Планы. Люди и элле станут топливом для моих вселенских проектов, ангелы принесут мне клятву верности или исчезнут, а демоны займут место первых среди равных. И тогда я перестану зваться богиней Тьмы, став великой созидательницей и единовластной матерью всего сущего. В новых мирах мне потребуются верные наместники — я изберу их из числа тех, кто служил мне лучше и преданнее остальных.
Мы с Кайрой слушали лунную богиню, затаив дыхание и раскрыв рты от благоговейного трепета. При последних словах Деворы мы невольно переглянулись — на наших лицах отразился единый восторг и ликование от открывшихся космических перспектив. В этот миг титул, к которому я стремился почти сто семьдесят лет, и всё накопленное за десятилетия богатство показались мне столь ничтожными, что я невольно устыдился.
— Возлюбленные чада мои, — мягким убаюкивающим тоном продолжала вещать богиня. — Вы грызётесь из-за куска бесплодного камня, словно дворняги над обглоданной костью, не желая видеть своих истинных возможностей. Откройте же глаза! Приведите ко мне Аурелию, и награда превзойдёт все ваши мыслимые и немыслимые ожидания!
* * *
Когда аудиенция у богини Тьмы и Луны подошла к концу, мы с Кайрой Весперой, опьянённые собственной значимостью и манящими перспективами, летящей походкой покинули тронный зал.
Мы скользили рука об руку по извилистым коридорам Лунной Твердыни, и каждый наш шаг отзывался эхом в древних и таинственных сводах. Полированные стены из чёрного обсидиана отражали призрачное сияние серебряных светильников в форме полумесяцев. Под нашими сапогами простирались мозаики из чёрного базальта, где серебристые нити сплетались в древние руны, а на высоких стенах резные фрески изображали величественные деяния лунной богини.
Несколько минут мы шли в полном молчании. Постепенно эйфория отступала, оставляя после себя лёгкий туман в голове и горький привкус реальности. Я внимательно изучал профиль своей спутницы, и чем дольше вглядывался, тем сильнее сжимал губы в тонкую линию. Тревожный вопрос, терзавший меня, словно острый шип под языком, никак не смел сорваться с губ.
Демоническая иерархия основывалась на строгой вертикали власти, где вершину занимал архонт — избранный апостол и проводник воли лунной богини. Число архонтов никогда не превышало священного числа тринадцать, и каждый из нас считался живым воплощением божественной воли лунной богини. Когда мы отдавали приказ демонам или верным элле, никто не смел ослушаться, ведь считалось, что нашими устами говорит сама Девора Асура Анимас.
Только архонтам даровались великие гранатовые камни душ, позволяющие устанавливать связь с Деворой посредством магии крови из любого места с алтарём. Во всём мире существовало лишь два камня могущественнее гранатовых — серебряный и золотой, хранимые лунной богиней и солнечным богом. Если гранатовый осколок древнего метеорита Санкториум вмещал до сотни тысяч душ, то в камнях божественных близнецов содержались миллионы, а их магия достигала поистине космических масштабов.
Демоны были абсолютно бесплодны и не знали естественного продолжения рода. Каждого из нас создавала лично Девора Асура Анимас, используя тёмную магию и осквернённые грехами души людей, завершивших свой земной путь. Мы появлялись на Астральном Плане уже взрослыми, физически совершенными и с развитым разумом. Ни один демон никогда не рождался младенцем или ребёнком. Мы не старели, наши раны затягивались бесследно, и даже древнейшие из нас сохраняли внешнюю молодость и привлекательность. Лишь в глазах наших старейшин иногда проступала неизъяснимая тоска, и они постепенно угасали, теряя интерес ко всему, включая вечную жизнь. Именно по этим едва уловимым признакам мы обычно определяли возраст встреченных собратьев и сестёр.
Только избранным среди нас единицам лунная богиня даровала высокий статус с момента появления в её чертогах. Мне неведомо, что такого узрела в моей чёрной душе Девора, но с самого перерождения после земной жизни я стал гипархом — по статусу в чопорном обществе Тенебриса это условно приравнивалось к безземельным аристократам у элле. Не самая вершина общества, но далеко и не самое дно.
Вступив в ряды гоплитов, я семнадцать долгих десятилетий кропотливо прокладывал путь к вершине, закаляя себя в битвах как воин, оттачивая мастерство как командир и постигая науку управления как администратор.
Однако очень немногие демоны могли похвастаться такой же блестящей карьерой. Подавляющее большинство душ, попавших во владения лунной богини, становились либо топливом для чар, либо бесами — презренными существами, чей статус едва превосходил положение рабов.
Бесам приходилось влачить жалкое существование, прозябая на самых грязных работах или пополняя ряды безликих милис — пушечного мяса легионов, с гибелью которых в бою никто никогда не считался. Хотя теоретически особо отличившийся бес имел возможность возвыситься до командира и со временем даже заслужить титул архонта, на практике эта вероятность стремилась к нулю. Обычно их астральное бытие заканчивалось бесславной кончиной в нищете, а вершиной удовольствия оставалось нахлебаться до умопомрачения лунного нектара и подрыгаться на вшивом матрасе с грязной дешёвой шлюхой.
Тем не менее существовала каста демонов, чьё положение считалось ещё более презренным, чем у бесов. Самыми отверженными традиционно считались те, кого Девора Асура Анимас изгоняла на Земной План. Общеизвестно три вида демонов, служащих лунной богине на Земле: дьяволы, они же демоны перекрёстков, тайно подстрекавшие людей на преступления или скупавшие их души за безделушки; инкубы, искушавшие человеческих женщин плотским вожделением и тем самым осквернявшие их; и суккубы, которые столь же бесхитростным образом вводили в смертный грех мужчин.
Ещё в кулуарах Лунного дворца шептались об элитной и страшно засекреченной службе демонов, известной как «теневые инфильтраторы». Говорили, будто эти искусные мастера тайных игр вселялись в тела влиятельных смертных и с их помощью направляли ход истории в угоду лунной богини. Они плели паутины интриг, всегда оставаясь в тени. Однако эти слухи обычно приписывали выдумкам тех, кто вернулся с Земного Плана и стремился избежать унизительных насмешек собратьев.
Пристально глядя на Кайру Весперу, которая некогда достигла вершины демонической иерархии, но в одночасье опустилась на самое дно, во мне вдруг пробудилось нечто гадкое и липкое, похожее на сочувствие. Но гораздо явственнее я ощутил страх однажды оказаться на её месте. А мой указательный палец, лишённый драгоценного перстня с гранатовым камнем душ, вдруг принялся зудеть и чесаться, словно в напоминание о моём шатком положении.
— Вы во мне дыру взглядом прожжёте, лорд, — проворчала демоница, когда мы наконец достигли выхода из Лунной Твердыни и остановились у массивных серебряных врат. — В чём дело? Вы настолько по мне истосковались или вас гложет какой-то вопрос?
— Множество вопросов, — признался я, искривив губы в злорадной усмешке. — Но прежде всего позвольте полюбопытствовать: чем вы занимались
