Майера-Троффе, знаменитого коллекционера древностей.
— Какую вещь?
— Старинную шкатулку, некогда принадлежавшую хану Менгу, — Пауль взмахнул рукой, на безымянном пальце блеснул драгоценным камнем перстень, стоивший, наверное, не меньше, чем дом семьи Малло в Ранконе. — Довольно долго её считали безвозвратно утерянной. Чуть не решили, что это сказка вроде зачарованного кольца Северного короля, пока она не всплыла в начале века на одном аукционе. Затем она довольно долго странствовала по частным собраниям, пока не очутилась в руках барона Майера-Троффе. Предвидя ваш вопрос, подлинность подтвердила компетентная международная комиссия. Здесь, как говорится, проверок не может быть слишком много.
— Полагаю, дальше опять что-то случилось? — приподняла бровь Юлия.
— Да, через несколько лет. Катастрофа, унесшая жизни всех оказавшихся в недобрый час в поместье, в том числе и барона с семейством. Было расследование, но результатов не дало. Затем то, что осталось, взяли под охрану. В первые годы туда и комар не пролетел бы, но уже лет десять как там всё просто разрушается, не защищенное ничем, кроме репутации. Простые люди туда не суются, но мародеры наведываются регулярно, пополняя черный рынок, через подпольные аукционы прошли все известные реликвии. Все, кроме шкатулки. Её хозяин спрятал очень надежно. Несколько поисковых команд вернулись ни с чем. Тогда я узнал о господине Кареле Малло и его талантах. И предложил ему взяться за эту работу.
— Почему вы считаете, что Карел нашел эту вещь? — спросила Юлия. — Вполне возможно, что он также потерпел неудачу.
— Вернувшись в город, он отправил мне весточку, сообщил, что выполнил задание. Знаете, госпожа Малло, в чем корень большинства сложностей? — Пауль вдруг повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза. — В непонимании! Если я говорю: в любое время дня или ночи — именно это я имею в виду. — Он сделал паузу. — Скажите, вы ведь получили вещи вашего брата?
— Среди них не было шкатулки. Конечно, его жилье очень сильно пострадало от огня…
— Эта вещь прошла через века, чтобы погибнуть в пожаре из-за неосторожности? Слишком банально. С вами не пытались связаться друзья Карела?
— Нет.
— А он сам?
— Если это шутка, господин Герент, — ледяным тоном отчеканила Юлия, — то она крайне дурного свойства.
— Я не шучу. Мои эксперты считают, что с очень большой вероятностью ваш брат жив и скрывается. Я прекрасно его понимаю. Если он вдруг объявится — передайте ему, что я не держу зла, и наш договор в силе.
— Если мой брат жив… — повторила Юлия.
* * *
Площадь Дукаса — катакомбы
— ...а это памятник кардиналу Дукасу, покровителю города, — Джарвис указал тростью на бронзовую фигуру в центре площади. Несмотря на величие личности, монумент не отличался выдающимися размерами, а горожане шутили, что кардинала изваяли «в натуральную величину». — Между прочим, причислен к лику святых. А если повернуться во-он туда, то увидите порт. Кардинал смотрит на прибывающих в город по воде и простирает над ними руку — благословляет. Неплохой был святой, кстати, сделал много полезного для этого города. При жизни, разумеется.
— Это семейное, — вздохнул Марк, перехватывая трость, чтобы достать носовой платок и утереть лоб. То ли от жары, то ли от нескончаемого монолога Джарвиса, но он основательно взмок и сейчас жаждал одного — скрыться в тени.
— Семейное? — переспросил старый маг, чутким ухом уловив в голосе спутника сарказм. — Все просто, Довилас, я люблю Аркадию. Этот город стоит того, чтобы его узнать получше.
— Даже несмотря на то, как Аркадия с вами обошлась? — спросил Марк.
— Злиться я могу только на собственную глупость. И вы тоже полюбите этот город, это неизбежно. Ну, идемте, нам туда. — И он указал на ряд ярко оформленных витрин. — Магазины готового платья, что нам и надо. И внутри прохладители помогут облегчить ваши страдания.
Юношей Марк Довилас не слишком задумывался о моде, увлеченный иными материями. С детства ему внушали, что опрятная одежда и начищенные ботинки куда важнее погони за модным цветом галстука и покроем пиджака. Да и в Ипсвике в студентах ценили талант и усердие, а не мастерство портного. Когда в моду вошли клетчатые шлезские жилеты, студент пятого курса Довилас готовился к выпускным экзаменам. Спустя год, когда континент сходил с ума по небрежному стилю «вольных художников» Эрдваца, он уже получил место на кафедре и с увлечением проводил опыты с полями Бойля. Еще пять лет — в моде велосипедные прогулки и спортивного кроя брюки, а Марку предложили стать заведующим кафедрой вместо собравшегося на покой доктора Хилла. Мода и профессор Довилас всегда шли параллельными курсами, как сказал бы покровительствующий морякам кардинал Дукас, хотя, мнение иностранного святого вряд ли бы озаботило профессора.
—Джарвис, — шепнул Марк на ухо ветерану, — это магазин женского платья.
— Спасибо, я знаю, — ответил тот и широко улыбнулся вышедшей из-за прилавка миловидной барышне в ответ на её «Чем могу помочь?»
Подавив малодушное желание покинуть магазин (сбежать, иными словами) и провести ближайшие полчаса в кофейне напротив, Марк огляделся. Явным и неоспоримым доводом за то, чтобы остаться, был превосходно отлаженный прохладитель. Затем на глаза попалась коллекция платков, среди которых, раз уж он все равно в магазине, Марк решил подыскать подарок для матери. Ну, и в-третьих... По здравому размышлению идея Джарвиса столь кардинально переодеть племянника была не так уж плоха. Другой вопрос, как Карел Малло отнесется к женскому платью?
— ...ли зеленое? — услышал он голос Джарвиса. — Довилас, вы заснули? Розовое или зеленое?
На прилавке лежал ворох кружев.
— Розовое, что бы это ни было, — отозвался Марк. — Выглядит презентабельно.
— Эту часть туалета не выставляют на обозрение, — наставительно сказал Джарвис, Марк пожал плечами, мол, сами спросили.
Джарвис только отмахнулся.
— Хорошо, розовое.
Зеленое кружево было убрано с прилавка, а вместо него явились коробочки с чулками, выбирать которые Марк отказался, а Джарвис, напротив, с видимым удовольствием пересмотрел не менее дюжины, прежде чем отложил самую, на его взгляд, лучшую пару.
— Еще нам нужен корсет, — сказал он.
— Конечно, — кивнула барышня. — Вы знаете размеры?
— У меня довольно крупная... племянница, — ответил Джарвис. — Размеры... вот тут (он очертил в воздухе две
