её лицо стало по-настоящему серьёзным.
— В Трёхречье? Не рекомендую. Последние две недели в том районе активизировались речные пираты. Три торговых судна ограблены, одна лодка пропала, ищем до сих пор. Они специально охотятся на небольшие суда с ценным грузом.
— Пираты? — встревожилась Надя. — Настоящие пираты?
Судя по выражению её лица, про такое она читала только в книжках.
— К сожалению, да, — кивнула капитан. — Хорошо организованная группа. Используют быстрые лодки, догоняют, потом берут на абордаж. Настоятельно рекомендую вернуться или дождаться каравана для совместного путешествия.
— Благодарю за предупреждение, — спокойно сказал я. — Но дело срочное, мы справимся.
— Вы не понимаете! — капитан повысила голос, забыв про официальный тон. — Они вооружены! У них есть боевые маги! Я не могу вам позволить…
Она осеклась, словно сказала лишнее.
Я решил немного приоткрыть карты. Не явно, не демонстративно — просто чуть ослабил контроль над своим магическим источником. Для обычных людей ничего не изменилось, но маг воды должен был почувствовать. Это как изменение атмосферного давления перед грозой — неуловимое, но ощутимое.
Глаза капитана снова расширились, но теперь по другой причине. Она почувствовала. Почувствовала глубину и мощь, которую я обычно держал под жёстким контролем. Её взгляд изменился — из обеспокоенного стал оценивающим.
— Я беру ответственность на себя, — добавил я, глядя ей прямо в глаза.
Капитан молчала несколько секунд, явно борясь с собой. Потом резко развернулась к одному из своих подчинённых.
— Принесите сигнальную ракетницу!
Страж скрылся в рубке и вернулся с латунным цилиндром длиной примерно в ладонь. На боку виднелись три гнезда с зарядами размером с грецкий орех, светящимися изнутри приглушённым красным светом.
— Это магический артефакт речной стражи, — пояснила капитан, передавая мне ракетницу. — Три заряда. В случае опасности выстрелите вверх. Сигнал видно на тридцать километров. Ближайший патруль придёт на помощь.
— Благодарю, капитан, — с самым серьёзным видом кивнул я. — Мы будем осторожны.
Патрульный катер отошёл, развернулся и направился дальше. Я убрал ракетницу в ящик под сиденьем.
— Очень… заботливая, эта капитан Вера Ильинская, — заметила Надя.
— Она просто выполняет свой долг, — ответил я невозмутимо.
— Ага, долг, — фыркнула Надя. — Видимо у неё этих сигнальных ракетниц целый ящик. Всем раздаёт, кого встретит.
— Молодая девчонка, — проворчал Волнов, снова запуская движитель на полную мощность. — Что она в своём патрульном катере понимает в настоящих опасностях. Мы и не с такими справлялись, верно, Данила?
Я промолчал. Для меня одного пираты не представляли никакой опасности. Но предупреждение о магах мне не понравилось. Вместе со мной Волнов и Надя. Надо будет в первую очередь думать об их безопасности.
«Данила задумался», — заметила Капля. — «Данила волнуется?»
«Данила готов к неожиданностям. А ты следи в оба, малышка».
«Капля следит! Всё тихо!»
Надя села обратно на диванчик, но я заметил, как она то и дело поглядывает на ящик с ракетницей. Волнов насвистывал что-то бодрое, но его взгляд стал внимательнее, он чаще оглядывался по сторонам.
Предупреждение капитана Ильинской повисло над нами невидимой тучей.
* * *
Солнце поднялось в зенит, заливая реку ослепительным светом. Мы шли уже больше часа после встречи с патрулём, и тревога от предупреждения капитана Ильинской постепенно рассеивалась под мирным плеском волн и ленивым жужжанием стрекоз над камышами.
— Что-то есть хочется, — признался Волнов, потирая живот. — С утра только чай выпил, думал, в дороге перекусим.
— И правда, время обеденное, — согласилась Надя, поглядывая на солнце.
Впереди река делала плавный поворот, огибая группу небольших островков, поросших ивняком. Место выглядело совершенно безобидно — такие же островки мы проплывали последний час.
— Давайте пообедаем прямо на ходу, — предложил я. — Всё равно река спокойная.
Волнов одобрительно кивнул и потянулся к специальному фиксатору на румпеле.
— Сейчас закреплю руль, чтобы катер шёл прямо. Эх, красота какая! Птички поют, солнышко светит, а мы сейчас на природе покушаем!
Я достал из-под сиденья корзинку с провизией от Елены Павловны. Надя помогла выставить на маленький раскладной столик, который крепился между диванчиками. Пирожки с капустой и мясом, варёные яйца, копчёная рыба, свежий хлеб.
— О, это дело! — Волнов соорудил себе трёхэтажный бутерброд и отсел обратно на корму.
Он устроился прямо у руля, присматривая за ним, хотя тот был закреплён, другой — держа свой бутерброд.
Надя разливала квас из фляги в походные стаканчики. Я резал большой мясной пирог на куски. Обстановка была настолько мирной, что казалось, мы просто выехали на пикник.
— А что такое Большая гонка? — с любопытством спросила Надя. — Вы мне не рассказывали.
— Вы правда не знаете⁈ — Волнов чуть не подпрыгнул. — Данила вам не рассказывал?
— Нет, я помню только, как вы устроили гонку по дороге к Добролюбову, — улыбнулась Надя, откусывая пирожок. — Я думала, мы перевернёмся!
— Это всё Иван Петрович! — рассмеялся я. — Не мог удержаться от соревнования.
— А что! — Волнов махнул бутербродом. — Молодость вспомнил! В мои годы на бронеходе мы такие гонки устраивали между вахтами! Однажды даже адмирала обогнали, правда, потом неделю в карцере…
«Данила ест! Пирожки!» — радостно констатировала Капля, выпрыгивая из воды рядом с катером. — «Капля тоже хочет!»
«Ты же не ешь человеческую еду».
«Но очень хочется!»
— … и тут боцман как заорёт: «Полный назад!» — продолжал Волнов свою байку. — А механик уже рычаги переключил! В общем, врезались мы в пристань так, что половину свай повыбивали!
Надя звонко смеялась. Даже я не мог сдержать улыбку. Волнов, воодушевлённый вниманием аудитории, начал новую историю.
Катер мирно огибал очередной островок. Камыши расступились, открывая вид на следующий изгиб реки.
«Данила! Опасность!»
Предупреждение Капли прозвучало раньше, чем я сам успел что-то увидеть.
Из-за островков одновременно, словно по команде, выскочили две низкие быстроходные лодки. Они были узкими и длинными, и мчались так, что почти весь корпус зависал над водой, оставляя в ней только движетель. Никаких опознавательных знаков, никаких флагов. На каждой — по два человеческих силуэта.
Бутерброд застыл в руке Волнова на полпути ко рту.
— Чёрт полосатый… — выдохнул он.
«Плохие люди!» — волновалась Капля. — «Злые-злые! Пахнут злостью!»
«Пока наблюдай. И будь готова».
«Капля готова! Капля их съест!»
Лодки веером расходились в стороны, явно намереваясь окружить нас. Двигались они быстро и слаженно. Расстояние
