Но из-за труднодоступности региона эти индейцы пострадали от миссионерской деятельности европейцев намного меньше других племен долины Сан-Хоакина. У них важное место занимают шаманы, которые лечат больных, но племя может решить казнить их если они не справляются с болезнями.
Главная деревня этого племени находится на реке Керн и называется Войлу. В 21-ом веке это город Бейкерсфилд в котором я бывал и знал его историю, в частности про тяжелую судьбину шаманов. И именно на этом решил сыграть Иван Васильевич, которому я как-то рассказал об этом племени.
Сотник Пабло поехал к этим индейцам с нашим лекарем, который был специалистом в лечении трех страшных болезней косивших индейцев Калифорнии: малярии, оспы и сифилиса. Я в этой теме был очень «большим» специалистом, примерно таким же как и в холерной. Но Матвею этого оказалось достаточно и они с Германом уверенно заявили, что знают как бороться с этими болячками.
Иван Васильевич с атаманом рассчитывали, что если удастся заключить союз синдейцами йокутами, то в окрестностях их главной деревни мы построим форт, который закроет долину Сан-Хоакина с юга.
Занятие нами еще двух францисканских миссий вызвало жуткие проблемы во всех остальных, несмотря на решение Ивана Васильвича и атамана Воронина их пока не трогать. Все таки там достаточно много всякого народа, устраивать войнушку им очень не хотелось.
Но индейцы — неофиты массово стали покидать миссии, уходя в большинстве случаев к нам. Применять силу для их удержания власти не решились, резонно опасаясь нашего вмешательства.
В католических миссиях было просто огромное количество различного скота, всякие мастерские, сады, налаженные системы их водоснабжения, множество различных зданий. А миссия Сан-Карлос вообще является частью Монтерея — нынешней столицы Верхней Калифорнии.
Там располагаются первый в Калифорнии театр, публичная библиотека, школа, типография, резиденция губернатора, солдатские казармы и таможня. Монтерей является морскими воротами Калифорнии.
Испугавшиеся казаков мексиканские власти, вояки и францисканцы бросились бежать, в буквальном смысле теряя на ходу тапки. И Ивану Васильевичу с атаманом поневоле пришлось снаряжать казачьи сотни для спасения брошенных миссий и того же Монтерея от разграбления.
К середине октября казаки установили полный контроль над всей территорией приморской Калифорнией от линии Адамса — Ониса на севере и до Сан-Диего на юге, долинами Калифорнии — Сакраменто и Сан-Хоакин и западными склонами Сьерра-Невады.
Пустыни юга Верхней Калифорнии фактически контролируются индейцами с которыми мы начали устанавливать союзнические отношения и уже приступили к строительству фортов на перевалах Теджон и Техачапи и рядом с самой деревней Виолу.
Форт, рядом с деревней будет нашим оплотом на юге долины Сан-Хоакин, в нем надо будет расквартировать достаточно большой гарнизон и построить там госпиталь.
Форт Теджон будет контролировать дорогу из Лос-Анджелеса на север вдоль восточных склонов Береговых или Поперечных гор до севера долина Сан-Хоакин, где она резко поворачивала на запад и через перевал Микш выходила к миссиям Сан-Хосе и Санта Клара.
А форт Техачапи закрывал доступ в долины непосредственно из пустыни Мохаве.
От нескольких тысяч мексиканского населения на наших территориях остались жалкие крохи, не больше трех сотен мужчин, женщин и детей, не считая тех, кто до этого перешел к нам.
Полтора десятка мексиканцев-мужчин с семьями и без них осталось в Монтерее: библиотекари, работники типографии, несколько учителей, артистов и персонала местного театра. Это меня лично удивило больше всего, надо же патриоты высокого исскуства.
Основная масса мексиканцев осталась в Лос — Анджелесе и его окрестностях. Это были обитатели и работники большого пуэбло, поселения и нескольких ранчо со смешанным населением, почти полторы тысячи вместе с индейцами.
Ранчо и пуэбло Лос-Анджелеса были самыми крупными и процветаающими в Верхней Калифорнии, здесь было очень много крупного рогатого скота, уже были заложены виноградники и была развита торговля шкурами и жиром.
В отличии от католических миссий побладорес, так называли обитателей пуэбло и его ранчо, платили индейцам за работу и относились к ним более-менее по-человечески, среди них было много метисов, детей от смешанных браков.
В остальных миссиях и возможно будущих городах, осталось единицы, кроме Сан-Диего и Сан-Франциско, где смельчаков насчитывалось почти по десятку.
Всего к нам перешло от пятнадцати до двадцати тысяч индейцев-неофитов, а по сути бывших рабов францисканских миссий, большинство из них были из племен долин Калифорнии. Туда они преимущественно и вернулись, став верной опорой нашей власти.
Почти две тысячи были из остатков прибрежных племен и различные мастеровые, которым Иван Васильевич предложил остаться в бывших католических миссиях, Монтерее, Сан-Франциско и других поселениях. На некоторых положил глаз Костромитинов и у него нежданно-негаданно оказались новые рабочие рук, которые можно использовать для начала воплощения некоторых наших задумок.
Атаман Воронин первым делом начал строить на Белом утесе новый форт, который он назвал Северным Сан-Франциско и форт Сан-Матео.
Кроме этого как военный человек, атаман сразу же положил глаз на остров Алькатрас. На нем он решил строить для начала форт, который будет закрывать вход в залив Сан-Франциско.
Сказано — сделано. И на следующий день после захвата Сан-Франциско на острове высадилось пять семей староверов, согласившихся поселиться на нем и начать строить форт.
На восточном берегу полуострова Сан-Франциско Костромитинов предложил начать строить порт и начать переносить туда всю инфраструктуру из старого порта Румянцев. О желательности такого варианта как возможного будущего мы с ним как-то говорили и он этот разговор не забыл. Иван Васильевич естественно сразу же дал добро на такое дело.
Весь этот ворох дел и забот не мог отвлечь его от двух назойливых мыслей: как поставить в известность о случившемся меня и какова судьба наших товарищей ушедших в Мексику.
Глава 11
Ворох дел и забот не мог отвлечь Ивана Васильевича от двух назойливых мыслей: как поставить в известность о случившемся меня и какова судьба наших товарищей ушедших в Мексику.
Иван Васильевич резонно опасался, что Петр со своими спутниками окажутся а Мехико одновременно или даже позже гонцов из Калифорнии. Разведка доложила, что по тропе Хуана Баутиста де Анза, недавно открытой индейцами после сорока лет блокады, губернатор Верхней Калифорнии сразу же после инцидента отправил двух
