– Хотите еще сосисок с бобами?
Валери покачала головой, стараясь не слишком пялиться на его руку, держащую сковородку, и не вспоминать, как всего лишь полчаса назад он прикасался к ней, нес ее в спальню.
– Как знаете. – Он сел и положил себе на тарелку щедрую добавку. – Но я лично умираю с голоду. Просто поразительно, как сильно на открытом воздухе разыгрывается аппетит.
– Ну да, на открытом воздухе, – с иронией пробормотала Валери, откладывая в сторону салфетку. – С вашего разрешения, пока вы доедаете, я начну убираться в кухне. Мы ведь не можем допустить, чтобы я опоздала на учебную экскурсию по лесу для знакомства с нашими пернатыми друзьями, не так ли?
Роджер не ответил, поэтому Валери молча встала, взяла тарелку и ушла. Некоторое время она чувствовала на себе настороженный взгляд Роджера, но потом он переключил все внимание на еду.
Остановившись возле раковины, Валери залила сковороду мыльной водой. Значит, думала она, хмурясь, аппетит у Роджера Бенедикта разыгрался от прогулки по свежему воздуху, а то, что он отнес на руках в спальню вызывающе одетую женщину, не имеет к этому никакого отношения.
Валери вернулась в гостиную через пятнадцать минут. Здесь ее ждал новый сюрприз: Роджер разложил на полу перед диваном четыре длинных зеленых предмета, которые Валери приняла за пластиковые трубы. В ответ на ее вопросительный взгляд Роджер пояснил:
– Это противозмеиные гетры. Одна пара для меня, вторая была приготовлена для Рико, но поскольку они безразмерные, то подойдут и вам.
– Противозмеиные?
У Валери тревожно засосало под ложечкой. Она вдруг поняла, что до сих пор не осознавала в полной мере, что значит фотографировать птиц в естественной среде. Она, конечно, была когда-то герлскаутом, но до бывалого путешественника и естествоиспытателя, каким, судя по всему, был Роджер, ей далеко. Валери снова посмотрела на зеленые пластиковые штуковины, стараясь не показать, что ее терзают дурные предчувствия.
– Они похожи на отрезанные куски средневековых доспехов, от времени покрывшиеся зеленью.
Роджер засмеялся:
– Удачное сравнение. На самом деле зеленый цвет выбран для маскировки. Мы же не хотим распугать прекрасных пернатых друзей, как вы выразились. – Он кивнул Валери: – Ну-ка идите сюда, я покажу, как их надевать.
Валери подошла ближе, Роджер встал перед ней на колени. Следуя его указаниям, Валери сунула ноги в растягивающиеся зеленые трубы. Их нижние концы загибались на ее кроссовках, а наверху гетры расширялись по форме икр. Валери кашлянула.
– Как вы думаете, в лесу много змей?
Роджер встал, пряча улыбку.
– Большинство змей не ядовиты, но даже ядовитые постараются по возможности не попадаться на вашем пути. Но поскольку нам предстоит продираться сквозь густой кустарник, лучше заранее себя обезопасить, чем потом кусать локти. Вы согласны? Можно случайно наступить на мокасиновую змею или еще кого-нибудь в этом роде.
– На м-мокасиновую змею?
Валери покрылась гусиной кожей. Роджер прищурился:
– Брезгливым дамочкам в лесу делать нечего, так что если вы передумали...
– Господи, конечно, нет! – храбро воскликнула Валери, для пущей убедительности замахав руками. – Надевайте гетры, и в путь!
Роджер, посмеиваясь, подчинился. Через пару минут, когда они уже собирались выходить, он вдруг схватил Валери за руку и показал на окно, выходившее на веранду:
– Смотрите, колибри вернулись.
Валери повернулась и посмотрела на крошечных птичек у кормушки. Порхающие птахи, пьющие нектар и заигрывающие друг с другом, выглядели очень романтично. Ей вспомнились слова Роджера: «Весенний ритуал ухаживания». Роджер наблюдал за крошечными созданиями с не меньшим интересом.
– Та, что с рубиновой грудкой, – самец, – тихо пояснил он. – Самки, как и следовало ожидать, носят более скромное оперение.
Валери бросила на него уничтожающий взгляд:
– Вы рассуждаете как истинный шовинист.
Роджер хмыкнул:
– Нет, я просто говорю правду. Женские особи всегда окрашены не так ярко, как мужские. – Он сделал паузу, чтобы окинуть Валери взглядом с ног для головы, и перевел дыхание. – Но в вашем случае я должен сделать исключение. Огненно-рыжие волосы, яркие фиалковые глаза... вас при всем желании не назовешь бесцветной.
Он шагнул ближе, Валери взглянула на него с тревогой.
– Значит, Роджер, ваше удобное правило применимо не всегда?
– Не всегда. – Роджер придвинулся и вдруг сделал виноватое лицо. – Валери, насчет того, что я сказал... и сделал раньше...
Их защитные гетры соприкоснулись, зашуршали друго друга, и это разрушило чары. Валери заставила себя улыбнуться и отступить на шаг.
– Ну что же, наверное, нам лучше заняться делом, пока наши рыцарские доспехи окончательно не заржавели.
Из коттеджа в лес уходила узкая тропинка, Роджер пошел по ней впереди, Валери – сзади, в нескольких футах от него. Кроме фотоаппарата с телеобъективом, висевшего на плече, Валери несла и запасной бинокль, выданный ей Роджером. Пластиковые гетры плохо гнулись, Валери чувствовала себя ужасно неуклюжей, однако Роджер, казалось, не испытывал никаких неудобств. Он уверенно шагал по тропинке, неся бинокль и кассетный магнитофон.
Тропинка привела их к прозрачному, весело журчащему ручью, через который был перекинут дощатый мостик. Лучи солнца, пробиваясь сквозь просветы в листве, играли в воде причудливыми бликами. Валери улыбнулась, она всегда умела ценить красоту природы и сейчас с наслаждением вдыхала воздух, напоенный ароматом сосновой смолы и хвои. Здесь, в лесу, все дышало миром и покоем, и Валери почти забыла о существовании цивилизованного мира с его шумом и суетой. Давно, очень давно не бывала она в месте, где лес так хорошо сохранил свою первозданную красоту. Теперь она легко могла понять любовь Роджера к природе.
Вскоре после того, как они перешли ручей, тропинка внезапно оборвалась, приведя их на гребень небольшого холма, где стояла наблюдательная вышка. Они остановились и стали разглядывать обветшавшее сооружение. Роджер пояснил:
– Вышка заброшена, как и коттедж. Мы, наверное, будем иногда слышать самолеты, летчики осматривают сверху лес на предмет пожара. – Он поднял голову и посмотрел наверх. – Я собираюсь иногда забираться на эту вышку, с нее можно будет разглядеть птиц на верхушках деревьев.
Тропинка только соединяла вышку с коттеджем, дальше Роджеру и Валери пришлось идти прямо по лесу без всякой дороги. Лавируя между деревьями и продираясь через кусты, Валери не раз помянула добрым словом защитные гетры: в тенистом лесу зачастую было очень трудно разглядеть, что у тебя под ногами. Однако всего через несколько ярдов заросли стали реже, а потом лес стал почти прозрачным. Теперь под их ногами расстилался ковер из сосновой хвои, на котором изредка попадались зеленые островки папоротника и кусты, казалось, переливающиеся на солнце.
