неправильно истолкованы.
Быстро взвесив все за и против, он с негодованием посмотрел на древнюю ведьму и твёрдо произнёс:
— Я немедленно отправляюсь в Мунго, чтобы спасти Уизли. Полагаю, у Молли были серьёзные причины нарушить мои приказы. Вы знаете, госпожа, светлый волшебник — это не просто слова. Мы часто действуем не по расчёту, а по велению сердца, руководствуясь исключительно добрыми чувствами и совестью!
Он резко развернулся и вышел из комнаты, слыша за спиной хриплый смех мерзкой старухи. Однако Бэгшот его не остановила. Вероятно, древняя ведьма понимала, что, встретившись со всеми Уизли в Мунго, ему будет проще внушить Поттеру и Грейнджер желание посетить Годрикову Впадину.
Внутри Дамблдора всё кипело от ярости, и ему нестерпимо хотелось сжечь старую ведьму адским пламенем вместе с её домом. Но едва он вышел на улицу, как вся его ненависть начала уменьшаться, пока не исчезла совсем. Уже через секунду Альбус ощутил себя полновластным хозяином положения, а приказы древнего осколка давно исчезнувших Нагов стали его собственными желаниями.
Опыт в использовании ментальной магии у Дамблдора, к его несчастью, не шёл ни в какое сравнение с опытом той, кого он по давней привычке называл Батильдой Бэгшот.
Глава 66
Власть или только ее видимость?
Лечебница имени святого Мунго работала и днём, и ночью, не замирая ни на миг. На пятом этаже, где лечились пациенты, попавшие под действие серьёзных проклятий и чар, в одной из палат сегодня находились все Уизли. Сюда же приехал с площади Гриммо и Гарри с друзьями.
Он молча стоял рядом с Гермионой и Роном у постели тётушки Молли. Резкий запах каких-то лечебных зелий щекотал ему нос, вызывая желание чихнуть, и Гарри незаметно поморщился. Исхудавшая миссис Уизли лежала на кровати без сознания и, похоже, умирала. За окнами светила луна, но, несмотря на глубокую ночь, спать Гарри совершенно не хотелось.
Все члены многочисленной семьи рыжих волшебников с печалью смотрели на осунувшееся лицо собственной матери. На впавших щеках тётушки Молли едва заметные раньше веснушки выделялись болезненными точками, словно рассыпанный на мраморе пепел. Джинни тихо плакала, поглаживая сухую пергаментную руку матери, остальные дети, насупившись, стояли плечом к плечу, сжимая кулаки от невозможности что-то изменить.
У изголовья умирающей на бархатной подушечке лежал светящийся накопитель магии. Спешно доставленный из Тибета артефакт упрямо не позволял миссис Уизли окончательно уйти. Однако Гарри видел, как шар понемногу тускнеет, сдаваясь, и все, даже вечно неунывающий целитель Сметвик, мрачнеют.
Хриплое прерывистое дыхание тётушки Молли временами стихало, и тогда полумрак в комнате будто трещал от напряжения. Однако каждый раз, к облегчению Гарри, миссис Уизли справлялась с атакой неизвестного проклятья. Матриарх рода продолжала бороться за жизнь, несмотря ни на что.
Гарри до ужаса хотелось рассказать всем, что Дамблдор жив, но он никак не мог на это решиться. Каждый раз, едва только Гарри открывал рот, боль в руке становилась просто нестерпимой, а источник начинал заполошно пульсировать. Он уже тысячу раз пожалел, что так и не научился передавать сообщения с помощью патронуса. Иначе Гарри давно наговорил бы для Дамблдора просьбу спасти маму Рона и Джинни.
Поттер, правда, не понимал, как директор мог бы помочь тётушке Молли. Желание написать Дамблдору появилось после того, как он случайно услышал тихий разговор Артура с Биллом. Старший сын Уизли тоже был здесь со своей женой Флёр. Артур объяснял наследнику и невестке, что из-за одной давней клятвы только Дамблдор способен предотвратить смерть Молли, но так как Великий Светлый волшебник умер, шансов на спасение у той нет. Тибетский артефакт, доставленный по приказу Лонгботтома только растянет мучения несчастной на неопределенный срок и, возможно, единственным выходом, будет дать Молли спокойно умереть. Билл таким же тихим шепотом яростно возражал отцу.
Возможно, Гарри всё же решился бы раскрыть тайну директора, несмотря на риск потерять магию. Но к его облегчению такая жертва не потребовалась. Поттер в очередной раз начал растирать саднившую руку, и вдруг дверь распахнулась от удара. На пороге стоял Дамблдор — уверенный в себе и серьёзный, настоящий Великий Волшебник, каким его всегда считал Гарри.
— Оставьте нас с Молли наедине. Немедленно! — приказал Дамблдор суровым тоном, и все, в том числе и Гарри с Гермионой, послушно выскочили из палаты. Задержался внутри только Сметвик, но и тот вскоре вышел к ним. По какой-то причине целитель осуждающе качал головой и ругался в сторону каких-то неизвестных молодых идиотов.
Гарри, Гермиона, вся семья Уизли и профессор Макгонагалл, которая тоже была здесь, замерли, мысленно моля всех богов, чтобы у Дамблдора получилось помочь тётушке Молли. Впрочем, Гарри показалось, что ждали они совсем недолго. Тайное лечебное искусство, которое, наверное, применил Альбус Дамблдор, сработало.
Великий Светлый Волшебник открыл дверь и с отеческой улыбкой пригласил их всех войти в палату. Тётушка Молли полулежала на подушках и со слабой улыбкой смотрела на них. Вид у женщины был неважный, но, по крайней мере, Молли уже была в состоянии самостоятельно говорить. Младшие Уизли едва не передавили друг дружку, так торопились обнять мать. Гарри и Гермиона зашли последними и чуть не оглохли от радостных воплей и слёз благодарности, в которых все присутствующие купали Дамблдора. Впрочем, Великий Светлый маг нашёл немного времени и для них с Гермионой.
— Спасибо, сэр, что спасли миссис Уизли, — искренне поблагодарил Поттер.
— Как только я узнал о случившемся, я не раздумывал ни секунды, — с тёплой улыбкой ответил тот.
— Сэр, но как же вам удалось выжить? — выпалила Гермиона, не сводя восхищённых глаз с воскресшего Дамблдора.
— Случайная ошибка врагов и светлая магия. Мне повезло спастись, хотя я был серьёзно ранен и выжил, пожалуй, лишь благодаря чуду, — ответил Дамблдор Гермионе и незаметно подмигнул Поттеру. Затем старый волшебник внимательно посмотрел сначала на Гарри, потом на Гермиону и серьёзным тоном сказал:
— Всё это время, мои хорошие, я тайно разыскивал крестражи Волдеморта. Недавно мне удалось уничтожить осколок души, который был спрятан в Медальоне Слизерина.
Гарри кивнул. Он прекрасно помнил их с Дамблдором приключения в пещере Тёмного Лорда. Слова об уничтожении очередного крестража вызвали у Поттера огромное облегчение.
— Мы были очень рады, сэр, когда услышали от Гарри сегодня, что отец Невилла смог победить Тёмного Лорда, — произнесла Гермиона. — Но потом мы подумали, раз Лонгботтом-старший не имеет представления о крестражах, то Волдеморт способен возродиться в любой момент.
— Вот поэтому вам надо найти остальные
