли мимо таблички с указателем, и я заметил надпись «Архив — этаж -2». Подойдя к лифту, я нажал кнопку нижнего этажа. Толя встал рядом, продолжая поддерживать свой «невидимый» статус.
Мы поднялись на один этаж, двери лифта открылись, и мы оказались в длинном коридоре. Вдоль стен стояли металлические шкафы с документами. В дальнем конце виднелась массивная дверь
