— Я недостаточно хорошо тебя знаю. И потом, я не могу так просто забыть о том, как ты претворил в жизнь свой злобный план мести.
— Я смогу начать все с чистого листа, если потребуется, angelina mia. Потребности нашего ребенка неизмеримо важнее, — ответил Витале.
Наступившая тишина оглушала. Ее тревожный взгляд замер на его чувственных губах. Она вспомнила вкус его поцелуев. На щеках выступил предательский румянец.
— Но буду откровенен: помимо этого я хочу тебя, — мрачным полушепотом сказал Витале, испытывавший те же желания. Это уточнение было неожиданным и напугало ее. — Не я так решил, я этого не предвидел, и меня самого это удивляет. Но с тех самых пор, как мы были вместе в Италии, я хочу вернуть тебя в свою постель.
Зара вспыхнула, но его признание придало ей сил. Ей было интересно узнать, что он на самом деле тоже не может держать все под контролем. Каждый раз, глядя на него, она должна была подавлять непроизвольную реакцию на его мрачную притягательность. И мысль о том, что и ему приходилось справляться с подобными чувствами, была весьма приятна.
Витале чуть наклонил гордую голову и стал внимательно рассматривать ее лицо, подмечая малейшую эмоцию. Тонкая наблюдательность была присуща ему так же, как и напористость.
— Хорошо, я готова попытаться. Я буду твоей женой три месяца, — наконец ответила Зара. — Если за это время у нас ничего не выйдет, то мы разойдемся, не предъявляя друг другу претензий.
— Как возврат бракованного товара? — вкрадчиво протянул Витале.
— А почему бы и нет? — Зара почувствовала, что хотя бы частично снова взяла ситуацию под контроль, и ее пухлые, мягкие губы тронула улыбка. Если его тянет к ней, то, надо признаться, и ее тянет к нему. Но все же с ним следует держать чувства в узде, и уж во всяком случае, после того что он совершил, идеализировать его она не будет.
Обхватив рукой ее хрупкое плечико, Витале нагнулся и накрыл ее губы своими. И хотя жадное тепло и возбуждение проносились через каждую клеточку ее тела, наполняя ее неистощимой энергией и страстным желанием, она не отозвалась на его поцелуй.
Он отвел голову назад, его темно-золотистые глаза выражали нескрываемую жажду.
— Я добьюсь, чтобы это сработало, — поклялся он.
Но уже сам факт, что над их браком нужно работать, не предвещал, по ее мнению, ничего хорошего. Слишком часто природные склонности разбивали в прах самые лучшие намерения, с тревогой подумала Зара. Только когда начнутся трудности, они поймут, на что готовы ради брака, который даже нельзя назвать настоящим.
Глава 8
Всего за две недели до свадьбы Витале пригласил Зару пообедать. Всю прошлую неделю он был очень занят, и она совсем не видела его, поэтому это приглашение немало удивило ее.
— Я думала, днем ты всегда слишком занят, — напомнила Зара его собственные слова, сказанные несколько дней назад по телефону.
— Обычно так и бывает, но сегодня особый случай. У нас встреча с твоим отцом, — мрачно сообщил Витале.
Зара обескураженно повернулась к нему, в ее глазах светились одновременно любопытство и тревога.
— Зачем нам встречаться с отцом?
— Пришло время задать ему все вопросы о гибели моей сестры, — более чем сдержанно выразил свои намерения Витале. Владевшее им волнение читалось в напряженных чертах его лица. — Теперь, когда мы собираемся пожениться, пора получить от него объяснения. Это же твой отец, я не мог не пригласить тебя.
— Не уверена, что я хочу быть там, — призналась Зара. Ее смущала перспектива наблюдать со стороны за таким непростым разговором. — Но если надо… Конечно, при нынешнем раскладе это вряд ли повлияет на мои отношения с родителями, но отец никогда не простит мне, если ты унизишь его в моем присутствии.
— Не вижу смысла делать это, — ровно сказал Витале, разжимая и снова сжимая пальцы на руле. — Сегодня утром я первым делом позвонил твоему отцу и сказал, что я — брат Лореданы и что я хочу знать правду о событиях той ночи, когда она утонула. У него было несколько часов, чтобы обдумать все возможные варианты.
— И ты думаешь, твоя прямота и откровенность на него подействуют? — с сомнением спросила Зара.
— Твой отец не глуп. Чем он рискует? Он понимает, что я не смогу опровергнуть ничего из его слов. На борту яхты было всего два члена экипажа. Стюардесса, она же кок, погибла. А Род Бэйнс, управлявший яхтой, получил черепно-мозговую травму и почти ничего о той ночи не помнит.
Монти Блейк был в своем элегантном кабинете на первом этаже крупнейшего отеля сети «Ройял». Когда они вошли, он стоял у окна. Он обернулся и, увидев дочь, раздраженно поджал губы.
— Ты знала об этом родстве, когда спуталась с этим мужчиной? — тоном обвинителя спросил он.
— Это не важно. Просто расскажи Витале, что произошло в ту ночь, — не выдавая своих чувств, ответила Зара.
— Я все рассказал много лет назад, во время расследования…
— Да, конечно же я верю, что вы, как по волшебству, оказались в спасательной шлюпке, а потом так удобно лишились сознания, когда яхта начала тонуть, — с жгучей ненавистью выдохнул Витале. — За сколько времени до этой ночи вы стали любовником моей сестры?
Пожилой мужчина состроил гримасу:
— Я им не был. Я почти ее не знал…
— Но она ждала ребенка…
— Но не от меня, как я и сообщил следствию, — перебил отец Зары.
Витале нахмурился:
— Я что, похож на идиота?
— Если не верите мне, проверьте по числам. Я встретил Лоредану в загородном доме вашего дяди, пообедал с ней на следующей неделе, когда был в нашем отеле в Риме, и пригласил ее провести со мной выходные на яхте. Она была очень красива, но наши отношения не стали близкими, — признался Монти, бросив смущенный взгляд на дочь. — У меня в жизни было достаточно много трудностей. В то время мы с твоей матерью почти не разговаривали.
Зара напряглась, было заметно, что ей очень неловко.
— Все, что ты нам расскажешь, останется между нами, — пообещала она.
— Когда Лоредана приехала ко мне в те выходные, она из-за чего-то переживала, — продолжал Монти Блейк. — За обедом она призналась, что поссорилась со своим бойфрендом и что ждет ребенка. Разумеется, приглашая ее отдохнуть на яхте, я ожидал совершенно другого, и мы немного поспорили, когда я спросил, по какой причине она приняла мое приглашение…
— Вы поссорились? — мрачно уточнил Витале.
— Ничего серьезного, — устало ответил Монти. — Судя по всему, она приняла мое приглашение, только чтобы заставить ревновать своего бойфренда. Она надеялась, что он не позволит ей встречаться со мной, но он ничего такого не сделал, и ее это очень расстроило. Когда она заплакала, я предложил ей отправиться в ее каюту. При всем к ней уважении, к тому времени я уже был сыт по горло ее театральным поведением.
