наконец, сложился в идеальную картину. Гвендолин, видение которой заняло от силы пару секунд, отмерла и решительно посмотрела на Лоркана снизу вверх:
— Ваш план хорош, Всемилостивейший Государь. Я с радостью стану женой Каина, а из Стефана выйдет замечательный царь.
Лоркан некоторое время изучал девушку взглядом, затем склонил голову набок:
— Ты так сильно напоминаешь нам Найрин.
— Наверное, мы с ней родственники, — слабо пошутила Гвен. Она внезапно почувствовала слабость, будто произнесение фразы согласия вытянуло из нее все силы, которыми напитало видение. Или наоборот это последствия сегодняшних всплесков прорицания?
Царь оставался серьезным:
— Я очень рад, что нам удалось с тобой договориться. Тогда пока что ни на что не соглашайся, чтобы не предлагал принц. Мы лично займёмся подготовкой к оформлению документов и вопросами на счет свадьбы.
— Как прикажите, Государь.
Гвендолин присела в низком реверансе и поспешила уйти. Разговор прошел даже лучше чем она себе представляла. Даже показалось, что мама зря настолько сильно пугала Гвен рассказами о царе.
Вот только что-то царапало в душе, будто за рёбра попала колючка репейника и теперь жалила своими иголочками при каждом вдохе. Может быть, Гвендолин так задело то, что она узнала о Лоркане — ведь на троне буквально сидел самозванец. Или же странное упоминание «сокровища». Не о нем ли хотел рассказать Каин вечером? А быть может волновало царевну что-то совсем иное, в чем даже самой себе пока что признаваться было страшно.
С высоты драконьего полета армия напоминала огромное полчище муравьев, движущееся по пустоши под палящим солнцем. Несмотря на все прогнозы, кхидеи шли невероятно слаженно, быстро и решительно. Цель этого похода была ясна каждому из них и для ее достижения разрозненные племена вновь соединились в одно мощное войско.
Дарай приторочил голову поверженного дракона к седлу и ехал рядом с крытой повозкой, всматриваясь вдаль. Путь воинов лежал вдоль горной гряды на восток, где раньше располагалась болотистая местность Кхидеи, а теперь обосновалось Лисанское княжество. На этой границе у царства был один значительный недостаток, по сравнению с горной грядой. Если со стороны Фольского княжества когда-то давно застава располагалась на возвышении, с которого было удобно осматривать земли, то болотистая местность не могла похвастаться подобным ландшафтами. Молодой Повелитель знал, где находятся оборонительные пункты и как они смогут подкрасться к ним практически незаметно. В последнем деле кхидеи поднаторели за многие годы.
В сумерках разбили лагерь. Дозорные выехали вперед на разведку, остальные отдыхали, присаживаясь у костров. Ночью в пустоши было холодно, несмотря на то, что днём с непривычки можно было потерять сознание от жары. Кхидеи приспособились выживать в таких условиях, были закалены, знали правила жизни и в горах, и в пустошах, и на болотах. Даже в диких дремучих лесах, которые залегли на окраине их земель и были известны своими ядовитыми растениями и опасными хищниками.
Дарай сидел в одиночестве, на отдалении и от воинов и от командиров. Последние кидали на него задумчивые взгляды, но натыкаясь глазами на голову дракона, молча возвращались к трапезе. Сейчас никто больше не смел ничего говорить против приказов юного Повелителя. Он доказал своё право на трон не один раз, а намного больше — сначала сбежав от головорезов и выжив в горах, затем вернувшись и сразившись с конкурентами, и теперь, отстояв свои интересы и сплотив народ вокруг себя.
Повелитель был увлечен планированием. Он потёр уставшие глаза и снова вгляделся в карту, но мысли уже путались. Организм, истощенный за последние недели беспрестанной подготовкой к войне, требовал отдыха.
Справа послышались лёгкие шаги. Дарай оказался на ногах даже раньше чем осознал в чем дело. В его руке сверкнул кинжал. Приближающаяся фигура замерла на месте, все еще скрытая тьмой.
— Гвен? — слабо и удивленно выдохнул мужчина, не поверив своим глазам. Рука держащая оружие безвольно опустилась.
Глава 14
— Добрый вечер, Повелитель, — произнес из темноты знакомый голос. Девушка шагнула ближе к огню. Свет озарил ее рыжие локоны и простое платье, явно не подходящее принцессе самого богатого королевства на материке.
Дарай поморщился, ощутив болезненный укол разочарования и тут же мысленно обругал себя за несвойственные ему эмоции. Повелитель отвернулся и вновь присел на свое место, сухо спросив:
— Что случилось, Оливия?
— Решила немного проветриться, — девушка подошла ближе и присела рядом с Дараем. Она огляделась, окинув взглядом остальные костры, разбитые палатки, сидящих воинов, и сказала: — Весь день трястись в повозке не так уж и удобно. Вы могли бы хотя бы взять мою карету.
— В ней были хорошие запчасти, которые нам понадобились, — мужчина ответил спокойно, без грамма сожаления о том, что леди теперь приходится терпеть неудобства при передвижении. После их разговора во дворце принцесса вела себя с кхидеем смелее, а, убедившись, что и его люди не смеют причинить ей вреда, достаточно расслабилась и теперь старалась понять как ей обратить ситуацию в свою пользу. Случайно вырвавшееся у Повелителя имя заинтересовало Оливию и она ненавязчиво уточнила:
— А кто такая Гвен?
Девушке достался недружелюбный взгляд из-под бровей. Дарай пытался вновь сосредоточиться на документах, но быстро понял тщетность этой затеи и теперь лишь делал вид, что собирается вернуться к работе. Он изучил собеседницу взором и коротко ответил:
— Никто. Всего лишь тень прошлого.
— Наше прошлое творит наше будущее, — задумчиво изрекла принцесса, рассматривая собеседника. Она была не настолько глупа, чтоб полностью доверять ему. Повелитель был слишком резок, хитер, скрытен, и он не спешил подпускать Оливию к себе ближе, несмотря на то, что она ему рассказала. Но вместе с тем, Дарай был прямолинейным и честным в своих целях, что подкупало. Принцесса старалась быть рядом с ним гибкой, подстроиться под настроение, влиться в поток мыслей, настроить мужчину положительно к себе, но постоянно ощущала стену недоверия, которой Повелитель отгораживался от людей. Оливия продолжала говорить, размышляя: — Иногда тени каких-то событий могут быть настолько большими, что накрывают всю нашу жизнь. Я не видела здесь ни одной женщины, кроме меня, так кого же вы ждали?
— Я не ждал ее, — Дарай отвернулся, раздраженно дернув плечом. Оливия склонила голову на бок, голос ее стал тише, а речь лилась осторожно:
— Я знаю, что кхидеи привыкли к многоженству, но у вас не видела ни одной женщины. Отчего вы не завели гарем, Повелитель?
Мужчина скосил глаза на собеседницу и она едва удержалась, чтоб не вздрогнуть. В темноте при мерцающем свете костра его черты лица заострились, а взгляд казался еще более холодным и хищным. Так может смотреть
