Читаем без скачивания Гвардия Хаоса (СИ) - Акисс Ардо вин

У Рана буквально кусок в горле застрял. Лерии пришлось похлопать его по спине.

— Нет, Ранмаро не знал об этом, — ответила она вместо парня. — А вот я знала. И привела его в ваш дом с единственной целью. Нет, совсем не для того, чтобы превратить его в развалины.

— С какой же тогда, госпожа Лерия?

— Всему свое время, ваша светлость.

Князь раздраженно ткнул вилкой в тарелку. Потом смутился подобного своего выражения агрессии, и тяжело вздохнул.

— Что же, мне не поспорить с двумя Рыцарями Света. Вы по праву сильного можете диктовать мне свои условия. Полагаюсь на ваши честь и достоинство.

В этот момент вернулся дворецкий со странным именем Мрак. С серебряным подносом, в центре которого находилась хрустальная вазочка с кетчупом.

— Господин Гален, у ворот ожидают Леопольд Бронзлевен со спутниками. Пять человек, вооружены и очень опасны. Кетчупа, — автоматон взглядом указал на поднос, — на всех не хватит.

— Будь добр, завари им полыни и добавь в нее побольше валерьянки и пустырника. И липового меда. А мне принеси водки. А чего желаете вы, Ранмаро, Лерия? — Гален без всякого предупреждения перешел на «ты».

— Что-нибудь колюще-режущее.

***

Леопольд Бронзлевен оказался человеком могучего телосложения и обладателем тяжелого взгляда, сверлящего окружение из-под массивных надбровных дуг. Квадратная челюсть несла на себе печать жуткой травмы, оставившей после себя два уродливых шрама рядом с синтетическим имплантом, заменившем ее левую часть и щеку. Такие же серые пластины закрывали скальп, полностью защищая верхнюю часть черепа. Алая сутана полностью скрывала тело от горла до пят, так что под ней могло быть что угодно — и кибернетические модификации, и силовая броня. На бархатной ткани был отпечатан герб его Великого Дома — золотая рука, сжимающая восьмиконечную фиолетовую звезду. Его сопровождали четыре бойца в закрытой черной силовой броне без опознавательных знаков.

Оставив Мрака где-то позади, Леопольд быстрой уверенной походкой ворвался в столовую, и первым делом впился изучающим взглядом в Ранмаро, словно до этого момента не верил в то, что найдет здесь именно его. Лерия была удостоена лишь долей секунды небрежного внимания, а потом Бронзлевен повернул свою аугментированную голову в сторону Галена Джейда.

— Гален Джейд, — Леопольд пренебрег приветствием, — мое руководство выражает свою озабоченность вашим пренебрежительным отношением к вопросу государственной безопасности. Вы не удосужились сообщить нам о визите столько опасной для империи персона, как наследник Великого Дома Лэйт.

Князь побледнел. Это мог быть как страх, так и гнев. Или все сразу.

— Смею напомнить, что мне известно об эффективности вашей системы наблюдения, установленной на территории моих владений с моего согласия. Я не обязан откладывать в сторону свои дела только для того, чтобы поиграть в своевременного осведомителя, состязаясь в этом деле с искусственным интеллектом.

— Ваше замечание будет принято к сведению. После подробного анализа я вышлю по почте рекомендации, которые позволят в будущем избежать подобного непонимания, — после этих слов Бронзлевен потерял к Джейду интерес и всецело обратил свое внимание на Ранмаро, который прятал под столом непроизвольно сжавшиеся кулаки.

— Ранмаро Лэйт, вы приглашены на собеседование в региональную штаб-квартиру «Рассвета». У нас есть к вам пара вопросов.

— Вакенприх является зоной ответственности Раббена Тоттенгрибера, — напомнила о себе Лерия. — Как и любая другая территория, сохранившая управление со стороны Первых Домов. А я почему-то не вижу у вас платиновых крестов, — девушка извлекла из-под плаща небольшой крест из белого металла на стальной цепочке, в центре которого был отчеканен человеческий череп.

— Если бы не череп на твоем кресте, я мог бы посчитать, что ты его украла, девочка, — с раздражением ответил Леопольд. — Потому что как еще объяснить тот факт, что тебе неизвестно об исключении Раббена Тоттенгрибера из рядов «Рассвета». Прямо сейчас происходит полная реорганизация Смотрителей, а мои коллеги проводят допросы обнаруженных Могильщиков. Рад, что вместе с Лэйт доставлю в штаб-квартиру еще одну.

— Рассчитываешь на повышение? — Ран не собирался цедить это сквозь зубы. Но так получилось.

