— обеспокоенно спросила Наталья, но ее голос уже звучал откуда-то издалека.
Мир вокруг закружился, размываясь в водовороте красок и звуков. Я почувствовал, как падаю, но вместо жесткого пола лаборатории меня подхватила волна… чего-то. Бах! Я оказался в тускло освещенном бункере. Вокруг суетились люди в военной форме, на экранах мелькали кадры разрушений и хаоса.
Я шагнул ближе к огромному монитору, занимавшему целую стену бункера. На экране мелькали ужасающие кадры: города, поглощаемые странной переливающейся субстанцией; люди, исчезающие прямо на ходу, словно растворяясь в воздухе. Это было похоже на кошмарный сон, от которого невозможно проснуться.
Внезапно экран погас, превратившись в черное зеркало. Я отшатнулся, увидев свое отражение. Но это был не я нынешний, а я молодой — лицо без морщин, густые темные волосы без седины. Я моргнул, не веря своим глазам. Как такое возможно? И тут меня осенило — сейчас, должно быть, начало 1970-х. Я вернулся не просто в прошлое, а в свое молодое тело?!
Мои размышления прервал взволнованный голос:
— Генерал, ситуация выходит из-под контроля! — докладывал молодой офицер седому мужчине с множеством наград на груди. Его голос дрожал, и он очень нервничал. — Эфирные аномалии распространяются со скоростью эпидемии. Мы теряем целые города! Нью-Йорк, Лондон, Москва — они просто… исчезают!
Генерал мрачно кивнул, его лицо было изборождено глубокими морщинами усталости и тревоги. Он выглядел так, словно не спал несколько суток.
— Я знаю, капитан. Мы должны активировать протокол «Обратный отсчет».
— Но сэр, — офицер побледнел, его глаза расширились от ужаса, — это же…
— Да, это наш последний шанс, — перебил его генерал, в его голосе звучала сталь. — Кто-то должен вернуться в прошлое. Иначе мир обречен.
Генерал обвел взглядом присутствующих.
— Нужно решить, кого отправим, кто точно справится. У нас нет права на ошибку.
— Сэр, расчеты показывают, что у нас осталось меньше месяца, — вмешался ученый в белом халате, поправляя очки. — Эфирное поле становится нестабильным. Если мы не остановим это, реальность начнет разрушаться. Уже сейчас мы фиксируем случаи спонтанных перемещений в пространстве.
Генерал тяжело вздохнул, на мгновение он показался мне невероятно старым и усталым. Но затем он выпрямился, расправил плечи.
— Готовьте «Хронос».
Я хотел крикнуть, спросить, что происходит, но мой голос не слушался. Снова вспышка боли, и я открыл глаза, обнаружив себя лежащим на полу лаборатории. Надо мной склонились обеспокоенные лица коллег.
— Алексей, ты в порядке? — спросил Игорь, помогая мне сесть.
Судорожно хватая ртом воздух, словно только что вынырнул из-под воды я продолжал приходить в себя. Реальность лаборатории обрушилась на меня, как ушат холодной воды. Лампы на потолке слепили глаза, а в ушах все еще звенели отголоски тревожной сирены из видения. Я попытался сесть, но голова закружилась, и меня повело в сторону. Чьи-то руки подхватили меня, не давая упасть.
— Тише, тише, — это была Нинель, ее нежные руки. — Не торопись.
— Что… что случилось? — пробормотал я, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Вы потеряли сознание, — ответила Наталья, протягивая мне стакан воды. — Вот, выпейте.
Я жадно глотнул воду, чувствуя, как прохлада растекается по телу, прогоняя остатки жуткого видения. Но память о нем все еще была слишком яркой, слишком реальной.
— Сколько… сколько я был в отключке? — спросил я, оглядывая встревоженные лица коллег.
— Минут пять, не больше, — ответил Игорь, нервно поправляя очки. — Вы бормотали что-то про эфир и конец света. Бредили, наверное.
Я почувствовал, как холодок пробежал по спине. Бредил? Если бы они только знали… Краем глаза я заметил, как Анатолий внимательно наблюдает за мной. Я точно знаю он опять копошится у меня в голове!
— Толя, — позвал я, пытаясь встать на ноги. — Можно тебя на минутку?
Мы отошли в угол лаборатории, подальше от любопытных ушей. Я быстро, сбивчиво рассказал ему о своем видении, то и дело оглядываясь, не подслушивает ли кто.
— Знаешь, Леха, — задумчиво произнес Анатолий, почесывая подбородок. — Меняя прошлое, мы меняем будущее. А так как ты, скажем так, не совсем отсюда, в твоей памяти всплывают эти новые воспоминания. Ты видишь то, что может произойти, если мы наложаем.
— Но как это возможно? — прошептал я, чувствуя, как голова снова начинает кружиться.
Анатолий усмехнулся:
— А то, что ты попал в прошлое, в чужое тело — это, по-твоему, обычное дело?
Я не нашелся, что ответить. Он был прав, черт возьми.
— Слушай, — продолжил Толя, понизив голос. — А что, если наш «Эфир» спер этот член команды из будущего? Может, его и искать не надо?
— Или, наоборот, — возразил я. — Что, если его украл тот, кто в итоге и уничтожит Землю?
Мы погрузились в напряженное молчание, обдумывая эту мрачную перспективу.
— Так, Леха, — вдруг оживился Анатолий. — А может, нам нужно выкрасть все, что есть у других стран об «Эфире»? Предотвратить будущее, так сказать? С моими возможностями…
Я прищурился, внезапная мысль пронзила мой мозг:
— Слушай, а твои сородичи… они ведь не дали нам все это, чтобы уничтожить нас нашими же руками?
Анатолий пожал плечами с таким видом, будто мы обсуждали прогноз погоды, а не судьбу человечества:
— Не знаю, может, они просто захотели посмотреть реалити-шоу и сидят сейчас с попкорном, наблюдая за вами! Я ж говорю, уже несколько тысяч лет на Земле, а понятия не имею, что у них в серых головах!
— Эй, хватит шептаться! — кто-то крикнул нам.
Мы вздрогнули и обернулись. Перед нами стоял майор Сидоров, тот самый, с кем я встретился, когда только попал сюда. Его лицо не предвещало ничего хорошего.
Ну что, ребятки, натворили вы дел! — сказал он с нескрываемым раздражением. — Теперь будете ночевать здесь и не возмущайтесь! Сколько это будет, я не знаю, вынужденные меры.
Я переглянулся с Анатолием. В его глазах читалось то же, о чем думал я: наша задача только что усложнилась в разы. Теперь нам предстояло не только найти проекты «Эфир» всех стран избранных, но и найти скомунизженный у нас «Эфир» и предотвратить конец света, но и сделать это под постоянным надзором.
Вечер в лаборатории начался с суматохи. Через час после объявления Сидорова о нашем вынужденном ночлеге, в помещение вкатили тележку с матрасами, подушками и постельным бельем.
— Так, товарищи ученые, — объявил молодой лейтенант, сверяясь со списком,
