— Вы поссорились? — мрачно уточнил Витале.
— Ничего серьезного, — устало ответил Монти. — Судя по всему, она приняла мое приглашение, только чтобы заставить ревновать своего бойфренда. Она надеялась, что он не позволит ей встречаться со мной, но он ничего такого не сделал, и ее это очень расстроило. Когда она заплакала, я предложил ей отправиться в ее каюту. При всем к ней уважении, к тому времени я уже был сыт по горло ее театральным поведением.
Витале почти ощущал боль физически, но он все же вспомнил, что его сестра действительно была весьма экспансивной личностью, легко переходившей от смеха к слезам или от гнева к обратному. Ни размолвка, ни то, что Лоредана предположительно была чем-то расстроенна, во время расследования упомянуто не было. Тем не менее рассказанное Монти звучало вполне убедительно и достоверно. Витале легко мог представить себе, насколько Монти Блейк был раздражен, когда понял настоящие причины поведения Лореданы, и осознал, что из его планов обольщения девушки вряд ли что-то выйдет.
— Ваша сестра заставила меня почувствовать себя слишком старым, чтобы ухаживать за девушками ее возраста, — скривив губы, выдавил отец Зары. — Кому это может понравиться! В ту ночь я остался в кают-компании и напился. Там и заснул. Позже не знаю, в котором часу, меня разбудил Род, парень, который управлял яхтой. Он сказал, что разразилась нешуточная буря, и велел привести обеих девушек, вашу сестру и стюардессу Пэм, пока он подготовит спасательную шлюпку. Он сказал, что девушки должны быть вместе… — Монти горестно покачал седеющей головой. — Я был пьян, а генератор сломался, и стало совсем темно.
— И что вы тогда сделали?! — прорычал Витале.
— Вашей сестры не было в ее каюте, а найти каюты команды я не смог. Яхту швыряло из стороны в сторону, я не видел, куда иду. Я пытался позвать их, но по коридору уже текла вода. Это было ужасное зрелище. Я упал и поранился. Я побежал на палубу, чтобы позвать на помощь Рода, но увидел, что у него из раны на голове текла кровь. — Отчаяние, испытанное им той ночью, оживило голос Монти Блейка и наложило на его искаженное мукой лицо отпечаток кошмарных воспоминаний. — Лодка тонула, и я запаниковал. Вы это хотите услышать?
— Я хочу только правды, — выдохнул Витале, почти такой же напряженный, как и отец Зары.
— Мне очень жаль, но вода заливала яхту, и я боялся снова спускаться вниз в одиночку, — тихо произнес он.
В его голосе слышалась смесь стыда и вызова. Видно, что за годы, прошедшие с той роковой ночи, Монти очень много раз переживал заново этот момент.
— Я надел спасательный жилет на себя и на Рода и попытался справиться со шлюпкой, а он старался объяснить мне, что делать. Понимаете ли, я не умею плавать… Так и не научился. Я чувствовал, что лодка вот-вот пойдет ко дну. Не было времени искать их или предпринимать что-то еще…
— Вы почти не знали ее, — глухо вынес вердикт Витале. — Вы спасали себя. Думаю, было бы несправедливо осуждать вас за это.
Зара так и не пообедала в тот день. Из отеля они вышли молча. После этой встречи у обоих пропал аппетит. Она знала, что Витале все еще думает о покойной сестре. Разумеется, ему было тяжело услышать правду. Лоредана была очень молода и под влиянием эмоций согласилась покататься на яхте с малознакомым мужчиной. Монти напился и повел себя далеко не храбро, но лишь очень немногие готовы рискнуть своей собственной жизнью ради спасения чужой.
— Нет ни намека на животик! — заявила Би две недели спустя, в день свадьбы Зары, внимательно изучая сестру со всех возможных ракурсов.
Но ничто не нарушало идеальную симметрию облегающего кружевного платья. Оно было очень элегантным, делало ее выше и стройнило.
— Надеюсь, Витале не подумает, что я слишком разодета.
— Как можно быть слишком разодетой на своей собственной свадьбе? — потребовала объяснений Би.
— Можно, когда это очень скромное мероприятие, где будет всего пара свидетелей, — сказала Зара, поморщившись при этой мысли.
— Тебя это волнует? — встревоженно спросила Би. — Я знаю, ты всегда думала, что у тебя будет совсем другая свадьба.
— Я хочу именно такую. Мне никогда не нравилась вся эта шумиха и помпа, на которой настаивала мама, когда я должна была выйти за Сергиоса. И потом, эта свадьба простая формальность…
— Мне кажется, что, когда выходишь за отца своего ребенка, это чуточку важнее, чем простая формальность, — немало позабавленная этой ситуацией, перебила ее Би.
— Я очень благодарна Витале за то, что он готов разделить со мной ответственность за ребенка.
По выражению лица Би было видно, что она не верит словам Зары о формальном характере свадьбы.
— И конечно, только ради Витале ты выбрала это великолепное платье, и надела самые красивые туфли, и так тщательно накрасилась? — поддела она сестру. — Да ладно тебе, я что, так похожа на дурочку?
Зара ничего не ответила, потому что она действительно приложила все старания, чтобы выглядеть как можно красивее. Но, как это ни забавно, она использовала целую тонну макияжа, чтобы добиться эффекта естественности, которая так восхищала Витале. Ее туфельки, сиявшие алмазной пылью, напоминали сказку о Золушке. В соответствии со старой присказкой «Что-то старое, что-то новое, что-то взятое взаймы и что-то голубое» Зара взяла с собой школьный значок покойного брата, который спрятала в лифе платья, а на бедро прикрепила синюю подвязку. Видно, свадьба не была для нее все же пустой формальностью. Иначе зачем так стараться?
На свадебную церемонию Зара пригласила только своих сестер. Би ехала с ней в церковь, а Тони обещала встретить их на месте. Сразу после венчания Зара и Витале улетали в Италию. Зара упаковала все свои вещи, сдала квартиру и последнюю ночь провела у Би. Пушистик уже вылетел в их новый дом. Роб оставался руководить «Цветущим садом» в Лондоне, а Зара надеялась, что спрос на ее услуги в Тоскане позволит ей открыть там еще один небольшой филиал фирмы. Но Зару терзали сомнения и дурные предчувствия, как скалолаза, который повис на тросе. Ей все еще казалось, что она поступает неправильно. За одну жизнь можно успеть наделать столько ошибок, а Заре нужно было думать о благе ребенка.
Машина, которую Витале отправил за ней, подъехала к церкви. Би помогла ей выйти, и к ним подбежала Тони.
— Зара! — воскликнула она, откидывая назад медно-рыжие волосы, спадавшие ей на глаза. — Выглядишь потрясающе! Так кто такой этот итальянец? И почему я до сих пор с ним незнакома?
— Я беременна, и мы торопимся со свадьбой, — сообщила Зара, наблюдая, как ее сестра удивленно хлопает ярко-голубыми глазами и, разумеется, переводит взгляд на ее живот.