— Если вы откажетесь проследовать со мной, мне придется применить силу. Привожу к вашему сведению, что данное здание уже находится в прицеле пары штурмовиков, а через несколько минут окажется в зоне досягаемости ракет ударного корвета. Мы отдаем себе полный отчет в том, какую опасность вы представляете.

— Странно, что император не прибыл сюда лично, — усмехнулась Лерия.

— Твоя ирония только подтверждает нашу обеспокоенность деятельностью вашего подразделения, — последовал мрачный ответ Леопольда. — Не так-то просто принять факт внутреннего предательства после десятилетий общей борьбы за правое дело.

— Ты понимаешь, что скорее всего не выйдешь отсюда живым? — спросила девушка, касаясь пальцами края капюшона. Ее голос звенел яростью.

— Никто никого не будет убивать, — предостерег Ранмаро. — Мы пообещали господину Галену.

— Мы ему ничего не обещали…

Гален Джейд, приободренный было заявлением Рана, ответил Лерии возмущенным взглядом.

— Из какого ты Дома, наглая девчонка? — разозлился Бронзлевен. — Тебя нет в базе данных Могильщиков.

— Ты будешь удивлен, — оскалилась она. И судя по реакции Леопольда на форму ее зубов, совершенно зря.

— Только не говори, что ты одна из этих, — с отвращением произнес он.

Лерия зарычала по звериному, и Ранмаро едва успел схватить ее за плечо прежде, чем она сделала шаг вперед. Стальные мышцы под белой тканью заставили его усомниться в осмотрительности подобного решения.

А потом в столовой возникла синяя рамка портала, из которого вышел заметно раздраженный Раббен Тоттенгрибер.

Последовала продолжительная немая пауза.

— Вы не спешили, господин Тоттенгрибер, — нарушил тишину Гален Джейд. — Я уже начал бояться, что вы не успеете предотвратить грядущее побоище.

— Был немного занят, — ответил Раббен холодно. — Лерия, нам предстоит серьезный разговор.

Судя по застывшему выражению губ девушки, подобного развития событий она не ожидала. Потом она повернулась в сторону Галена Джейда и произнесла с долей нескрываемого одобрения:

— Не ожидала, что вы свяжетесь с мастером напрямую, господин Джейд. Думала, что у вас не хватит решительности.

— Не стоит недооценивать чародеев, юная госпожа.

Раббен приветствовал Ранмаро коротким кивком. А тот вспомнил, что Тоттенгрибер спас Крэйна Столсанга от справедливого возмездия. Так что никак нельзя было сказать, что он рад его прибытию.

А затем наступила очеред Леопольда Бронзлевена.

— Я забираю этих молодых людей, — сообщил агенту «Рассвета» бледный чародей. — Убедительно прошу не причинять никаких беспокойств его светлости Галену Джейду. Раньше я не мог предотвратить вмешательство организации в его личную жизнь, но теперь, когда император объявил меня персоной нон-грата в империи, я могу защищать свои права — и права любого представителя Первых Домов — путем применения насилия.

— Это приведет к гражданской войне.

— Я бессмертен и мне все равно.

— Господин Раббен! — Гален не смог сдержать изумленного возгласа. Ранмаро же только убедился в том, что друзья и враги столетиями недооценивали Раббена Тоттенгрибера.

— Будь по-вашему, — Леопольд отступил, поднимая руки вверх в символическом жесте капитуляции. — Не вижу смысла здесь и сейчас связываться с Гвардейцем.

— Мудро. И бессмысленно в исторической перспективе, — безразличным тоном ответил Раббен. — Ранмаро, Лерия — вы предпочтете отправиться со мной или решите ускорить развитие событий? Сейчас или позже — хаос грядет.

Глава 98. Лабиринт

Виктория, накрыв лицо ладонью, смотрела сквозь тонкие пальцы на лазурный небесный свод. Солнце зависло в зените и жгло просто немилосердно, заставляя жалеть о забытой в лагере соломенной шляпе. Девушка сама от себя не ожидала внезапного решения бросить все и пересечь океан между Судо и Дакиэрро, но что случилось, то случилось. Не будь Кирина, у нее было бы время подумать, но его возможности пьянили, внушали ложное ощущение всесилия и неуязвимости. И что теперь? Она застряла посреди океана. Пролетела на спине мистического существа из далекого прошлого сотни километров, но стоило ей увидеть эту колонну из черного железа, торчащую посреди водной глади, как все силы — и физические, и моральные — иссякли, и Кирин, стремительно уменьшаясь, опустил ее на плоскую вершину, чтобы вернуться в состоянии мерцающей лунным светом татуировки. Виктория не могла даже коснуться Врат, чтобы восполнить мистическую энергию. И оказалась во власти всеобъемлющей апатии.