Рязанов, заметно повеселевший после их памятного разговора, аккуратно подтолкнул приятеля локтем, тихо спросив:
– Руслан, ты чего смурной такой?
– А ты никакого беспокойства не ощущаешь? – повернулся к нему Шатун.
– Нет вроде, – чуть подумав, мотнул штабс-капитан головой. – А ты?
– Странное какое-то чувство, – нехотя признался Руслан. – Словно случиться что-то должно. Знать бы еще, что именно, – вздохнул он.
– Ты это брось. Небось, из-за тех недорослей переживаешь, – попытался успокоить его Рязанов. – Забудь о них. Татищев еще никогда своих офицеров без драки не сдавал. Генерал у нас не святой, конечно, но за своих людей всегда горой стоит.
– Да плевать мне на этих ублюдков, – отмахнулся Руслан. – Не наградят, так и хрен с ним. Я не ради наград служу. Тут другое что-то.
– Неужто опять покушение? – охнул граф, который не понаслышке знал, что такое предчувствие. – Так мы вроде всю эту сволочь вычистили.
– Миша, ну это же не приказ от начальства, где все описано, – фыркнул Руслан. – Ноет что-то и ноет. А что, зачем, почему, только гадать можно. В общем, ты на балу ушки на макушке держи и по сторонам почаще поглядывай. Понял?
– Не дурак, – хмуро кивнул штабс-капитан, в котором служака уже давно сменил светского льва.
Карета подкатила к крыльцу губернаторского дворца, и ливрейный лакей, отворив дверцу, почтительно поклонился, рукой указывая офицерам на распахнутые двери. Кивнув в ответ, Руслан отступил в сторону и, дождавшись, когда карету покинет начальство, испустил очередной вздох. Оглядевшись, он приметил караул из казаков на перекрестке и пару своих бойцов, зорко наблюдавших за происходящим у крыльца. Увидев командира, бойцы коротко ему кивнули и вернулись к службе.
– Лихо ты их выучил, – оценил Рязанов эту короткую пантомиму.
– Потому и говорил, что для нашей службы свои бойцы нужны. Под наши задачи выученные, – тут же отреагировал Руслан, который продолжал носиться с идеей особой школы для мальчиков-сирот.
– Нашел время, – фыркнул Рязанов. – Ты еще на приеме это генерал-губернатору расскажи. Тогда точно вообще ничего не получишь.
– Понял. Заткнулся, – отшутился Руслан, не спеша шагая к дверям дворца.
– Руслан, уймись, – тихо посоветовал Рязанов. – Не воевать идем.
– Дай-то бог, Миша. Дай-то бог, – задумчиво протянул Шатун, продолжая анализировать всю известную ему информацию.
Встретивший их лакей, поклонившись, проводил приятелей в зал и, коротко указав, где находятся напитки, а где расположены столы с закусками, отправился обратно к дверям. Внимательно осмотревшись, Руслан невольно поморщился. Это сборище было мечтой налетчиков. Мужчины во фраках и мундирах, с орденами и украшениями. Дамы ослепляли блеском украшений, а самое главное, почти никого с оружием. Только полдюжины офицеров имели на ремнях кобуры с пистолетами. Благо хоть холодное оружие было почти у всех военных.
Указ о войне обязывал всех имевших отношение к военной службе иметь при себе оружие постоянно. Особенно в приграничных губерниях. Рязанов, задумчиво хмыкнув, в очередной раз подтолкнул приятеля локтем и, взглядом указав направление движения, первым двинулся по кругу. Чувства чувствами, а этикет еще никто не отменял. Не спеша двигаясь следом за ним, Руслан покорно отвешивал поклоны, прикладывался к дамским ручкам и нес всякую ахинею, выслушивая нечто подобное в ответ. В общем, светское мероприятие во всей своей красе.
Совершив эдакий круг почета, приятели отошли к стене и, прихватив с подноса проходившего мимо лакея по бокалу вина, принялись рассматривать собравшихся, тихо обмениваясь мнениями об увиденном. Спустя какое-то время слуги быстро и ловко раздвинули толпу у стены напротив входа, где было что-то вроде невысокого помоста с несколькими креслами, и распорядитель, выйдя на середину зала, громко объявил о выходе генерал-губернатора.
При первых же звуках его голоса все гости дружно развернулись к помосту и неожиданно синхронно поклонились при появлении губернатора. Дамы присели в реверансах, а мужчины согнули спины.
– Добрый вечер, господа, – улыбнулся губернатор, тяжело опускаясь в кресло. Последствия ранения еще давали себя знать.
– Я собрал вас сегодня, чтобы объявить о результатах расследования того неприятного случая, которому многие из вас стали свидетелями, – продолжил генерал-губернатор.
Слушая его речь, Руслан внимательно сканировал зал, просеивая взглядом собравшихся и отслеживая все места, из которых сам бы попытался довести дело до завершения одним выстрелом. И не стоит скептически улыбаться, вспоминая про капсюльные ружья. Среди местного населения находились мастера, способные из такого карамультука комару яйца отстрелить. Так что настороженность Шатуна была вполне обоснованна.
Но время шло, губернатор продолжал говорить, а в зале ничего не происходило. Более того, почти во всех замеченных Русланом точках то и дело мелькали лакеи. Дюжие молодцы в ливреях и с подносами в руках. Но подносы почему-то были пустыми. Приметив этот факт, Шатун только одобрительно усмехнулся про себя. В опытных руках мельхиоровая или серебряная железка могла наделать серьезных бед. Да и мягкую свинцовую пулю вполне могла удержать.
Другой вопрос, что энергия удара могла и руки повредить, но тут уж как повезет. От этих мыслей Руслана снова отвлек штабс-капитан. Как оказалось, к нему подошел один из лакеев и, тихо что-то прошептав, повел приятелей по краю зала ближе к помосту. Встав за колонной, Руслан заставил себя сосредоточиться на происходящем. Увидев на помосте князя Тарханова и генерал-поручика Татищева, Шатун в который уже раз тяжело вздохнул и, мысленно скривившись, мысленно проворчал: «Плакала моя неизвестность. Теперь меня местные на куски порвут, чтобы свои прожекты продвинуть. За фаворитами во все времена внимательно наблюдают. А мы с графом на данном этапе точно фавориты».
Распорядитель принялся называть фамилии, и объявленные подходили к помосту, получать заслуженные плюшки. К ироничному удивлению Руслана, награжденных оказалось много. Не обошли вниманием и Тарханова с Татищевым. Вот тут Шатун был с начальством полностью согласен. Эта парочка сделала больше, чем все остальные, вместе взятые. Уж ему, как непосредственному участнику событий, это было известно точно.
Дошла очередь и до них. Первым вызвали штабс-капитана, и генерал-губернатор лично поздравил его полным майором, заодно объявив свой указ о назначении Рязанова начальником отдела Пятигорской контрразведки. Как эта должность называлась на самом деле, Руслан даже после стакана вряд ли с первого раза смог бы повторить. Следом за Рязановым вызвали Руслана, но графу было приказано остаться.
Поздравив Шатуна званием штабс-капитана, генерал-губернатор развернул обоих офицеров лицом к залу и, не поднимаясь с кресла, торжественно добавил:
– Хочу, чтобы все собравшиеся запомнили этих достойных офицеров, которые не щадили живота, раскрывая заговор и арестовывая виновных. Под пулями и клинками врага.
Тут он несколько преувеличил, но вступать в полемику Шатун не собирался. Как говорится, начальству виднее. По знаку генерал-губернатора Татищев, поднявшись из своего кресла, принял у подошедшего юнкера орден Святого Владимира второй
