чувствовал непреодолимое желание навестить старую подругу своей матери. Ночью это чувство стало совершенно нестерпимым, и Альбус решил, что дальше своевольничать не стоит. Он неспешно оделся, запер дверь и, накинув на себя чары невидимости, вышел на улицу. В окнах соседского дома холодным светом отражалась луна, и Дамблдор с трудом задавил в себе нежелание туда идти.
Он осторожно постучал в калитку и вначале едва не обморозил пальцы, настолько лютым холодом тянуло от обычной с виду деревенской ограды. Однако уже через секунду Дамблдор почувствовал, как холодная доска потеплела, и понял, что получил разрешение войти.
Пройдя по дорожке, он открыл дверь коттеджа и осторожно вошёл внутрь. Хозяйку Альбус встретил уже на кухне. Известная писательница и историк Батильда Бэгшот сидела за столом и вырезала что-то на моржовом клыке острым ножом.
— Заходи, мой мальчик, заходи, — проскрипела старая ведьма со злым предвкушением. — Долго же ты собирался, чтобы меня навестить.
— Доброй ночи, госпожа Бэгшот, — процедил Альбус с вызовом. — Что-то вы неважно стали выглядеть. Может, решили умереть наконец-то?
Седая сморщенная старушка мгновенно превратилась в огромную змею и выстрелила своим мощным телом в Дамблдора, остановившись прямо у него перед лицом.
— Уш-ш тебя, мой мальчик, я точно пережить сумею, — прошипела женщина-наг.
— Я всего лишь обозначил, как сейчас выглядит ваше нынешнее тело, госпожа Бэгшот, — не испугался Дамблдор оскаленной змеиной пасти.
Огромная рептилия несколько раз попробовала языком воздух перед его лицом и вернулась за стол, чтобы через мгновение превратиться в седую безобидную старушку.
— Осмелел, осмелел. И это значит, что ты нашёл собственный путь к бессмертию, — констатировала недовольно Бэгшот. — Надеешься теперь избежать участи всех остальных неудачников, да, малыш Альби? Не хочешь после перерождения терять силы и память?
— Один из моих бывших студентов, Том Реддл, несколько десятков лет назад совершенно случайно приоткрыл завесу над вашими грязными секретиками, моя госпожа, — ухмыльнулся Дамблдор. — Он разорвал свою душу на несколько маленьких кусочков и спрятал те в разных местах. Только недавно я сумел выяснить, что это за предметы. Затем я внимательным образом изучил «Волхование всех презлейшее» и понял, что две тысячи лет назад Герпий Грязный остановился в полушаге от этого открытия, но так и не сумел осознать, насколько всё гениальное просто.
— Значит, ты разобрался, как можно поместить филактерию в живое существо и в будущем выгнать владельца из собственного тела, — догадалась древняя ведьма, по-новому разглядывая ауру Дамблдора.
Альбус согласно кивнул, неспешно пригладил седую бороду и сказал:
— Совершенно случайно осколок души Томаса Реддла попал в тело ребёнка. Я с раннего детства изучал носителя крестража, сына Поттеров, и за эти годы сумел разобраться, как это произошло. Создать действующий ритуал было сложно, но я всё же Великий Светлый волшебник, и у меня получилось.
— Только не надо мне врать, Альби. На твоей хитрой физиономии написано, что ритуал ты украл у Фламеля, — проскрежетала насмешливо ведьма. — Решил, значит, и сам новую жизнь начать. Наверно, кого-то из своих рыжих вассалов наградил крестражем?
— Вы же не думали, госпожа Бэгшот, что я проговорюсь? — усмехнулся Дамблдор, присаживаясь в кресло. На подлокотнике он заметил толстую книгу. С задней части обложки победно улыбалась Рита Скитер, задрав нос от собственной важности.
Дамблдор перевернул книгу и на лицевой стороне обнаружил уже свою недовольную физиономию. На открытке, которая фиксировалась на обложке при помощи обычной скрепки, было написано: «Дорогая Батти, спасибо за то, что рассказали мне всё, хотя, возможно, вы и не помните об этом. Ваша Рита».
— Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора, — медленно прочитал он заголовок, с укором глядя на древнюю ведьму, которая, ухмыляясь, наблюдала за его реакцией. Дамблдор понял, что именно Бэгшот организовала публикацию этого сборника глупых небылиц, в котором однозначно не было ничего правдивого.
— Я всегда хотел спросить вас, госпожа, почему вы так любите все эти книжки? Сначала учебники истории магии, теперь вот это дерь… — едва не выругался Альбус, после чего недовольно отбросил книгу с дарственной открыткой на ближайшую полку.
— Тот, кто пишет об истории мира, тот, по сути, эту историю и творит, — фанатично блеснули чёрным огнём глаза старухи. — Очевидцы событий умрут, людская память тоже просуществует два-три поколения. А вот верно написанные книги способны пережить тысячи лет! В моих текстах я оставляю кодированные сообщения для себя в будущем, если всё же когда-нибудь потеряю память. Очень скоро это дряхлое тело окончательно рассыплется, и я найду себе новое вместилище, желательно начитанное и умненькое. Хочу вновь почувствовать всю полноту жизни, любовь мужчины, радость материнства и прочее. Это тебе, Альби, пока необходимы ритуалы, а мне ведь достаточно одного касания. — И во рту древней ведьмы блеснули острые змеиные клыки.
— Геката у греков, Персефона у римлян, Великая Мать у шотландцев, Моргана у нас и даже Морана у славян. Кто ты на самом деле, моя госпожа? — спросил Дамблдор, передёрнув плечами от внезапного озноба.
— Сейчас ты всё равно ничего не поймёшь, мой мальчик. А когда умрёшь, станет уже слишком поздно…
Тьма в глазах Бэгшот, казалось, презрительно ухмыляется, но, к удивлению Дамблдора, в этот раз древняя ведьма ответила:
— Все пытаются убежать из мира-ловушки. Тратят понапрасну кучу сил. А ведь можно существовать и здесь. Когда-то меня звали Ноктисс, но я уже очень давно забыла это имя. Ну что, теперь тебе стало понятнее, мой мальчик?..
— Чего вы хотите от меня на этот раз, госпожа? — спросил Дамблдор раздражённо, после небольшой паузы. Он подумал, что Бэгшот, как обычно, просто над ним насмехается. — Не могу сказать, что это меня огорчает, но пока я не в состоянии вам помочь. Все считают меня мёртвым.
— Можешь, мой мальчик, можешь! — клыкасто оскалилась древняя ведьма. — Пригласи-ка сюда, в Годрикову Впадину, этот твой эксперимент — Гарри Поттера. Я хочу сама посмотреть, что за отпечаток вложил в его голову Томас Реддл. А заодно пусть Поттер прихватит с собой и ту девочку-магглокровку. Я слышала, эта Гермиона Грейнджер начитанная и умненькая. Мне будет очень даже интересно посмотреть на неё вблизи, хе-хе.
Дамблдор задумчиво кивнул, подтверждая, что приказ понятен, а затем с сомнением пожевал губами.
— Ну, говори. У тебя ещё есть проблемы, о которых я не слышала? — приказала древняя ведьма, недобро прищурившись.
— Я лишился палочки, одного из Даров Смерти, — наконец признался Дамблдор.
