пределы «ты мне, я тебе, по-соседски», ею тут же заинтересовались власти. В Северной Европе и на землях Священной Римской империи этот вопрос решался с помощью контроля за грюйтом, а вот Англия пошла своим путем, который в итоге привел к принятию «Ассизы о хлебе и эле». Это был закон, регулирующий качество, цену и используемые меры веса и объема для двух наиболее важных в королевстве продуктов, так сказать, «потребительской корзины» того времени. «Ассиза о хлебе и эле» дала возможность постоянно пополнять казну за счет штрафов, налагаемых на нарушителей – а их было немало, поскольку законы, как обычно, не всегда соответствовали реалиям. Кроме того, пивовары, разумеется, как и все, платили подушную подать (для представителей их профессии ставка была довольно высокой) и всевозможные пошлины на закупаемое сырье и на продаваемый товар.
Что особенно интересно, так это факт, что обогащение казны, как за счет грюйта, так и за счет штрафов нарушителей ассизы, уже в те средневековые времена происходило под лозунгом борьбы за качество во благо потребителей.
Контроль по-английски
О стандартизации грюйта я уже писала, теперь стоит остановиться на довольно любопытной английской практике контроля качества эля.
«Ассиза о хлебе и эле» была издана в 1267 году, и, по-видимому, примерно тогда же появилась профессия ale-conner, которую по-русски немного неточно называют «дегустатор эля». Это были назначаемые местными или государственными властями чиновники, в обязанность которых входило контролировать качество эля в питейных заведениях и у торговцев. В зависимости от местных законов они также имели право приводить цену на партию эля в соответствии с качеством, устанавливать фиксированную ставку на эль, штрафовать нарушителей или передавать их в руки суда.
Были и другие меры по контролю за пивоварением, в основном тоже вводимые местными властями. Так, к середине XV века в Лондоне были установлены правила использования солода. В Оксфорде в 1434 году появилось распоряжение, чтобы пивовары установили график работы и по крайней мере двое или трое из них варили эль два-три раза в неделю, независимо от цены солода. В Оксфорде вообще пивоварение контролировали очень внимательно, но это компенсировалось не слишком тяжелым наказанием для нарушителей. Так, в 1449 году город признал девять пивоваров виновными в изготовлении слабого пива и заставил их дать клятву варить пиво по правилам.
На общегосударственном уровне в пивоварение не мог не вмешаться Генрих VIII, который вообще не любил, чтобы хоть какая-то сфера деятельности в его королевстве была обойдена его августейшим вниманием. В 1531 году он запретил пивоварам самим изготавливать бочки для эля, заявив, что, во-первых, они злоупотребляют этим, а во-вторых, отнимают работу у бондарей. Размер бочек был приведен к единому стандарту (пивная – 36 галлонов, для эля – 32), а гильдию бондарей уполномочили назначать специальных людей, которые будут проверять бочки и все правильные отмечать «крестом святого Антония».
Бочар. Франция кон. XV в.
Это не помешало тому, что в правление Генриха VIII, который сам был охотник до горячительных напитков, потребление эля только возросло. Причем настолько, что при его преемнике, Эдуарде VI, в 1552–1553 годах была сделана попытка борьбы с пьянством – власти снова, как уже когда-то пытались, ограничили количество питейных заведений. Наиболее важным в этом было, пожалуй, то, что теперь для открытия пивной надо было получать лицензию – прежде такого не было, любой мог открыть подобное заведение и торговать, лишь бы правила соблюдал и налоги платил. В законе было сказано, что для предотвращения злоупотреблений и беспорядков решено, «чтобы мировые судьи могли упразднять пивные по своему усмотрению и что ни один пивной дом не может быть открыт без лицензии. Чтобы эти дома находились под надзором генерального поручителя для поддержания закона и порядка, а также для пресечения азартных игр».
Через год еще один закон о борьбе с пьянством ограничил количество таверн в одной деревне или городе. В Лондоне было разрешено иметь 40 таверн, в Йорке – 8, в Бристоле – 6, в Норвиче, Халле, Эксетере, Кентербери, Глостере, Честере, Кембридже и Ньюкасле – по 4, в Вестминстере, Линкольне, Шрусбери, Солсбери, Херефорде, Вустере, Ипсвиче, Саутгемптоне, Винчестере, Оксфорде и Колчестере – по 3. Остальным городкам и деревням разрешалось по одной таверне.
Однако потребление эля не снизилось, да и вообще, вполне возможно, это ограничение было пролоббировано пивоварами. Дело в том, что в Англии в то время было три вида заведений, где подавались алкогольные напитки: пивные, таверны и трактиры. В пивных подавали только эль, в тавернах – эль и вино, а трактиры, естественно, отличались от всех остальных тем, что там можно было переночевать. Ограничение на количество заведений распространялось только на таверны, то есть ударило в первую очередь по виноторговле.
Здесь продают эль!
К 1309 году в Лондоне, население которого, по некоторым данным, достигало 80 000 человек (для того времени это был огромный город, один из крупнейших в Европе), насчитывалось 354 таверны, в которых продавались вино и эль, и более 1330 пивных, которые продавали эль, – одна на шестьдесят жителей. Впрочем, конечно, надо учитывать, что в огромный торговый Лондон каждый день приезжали сотни, а то и тысячи людей, поэтому пивные были нужны не только жителям, но и гостям города.
Большинство таверн и пивных находилось в тех же домах, что и пивоварни, или туда регулярно подвозился свежий эль по договору с каким-нибудь пивоваром. Лондонское постановление 1189 года о местах продажи эля подтверждает, что просто так где попало торговать спиртным было нельзя, только в определенных местах, имеющих лицензии. Со временем все больше городов разрабатывали правила работы питейных заведений и требовали четких знаков, указывающих, что это именно пивная. Вывески изобрели несколько позже, а первоначально на то, что в этом заведении подают эль, указывал шест с пучком веток на конце. Причем хозяйка должна была привязывать свежие ветки, когда была готова свежая партия эля.
Пивная. Шест с пучком веток. Англия. XII–XIV вв.
Трудно сказать, насколько это соблюдалось, но сама идея этих шестов просуществовала долго, и владельцы пивных и таверн соревновались между собой, кто
