Десять тысяч, причем не в рублях. А сеансов тех не меньше десяти.
— Ничего себе! — проникся я.
— Конечно, тебе ничего, все ему. И все одно очередь на год вперед расписана. Он ведь реально под два — два с половиной десятка лет с них снимает в результате, причем без побочек. Морщины, хвори, седина. Женщины, особенно те, которые привыкли к всеобщему восхищению, последнее отдадут, лишь бы еще немного старость отодвинуть. И ведь что примечательно — работает чисто. Чужие годы клиенткам не отдает, на крови заклятий не делает, через договор с какой-то нежитью их не проводит. Травки, мази, безобидные заговоры. Придраться не к чему.
— А хотелось?
— Ты еще меня полови на слове! — возмутился Ровнин. — Короче — я тебе вводные дал, дальше сам.
— Понял, принял, — я подался чуть вперед, — но это не все. Так что с шаманом? Очень консультация нужна. Но чтобы…
— Настоящий, я помню. — Мой собеседник допил кофе и глянул на часы. — Вообще в наших широтах шаманы большая редкость. Они же завязаны кто на сейды, кто на озера, кто вообще на остров, где его предки со времен ледникового периода камлали. Это колдуну или, к примеру, ведьмаку все одно, где обитать, они универсалы. А шаманы от природы родного края силу черпают. Ну и боги еще некоторым помогают. Ты же в курсе, что на том же Кольском, например, богиня Сациен до сих пор немалую власть имеет над всем живым и неживым?
— Нет.
— А это так. Наша Павла Никитична тебе много чего могла бы порассказать на этот счет. — Начальник отдела лукаво глянул на меня поверх очков.
— Да сейчас! — буркнул я. — Вы же знаете ее отношение к моей особе.
— Как она тебя тогда мокрой и грязной тряпкой по спине нахлестала! — рассмеялся Ровнин, вспомнив один неприятный случай двухлетней давности. — И ведь за дело!
— Я хотел как лучше. Чтобы всем хорошо было.
— А в результате три оперативника чуть ледяными статуями не стали. Ладно, чего былое ворошить. Короче — свезло тебе. Неподалеку от Солнечногорска лет пять назад поселился один шаман из настоящих, зовут его Мерген. Точнее, сам он себя не шаманом называет, а алманом.
— Почему?
— Потому что юкагир, — чуть сердито пояснил Ровнин. — Сибирь, как и Урал, — это не просто географические понятия и регионы. И то, и другое — Вселенные со своими законами, названиями, правилами и заморочками. Если не понял такой простой вещи, побывав там, то ты слепой и глухой. У юкагиров — алман. У кетов — сенин. У якутов — ойуун. Но смысл один — говорящий с духами, видящий скрытое и имеющий власть.
— Уловил, — быстро произнес я. — Как бы мне с ним повидаться?
Вот сто пудов сейчас начнется сказка про то, как все непросто и как ему, Ровнину, будет нелегко договориться насчет меня, но он, как друг, непременно сделает все…
— Езжай. — Олег Георгиевич взял салфетку, достал из нагрудного кармана пиджака ручку и написал несколько слов и цифр. — Сначала до Солнечногорска, потом свернешь на Таракановское шоссе, поедешь мимо Сенежа. За Вертлино километров через пять-семь имеется деревня Сергеевка, как до нее доберешься — считай, уже на месте. Машину там оставишь — и в лес. Вот тебе координаты, забьешь в навигатор. А дальше — как повезет.
— Ясно, — вздохнул я. — Может, найду, может, не найду…
— Может, выйдешь после обратно из леса к Сергеевке, может — нет, — поддержал меня начальник отдела. — Ты парень опытный, сам все знаешь. Лесного Хозяина уважь, веди себя соответствующе, а главное, слова нужные найди, через них, может, и доберешься до того, кто тебе нужен. У меня же получилось? Ладно, пойду, дел еще море.
— Погоди, — остановил я его. — Про Мергена этого только вы в курсе или еще кто осведомлен?
— Ты же знаешь, как все в Ночи устроено, — тонко улыбнулся он. — В ней ничего не скроешь, как ни старайся. Вопрос только в том, как быстро тайна станет всеобщим достоянием. Иногда это день, иногда — век.
Мы пожали друг другу руки, Олег Георгиевич отправился к выходу, а я жестом подозвал официантку.
— Да, вот что забыл, — одновременно с девушкой вдруг снова подошел к столику Ровнин, — с бывшей твоей супругой-то что? Она вслед за тобой пропала, с тех пор ни слуху ни духу. А у меня к ней кое-какие вопросы появились, знаешь ли.
— Какие, если не секрет? — заинтересовался я, не обращая внимания на официантку, которая тоже навострила уши.
— Барышня, счет принесите, пожалуйста, — не понравилось последнее Олегу Георгиевичу. Он дождался, пока та, недовольно вздернув носик, отойдет, и продолжил: — Какие-какие… Неприятные. Больно сильно она наследила за последние месяцы. Водилась не с теми, с кем следует, лезла куда не нужно. Скажу тебе по дружбе — лучше бы ей в столицу и не возвращаться, причем как в главную, так и в культурную. Собственно, я бы на ее месте вообще куда-нибудь подальше уехал. В Новую Зеландию, например.
По сути, Ровнин мне сейчас оказывает услугу, выдавая служебную, а, следовательно, закрытую информацию. Вот только понять бы — по дружбе он это делает или с дальним прицелом на взаимную услугу. С равной долей вероятности возможны оба варианта.
Но гадать не стану, ибо данная услуга от него мне просто не нужна.
— Да и хрен с ней. — Я приложил карту к устройству, которое принесла официантка, а после положил в кожаную книжку с чеком тысячную купюру. — Сама выбрала свою дорогу, пусть по ней и идет. Вернется — возьмете за горло, нет… Ну, значит, нет.
— Резонно, — хлопнул меня по плечу Ровнин. — Ладно, созвонимся, если что.
Усевшись в машину, я призадумался. И вот что мне сейчас делать? Оно, конечно, неплохо бы прямо сейчас взять да и рвануть в Солнечногорск. Ну а что? Погода неплохая, ехать туда не то чтобы сильно долго, подарков лешему можно вон в любом магазине прикупить. Да и для шамана гостинец имеется, поскольку с пустыми руками к нему идти не след. Уже года два у меня в офисе, в запаснике, лежит ритуальная шапка с железными рогами, она мне случайно досталась как часть награды за одно не
