— Ты и была для меня единственной. — Его голос стал хриплым. — Я хотел тебя тогда и хочу сейчас.
— О да…
Это был вздох узнавания, принятия. Согласно ему Карлос и действовал, поднимаясь с колен и увлекая ее за собой. Теперь его губы прижались к ее губам — все было так, как Марта хотела. Возвращая поцелуй, она обвила его руками за шею, вплетая пальцы в его волосы. По коридору, а потом вверх по лестнице он не то вел, не то нес ее, удаляясь от покоев Хавьера в комнату, которую Марта приготовила для него лишь пару дней назад.
Почти на каждой второй ступеньке он останавливался, чтобы поцеловать ее, прижимая к стене, и сила и жар его эрекции обжигали ее кожу сквозь тонкую ткань платья. Но даже этот барьер казался слишком большим, и она должна была преодолеть его.
Спотыкаясь, останавливаясь, срывая с губ поцелуи, они наконец добрались до его спальни. Торопливыми шагами вошли в комнату, в сплетении рук и ног повалились на кровать. Дрожащими от возбуждения пальцами Марта мяла его майку, затем стянула ее и прильнула к сильной груди Карлоса. В тот момент, когда они так интимно познали друг друга, рухнули последние преграды, и их потряс дикий взрыв огня и страсти.
Одежда была сорвана и брошена на пол. Поцелуи, дикие, яростные, требовательные, несдержанные, как и прикосновения, напоминали не ласку, а побуждение к тому безумному наслаждению, к которому они должны были прийти вместе. Во всем этом не было ничего изящного, а лишь потребность погрузиться в бурю ощущений. Неодолимая волна желания заставила Марту прогнуться и вскрикнуть в тот момент, когда Карлос вошел в нее, уверенно и сильно.
Ее пальцы вцепились в его плечи, ногти — в гладкую кожу. Она ощутила напрягшиеся мускулы. Марта возносилась все выше и выше, теряя себя, но не теряя возлюбленного, и в тот момент, когда его накрыло волной оргазма, она бросилась вслед за ним, кончив всего лишь на мгновение позже.
Между блаженством и реальностью, когда Марта медленно возвращалась на землю, она не знала ничего, кроме жара и силы рук Карлоса и дикого биения его сердца. Не было никакой потребности в словах, потому что сейчас их общение происходило на другом, более примитивном уровне. Если бы только все так и оставалось, без этих сложностей речи, которая могла быть недопонята или вообще превратно истолкована… Если бы только…
Карлос пошевелился, глубоко вздохнул, пробормотал что-то по-испански. Он, наверное, в другом мире, подумала Марта. Вероятно, он тоже хотел, чтобы все было таким же простым, как общение их тел, и ничего не надо было говорить.
Но действительность была жестока. Эти отношения не были так просты и однозначны. И если Марта точно знала, почему испытывала к Карлосу такую сильную страсть, то о его чувствах не имела ни малейшего представления. Он хотел ее. В этом можно было не сомневаться. Его тело было полностью вовлечено во все, что происходило между ними. Но что он думал? Что было в его сердце? На эти вопросы у нее ответов не было, но стоит их задать, и сразу возникнут сложности. Марта снова окажется потерянной в море сомнений и неопределенности.
Она вздохнула. Почти одновременно вздохнул и Карлос, затем повернулся к ней. Его зеленые глаза горели мягким огнем — он только что удовлетворил звериный голод.
— Все как и раньше, верно? — тихо произнес он. — Ничего не потускнело, ничего не поблекло. Есть только ты, я и этот пожар, который вспыхивает между нами, когда мы прикасаемся друг к другу. И это сделает наш брак стоящим.
— Просто ты и я, — эхом откликнулась в ответ Марта.
На какое-то мгновение ей захотелось вернуться и еще раз обдумать его предложение спокойно и без эмоций. Как если бы это касалось только ее и Карлоса.
Но тут ей в голову пришла другая мысль. Марта испытала шок. Ведь это может никогда не повториться — просто она и Карлос. Теперь всегда с ними будет кто-то еще, кого нужно учитывать. Ребенок.
— Что такое? — Ее движение насторожило Карлоса. Он поднял голову и посмотрел на нее. — Что-то не так?
Он задал простой вопрос, но вряд ли был способен принять ответ. Да и так ли уж необходимо было что-то говорить?
Карлос, очевидно, думал, что сумел убедить ее. И брак, основанный на великолепном сексе и ни на чем больше, — вполне осуществим. Марта же знала: это невозможно. Его нелюбовь будет забирать у нее слишком много и в конце концов разрушит все. Ей придется объяснить Карлосу, почему отношения с ним невозможны, почему ей пришлось отвергнуть его предложение. Трудно только начать.
Глава 9
Марта не могла сразу приступить к трудному разговору. Такие вещи следует обсуждать осторожно и деликатно.
Отбросив волосы, она уставилась в стену, не смея взглянуть Карлосу в лицо. Не сейчас.
— Девственницы легко привязываются, — начала она неуверенно, повторяя слова, которые он произнес в их первую встречу. — Почему ты сказал это? Что заставило тебя так думать?
— Я не думаю, я знаю, — отрезал Карлос.
Его раздраженный тон свидетельствовал о том, что эта тема имеет какое-то отношение к настоящему моменту.
— Почему? — спросила Марта. — Что произошло? Кто это был? Кто заставил тебя так думать?
По тому, как его губы сжались и опустились веки, Марта поняла, что разбередила старую рану. Карлос долго молчал, и она уже не чаяла услышать ответ. Но через какое-то время он небрежно пожал плечами, пытаясь притвориться, что вопрос не так уж и важен, да и воспоминания значения не имеют.
— Мне тогда было восемнадцать. Я встретил девушку… — Он посмотрел на вырисовывающиеся за окном розоватые пики гор в отсветах заходящего солнца. — Я просто хотел получить удовольствие, думал, и она того же хотела. Элла была на год старше, и мне казалось, что у нее уже был какой-то опыт. Но ошибся… — Карлос пропустил сквозь пальцы взъерошенные волосы. — Я сделал ошибку, порвав с ней вскоре после того, как она объявила, что влюблена в меня. Почему-то она думала, что и я должен был любить ее, и не могла принять на веру, что у меня к ней нет никаких чувств. Ей удалось превратить мою жизнь в ад: она преследовала меня, отказываясь разорвать отношения. У нее был ключ от моей квартиры. Я мог прийти домой и найти ее в своей постели. Всем рассказывала, как ужасно я обращаюсь с ней, грозила перерезать себе вены. И однажды ночью заявилась в Эль-Сьело, порезала себе бритвой руки, а потом всем говорила, что это сделал я…
Марта задержала дыхание, не способная поверить в услышанное. Карлос повернулся к ней, его зеленые глаза потемнели.
— Все это из-за того, что она любила меня. Может, так оно и бывает…
— Нет. — Марта резко тряхнула головой. — Любовь не влияет так на человека. Она заставляет сделать что-то хорошее для того, кто тебе дорог. Чтобы у него было то, что ему нужно. Преследовать кого-то, угрожать, пытаясь разрушить его жизнь — это отвратительно.
