делать так, чтобы её голос доносился как издалека и отражался от стен, создавая впечатление, будто он звучит со всех сторон сразу. Малиса прикрыла рот ладонями и издала на пробу заунывное призрачное стенание:
– ААААААУУУУУУОООООООООУУУУ!
Грузчики тут же прекратили терзать замок ящика.
– Ч-что это было? – испуганно спросил первый.
Второй поднял голову и прислушался.
– Ничего вроде. Давай, нам уже чуть-чуть осталось.
Малиса застонала снова, на этот раз уже погромче.
– АААААААУУУУУООООООО! – завывала она. – ВЫЫЫЫЫПУУУУСТИТЕЕЕЕ МЕНЯАААА ААААААУУУУУОООООУУУУУ! ОСВОБОДИТЕ ПРОКЛЯТИЕ ГРОБНИЦЫ! ДАЙТЕ СВОБОДУ МУУУУУМИИИИ!
– Так, – придушенно сказал первый грузчик. – С меня хватит. Лично я убираюсь отсюда!
– Эй, меня подожди! – взвизгнул второй.
Малиса услышала, как хлопнула дверь и стихают вдали топот ног и испуганные голоса. Она вздохнула с облегчением.
– Уф, чуть не попались, а, дедушка Флорус? – сказала она, обращаясь к урне, которую всё ещё прижимала к груди.
Убедившись, что рядом больше никого нет, Малиса принялась толкать и расшатывать крышку, но та даже не шелохнулась. Девочка не сомневалась, что Сет и дядюшка Язва уже на пути к музею, – вот только как они узнают, где её искать? Уж последнее место, где они догадаются посмотреть, – это внутри упаковочного ящика. Малиса тщательно обдумала эту проблему. А потом пришло и решение.
Выпятив губы, она издала тихий шепоток, похожий на едва слышный шелест крыльев мотылька. Не прошло и нескольких секунд, как через дырочку в ящике влетел маленький бурый мотылёк и примостился на вытянутом пальце Малисы.
– Разыщи для меня Сета, малыш, – попросила Малиса на мотыльковом языке. – И приведи его сюда. Прошу тебя, поторопись.
Мотылёк затрепетал крылышками, осыпав Малису серебристой пыльцой, а потом вылетел обратно в дырочку и скрылся в темноте ночного музея.
* * *
Сет и дядюшка Язва стояли перед входом в Музей Древностей и, задрав головы, рассматривали внушительные дубовые двери. На спящей улице позади них не было ни души.
– И как мы попадём внутрь? – спросил Сет.
Дядюшка Язва уже собирался ответить, как вдруг из-за угла здания вылетело маленькое мерцающее облачко и двинулось прямиком к ним. Дядюшка Язва поспешно нырнул Сету за спину, но Сет только рассмеялся, когда стайка мотыльков с нежным шелестом закружила вокруг его головы.
– Они хотят, чтобы мы пошли за ними, – сказал Сет.
– Я так и подумал, – бодро ответил дядюшка Язва, как будто ни мгновения в этом не сомневался.
Облачко мотыльков снова упорхнуло за угол здания и зависло возле узкого приоткрытого окошка на третьем этаже.
– Но я туда не пролезу! – пожал плечами дядюшка Язва.
– Зато я пролезу, – сказал Сет. – А вы подождёте у входных дверей, пока я вас не впущу.
С этими словами Сет ухватился за водосточную трубу, вскарабкался до самого окошка и скрылся в нём, а мотыльки нырнули за ним следом.
Дядюшка Язва тем временем затаился в тени у входа, и спустя несколько минут тяжёлая дверь чуть скрипнула: Сет приоткрыл её ровно настолько, чтобы сыщик смог протиснуться в щель.
– Тут так жутко ночью! – радостно поделился с ним Сет.
И без того тусклое ночное освещение музейного фойе как будто замигало, когда облачко мотыльков зависло над головами Сета и дядюшки Язвы, приглашая их следовать за ними. Мотыльки повели их по коридорам, увешанным портретами исторических деятелей с пронзительно поблёскивающими глазами, мимо застеклённых витрин с чучелами всяких хорьков и огромных волосатых пауков и наконец приблизились к двери с табличкой «Артефакты Древнего Рима».
