или пшеничный эль полезен для лечения хромоты. Этот рецепт она называла заменой вину в случае его отсутствия, а если нет ни вина, ни пива, предлагала размочить хлеб в воде, прокипятить и использовать полученный отвар, предварительно процедив его через ткань. Здесь я хочу оговориться, что в целом Хильдегарда Бингенская, безусловно, необыкновенная личность и выдающийся ученый своего времени, но все же она была человеком Средневековья, да еще и монахиней со слабым здоровьем и приступами религиозной экзальтации. Что же касается ее советов насчет пива, то в основном они были очень здравые – в частности, она тоже считала его более безопасным для здоровья, чем вода в периоды, когда существуют проблемы с водоемами. Кроме того, ею были сделаны наблюдения, что от пива краснеют лица, а от его чрезмерного потребления люди толстеют. Но в ее время у науки еще не было инструментов для того, чтобы найти этому объяснения.
Поведаю, какое еще потом свершилось чудо через блаженного Колумбана и его келаря. Когда приблизился час трапезы и брат-трапезник стал разносить пиво (которое варят из пшеничного или ячменного сока и предпочитают прочим напиткам во всех странах света, имеющих выход к Океану, то есть в Галлии, Британии, Ирландии, Германии; а прочие – кроме скордисков и дарданцев[35] – не отступают от их обычая), келарь отнёс в кладовую сосуд, называемый «типрум», расположил его перед емкостью, где готовилось пиво, и, вытянув задвижку крана, пустил струю пива в типрум. Тут его вдруг по приказанию отца позвал кто-то из братии. А он, горя пламенем послушания, позабыл закрыть кран и помчался со всех ног к блаженному мужу, держа в руке задвижку, которую называют «тягунок». После того как человек Божий отдал ему все, какие изволил, распоряжения, келарь, вспомнив о своей небрежности, поспешил в кладовую, полагая, что в емкости, из которой текло пиво, ничего не осталось. И увидел он, что пиво скопилось над типрумом и ни одна капля не пролилась наружу – казалось, будто типрум удвоился в объеме; округлость тех же очертаний и размеров, что была внутри него, наросла вверх. Каково достоинство приказания и каково совершенство послушания! Ибо Господь изволил отвратить огорчение от них двоих, ведь, если бы из-за рвения и начальствующего, и подчинённого братия потерпела убыль напитка, то обоим пришлось бы отказаться от дозволенного подкрепления (Согласно «Монастырскому уставу» св. Колумбана, если кто по небрежности погубит значительное количество пива или чего иного, должен такое число дней, за сколько обычно потребляет этот объем, пить воду. – Сокр. прим. лат. изд.) Так беспристрастный Судия незамедлительно омыл их от провинностей, которые, хоть и свершились по случайности и с Божия попущения, были обоими приняты на свой счет.
Иона Боббийский «Житие святого Колумбана» (ок. 639–643 гг.)
Монастырские пивоварни
Приведенный выше отрывок из «Жития святого Колумбана» был написан в первой половине VII века, и из него хорошо видно, насколько большую роль пиво играло в монастырях уже к тому времени. Автор (тоже, разумеется, монах) практически поет ему оду, перечисляя географию его почитателей, и простодушно восторгается милосердием Бога, простившего монаху его ошибку и не лишившего его радости пить пиво. Опять же можно догадаться о масштабах производства пива/эля, хотя считается, что настоящий расцвет монастырского пивоварения начался в конце VIII века, при Карле Великом, а светское, городское, сумело сравняться с ним только в XII–XIII веках.
Около 816–830 годов был спланирован комплекс построек монастыря Санкт-Галлен, названного в честь его основателя святого Галла (ученика святого Колумбана). Этот швейцарский монастырь был одним из крупнейших научных и культурных центров средневековой Европы, а его комплекс внесен в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО как «совершенный образец большого монастыря эпохи Каролингов». План, начерченный в IX веке, сохранился до наших дней и представляет собой важный исторический документ, помогающий очень много узнать о средневековых монастырях.
Ну а для этой книги особенно ценно то, что на данном плане отмечены три пивоварни: одна – для важных гостей (знати и королевских чиновников), другая – для братии, третья – для паломников и бедняков. В первой варили эль из пшеницы и ячменя, а во второй и третьей – из овса. Кроме них на плане отмечена мельница для измельчения солода, печь для его сушки и специальное зернохранилище. Ричард Ангер пишет: «Чтобы удовлетворить все потребности гостей, нищих и братьев, монастырь такого размера, как на идеальном плане Санкт-Галлена, должен был бы производить в среднем от 350 до 400 литров пива в день».
План Санкт-Галлена.
Данные, сохранившиеся о других средневековых монастырях, подтверждают и высокую популярность эля, и то, что комплекс Санкт-Галлена действительно был близок к идеалу. Даже в XI веке монастырские пивоварни продолжали строить в соответствии со сделанными для него разработками. Пиво/эль можно встретить как в монастырских уставах, так и в различных поучительных историях о монахах. Впрочем, вино продолжало оставаться более престижным и сакральным, есть даже легенда об аббатисе одного женского монастыря, которая была настолько святой, что сваренное ею пиво превращалось в вино. А цистерианцы, отделившись от бенедиктинского ордена и провозгласив курс на труд и аскетизм, первое время даже бравировали тем, что слишком бедны и потому вместо вина пьют пиво или просто воду. Со временем, правда, именно цистерианские монастыри стали лидерами по селекции винограда и созданию новых сортов вина и сильно на этом разбогатели. Но пиво из их рациона все равно не исчезло.
О конкуренции
А еще, если заглянуть немного вперед, в эпоху Высокого и Позднего Средневековья, то можно заметить интересную закономерность: крупные центры светского пивоварения часто возникали возле большого, славящегося своим пивом монастыря. Причин тому может быть несколько. Основная, по-видимому, состоит в том, что местным жителям были доступны, так сказать, интеллектуальные наработки монахов в области пивоварения. Большие объемы производства, высокие требования братии к качеству и конкуренция с другими монастырями, чье пиво лучше (даже не экономическая в основном, а как повод для гордости за свою обитель), приводили к тому, что в монастырях быстрее улучшались технологии и разрабатывались новые интересные сорта.
