со своей стороны.
– Очень надеюсь… Пойдём спать? Завтра трудный день…
Вишневский загодя отыскал безопасный спуск: пологий склон с западной стороны, где естественные уступы образовывали нечто вроде природной лестницы. Вот по этой тропе землянам и предстояло пройти.
– Держимся плотной группой, – давал указания он, шагая первым и подавая руку пожилым. – Дети в центре. Одарённые замыкают.
Когда мы, наконец, ступили на вымощенную камнем улицу города, даже самые скептически настроенные затихли, с восхищением рассматривая окружающую нас архитектуру.
– Невероятно… это же целая цивилизация была, – прошептала Елизавета Эриковна, прикоснувшись к барельефу на стене ближайшего здания.
– Просто восторг! – воскликнула Катя осматриваясь.
– Нам надо найти подходящие дома для проживания, – напомнил дядя Стёпа, возвращая всех к реальности. – Думаю, лучше держаться подальше от окраины, но и подходить близко к дворцу не стоит.
Мы медленно двинулись по центральной улице. Из пустых дверных проёмов и окон веяло сыростью и запустением.
– Смотрите! – ткнул пальцем Алексей на комплекс строений в восточной части Нгосини. – Там вроде как все дома целые.
– Давайте посмотрим поближе, – кивнул дядя Стёпа. – Построение не нарушаем.
Люди потянулись в указанном направлении. Квартал располагался на возвышенности, но при этом находился на достаточном удалении и от разрушенных окраин, и от дворцового комплекса с Каари.
– Какие крепкие, – дедушка постучал рукояткой ножа по стене ближайшего здания. – Правда, вон та парочка всё же пострадала невесть от чего.
Первое здание, которое мы обследовали, было двухэтажным с большими комнатами. Даже сохранилась некоторая мебель: каменные столы, скамьи из дерева, пропитанного какой-то смолой, сундуки, окованные железом.
– Тут можно разместить семьи с детьми, – предложила баба Нюра, деловито осматривая помещения. – И Геннадия Петровича с ребятишками, которых лечит…
Соседние дома оказались сходной планировки. Они образовывали почти замкнутый круг с внутренним двором, что давало дополнительную защиту.
– Идеально, – подытожил Вишневский, когда осмотр завершился. – Внутренний двор можно использовать для общей кухни и сборов. Вот эти два дома с дырами на внешней стене отдадим мужикам, со временем бреши залатаем. Есть колодец, но он ниже уровня этого квартала. Надо бы проверить наличие в нём воды.
– Туалет вон там, – заметила мама и махнула рукой, показывая, где именно. – Скворечник, только каменный.
– Можем начинать заселение, – решил Вишневский.
Пока люди распределялись по домам, я не переставала думать о Каари и её дочери.
– Диана, – тихо позвала Катя, подойдя ко мне. – А змея правда не тронет нас?
– Не тронет, – ответила я. – У нас договор. И вскоре мне предстоит отправиться в её логово, чтобы выполнить свою часть.
К вечеру все расселились. Первая ночь прошла спокойно. Каменный город на этом этапе нашего путешествия казался куда надёжнее джунглей.
Глава 20
Интерлюдия
Прошла почти неделя с момента заселения в каменные дома.
Стены, сумевшие выстоять под натиском беспощадного времени, теперь защищали новых жителей. Баба Нюра, как всегда, взяла на себя ответственность за организацию быта.
– Женщины, поделимся на группы: одни стирают, другие готовят, – раздавала она команды направо и налево.
Внутренний двор быстро стал сердцем маленькой общины. Здесь установили импровизированную кухню: три костровища, над которыми соорудили навесы из найденных неподалёку широких листьев и обломков мебели. В центре, по инициативе Степана Анатольевича оборудовали место для собраний.
– Баба Нюра, сегодня чья очередь на кухне? – спросила Елизавета Эриковна, выходя из дома, закреплённого за детьми.
– Сегодня Марина с девочками, – отозвалась старушка, упирая руки в бока. – Ты лучше глянь, что там с водой? Колодец расчистили?
В самом большом доме разместили семьи с детьми. Тут же Елизавета Эриковна забрала себе одну просторную комнату и организовала что-то вроде школы, хотя бы на пару часов, но каждый день. Дети, как ни удивительно, приняли новую реальность куда быстрее и легче взрослых.
– Миша, не бегай возле стены! – крикнула Мария, молодая мама шестилетней Полины. – Видишь, дядя Пётр работает!
Работа по укреплению повреждённых стен двух домов, где жили мужчины, шла полным ходом. В первом зияла дыра размером с небольшую дверь, во втором часть стены обрушилась, образовав брешь почти в три метра шириной.
Алексей, Пётр и ещё пятеро мужчин, наделённых сверхсилой, занимались восстановлением этих проблемных участков.
– Так, ребята, – Николай Семёнович, в прошлом строитель, задумчиво почесал седеющую бороду. – Камни подбираем максимально подходящие по размеру. Связующий раствор делаем из глины, песка и травяной смеси.
В отсутствие цемента пришлось экспериментировать. Мама Дианы обнаружила в джунглях растения с клейким соком, напоминающим латекс. Смешав его с глиной, обнаруженной неподалёку от колодца, и песком, они получили вязкую массу, застывавшую на воздухе.
– Держи, Лёш, – Петя протянул ему очередной камень размером с небольшой чемодан. – Клади – вот тут, в левый угол.
– Придержи-ка, пока я замажу, – отозвался Алексей, аккуратно устанавливая блок на место.
К вечеру первого дня меньшая брешь была полностью заделана. С большой пришлось повозиться дольше. Мужчины работали посменно, и через три дня обе стены были залатаны.
Евгения Ивановна вместе с Геннадием Петровичем занялись обустройством медицинского кабинета в одной из просторных комнат на первом этаже центрального здания. Здесь же хранились остатки лекарств, собранные по крупицам из домашних аптечек. На полках, сколоченных из обломков мебели, теперь лежали рассортированные лекарства, запасы бинтов и шприцев.
Евгения, помимо забот о медпункте, почти ежедневно совершала небольшие вылазки в близлежащие заросли: она методично собирала, исследовала и классифицировала местные растения.
– Смотрите, что я нашла, – объявила она как-то, принеся корзину, полную незнакомых овощей и корнеплодов. – Это чрезвычайно похоже на маниоку с Земли. А вот эти плоды напоминают батат.
Баба Нюра с подозрением осмотрела содержимое тары:
– А ты уверена, что это не отравит нас всех?
– Я проведу все доступные мне тесты, – успокаивающе улыбнулась Евгения. – Кроме того, я заметила, что местные грызуны активно всё это поедают.
После осторожных проб выяснилось, что псевдоманиока действительно съедобна и питательна. Но настоящей находкой стали корни растения с пурпурными прожилками на листьях, напоминавшие земной таро.
– Из них можно сделать муку, – воодушевлённо говорила бабе Нюре Евгения Ивановна, после серии экспериментов. – Ничем не хуже картофельной или кукурузной.
Старушка, скептически настроенная, всё же взялась за непростую задачку. Сначала она тщательно промыла корни, затем с помощницами очистила их от кожуры. После подготовленное сырьё нарезали тонкими лепестками и замочили в воде на сутки, меняя её (воду) несколько раз.
После вымачивания ломтики корней сушили на солнце, разложив на плоских поверхностях. И последний этап – измельчение. Подобрали два плоских камня и растирали кусочки между ними – примитивная, но действенная мельница. Полученный порошок просеивали через ткань с мелким плетением и снова просушивали.
– Что же, попробую испечь лепёшки, – сама себе кивнула