Сет толкнул дверь, за которой оказался длинный зал, разделённый шкафами и ящиками на множество узких проходов, как между полками в супермаркете. Мотыльки подлетели к большому ящику и опустились на его крышку, словно покрыв её бархатистой скатертью.
– Малиса? – шёпотом позвал Сет, подбегая к ящику.
Услышав его голос, Малиса изнутри постучала по крышке.
– Помоги мне! – послышался её приглушённый голос. – Я тут заперта.
Дядюшка Язва тут же принялся за дело, достав свой верный набор отмычек – все Злобсты мастерски умели вскрывать любые замки. В считаные мгновения крышка сдалась, и Малиса снова очутилась на свободе. Мотыльки, исполнившие свою миссию, взмыли в воздух и с шелестом шелковистых крыльев отправились лакомиться вкусными музейными шторами.
– Здорово у тебя получилось с мотыльками! – сказал Сет.
– Спасибо, – поблагодарила Малиса. – А ты здорово управляешься с отмычками, дядюшка Язва.
– Спасибо, – поблагодарил дядюшка Язва, чуть покраснев от похвалы. – А ты здорово лазаешь по трубам, – сказал он Сету.
Все трое улыбнулись друг другу, а потом обвели взглядом обширный зал с длинными рядами шкафов, заставленных древними артефактами. Каждая коробка, ящик или сундук здесь были битком набиты всевозможными археологическими находками: керамическими черепками, вазами, исписанными табличками, орудиями и позеленевшими от времени бронзовыми статуями. Всё это громоздилось до самого потолка.
– И как же мы отыщем здесь кости дедушки Флоруса? – немного растерянно спросил Сет. – Нам же придётся перерыть все эти ящики… А их тут тысячи!
– А вот и не придётся, – ухмыльнулась Малиса. – Потому что вот они, у меня. – И она продемонстрировала погребальную урну, которая всё это время была вместе с ней в ящике.
– Малиса, ты потрясающая! – воскликнул Сет.
– Спасибо, – благодарно отозвалась Малиса.
– Что ж, мы все молодцы, – сказал дядюшка Язва. – А теперь давайте выбираться отсюда. Сет, могу ли я надеяться, что на обратном пути ты поедешь чуточку медленнее?
Сет рассмеялся и пообещал, что постарается. Впрочем, представление о «медленнее» у Сета и дядюшки Язвы сильно различались, и к тому времени, когда они вернулись в квартал Блаженства, лицо дядюшки Язвы позеленело ещё сильнее, чем в прошлый раз.
Они расположились на скамейке в сквере посреди квартала и стали решать, что же им делать дальше.
– Всё это, конечно, здорово, – сказал Сет, поглаживая урну. – Только как оно поможет нам воссоединить дедушку Флоруса с Короличкой?
– Хмм, – дядюшка Язва потёр подбородок. – Если рассудить, что дедушка Флорус исчез, потому что его могилу уничтожили…
– …значит, мы заставим его появиться снова, когда устроим ему новую могилу! – подхватила Малиса.
– Именно, – согласился дядюшка Язва.
– Но где же мы её устроим? – задал вопрос Сет. – Это должно быть какое-то надёжное место. Старое разрытое кладбище теперь никак не подойдёт. А закапывать римские урны в чьих-то палисадниках нам никто не разрешит!
Малиса вскочила на ноги.
– Сет, ты гений! – воскликнула она.
– Правда? – удивился Сет.
– Скажи, как расположен квартал Меланхолии относительно квартала Блаженства? – спросила Малиса у дядюшки Язвы.
– Они находятся ровно один под другим, – ответил тот. – А что?
– Отлично! – обрадовалась Малиса.
– А это так важно? – спросил Сет.
– Я думаю, что это может оказаться весьма удачно, – раздумчиво ответила Малиса. – Понимаешь, если мы
