меня. У ящера оказались ярко-зеленые глаза, сверкающие, словно два изумруда чистой воды. Он приблизил ко мне тяжелую рогатую голову, и меня овеяло теплом его дыхания. На миг внутри меня что-то сжалось, когда я представила, что это нежное тепло может в мгновение ока обернуться всепожирающим пламенем. А еще у дракона был очень тяжелый взгляд. Он смотрел так, словно бы огромное чудовище знало обо мне больше, чем я сама о себе. Я до скрипа сжала зубы, стиснула кулаки и – отвернулась, не выдержав драконьего взгляда.
– Лучше не пытайся смотреть в глаза дракону, – сложив крылья, Тарлан опустился рядом со мной. – В его взгляде Вечность. Ты выдержишь поединок один на один с Бездной?
– А ты выдерживаешь? – от невероятности всей ситуации я снова перешла с Тарланом на «ты», даже не заметив этого.
– Я? – он усмехнулся, чуть вымученно. – А я и есть – Бездна.
И вот тут меня пробрал озноб. А зубы, как я не пыталась их сжимать, начали отбивать нервную дробь. Я обхватила себя за плечи в тщетной попытке согреться.
– Прости, кажется, я напугал тебя, – в глазах Тарлана мелькнуло раскаяние, и он попытался приобнять меня, но я шарахнулась от крылатого:
– Не надо. Это лишнее, – процедила, глядя на мужчину исподлобья.
– Я просто хотел согреть тебя, – он растерянно развел руками. – Извини, ты права. Мне не стоило, – он дернул подбородком, а дракон, верно почуяв смятение хозяина, тут же наклонился к нему и ткнулся мордой ему в плечо. Тарлан машинально потрепал его в ответ, – Ты можешь его погладить, Анкас не против.
– Откуда вы знаете? – я чувствовала себя неловко и от попытки Тарлана позаботиться обо мне, и от того, что я эту попытку так грубо отвергла, а еще больше от его слов. – Может, я ему не понравилась?
– О, нет, – крылатый улыбнулся, – ты ему очень понравилась. У нас с ним… одни мысли.
– В каком смысле? – прозвучало и вправду двояко.
– Я слышу его мысли, он слышит мои. И ты тоже научишься, если захочешь.
– А я и так слышу ваши мысли, – проговорила, а сама смутилась от собственной наглости.
Тарлан улыбнулся шире, чуть снисходительно:
– Только когда я тебе разрешаю.
– Ах, вот как, – я закусила губу. – Ясно. А мои мысли вы читаете свободно?…
– Я не буду читать твоих мыслей, если тебе это не нравится, – крылатый выставил ладонь, словно отгораживаясь ею от меня.
– Конечно, мне это не нравится, – я нахмурилась. Чуть помолчав, добавила, – Я считаю, что такие вещи должны быть взаимны и добровольны.
– Я тебя услышал, – снова Тарлан улыбался спокойно и чуть покровительственно. – Но об этом мы поговорим после твоей инициации.
– Кстати, а когда она? – через силу я подняла на мужчину вопросительный взгляд.
– Завтра, – он рассеянно дернул крылатым плечом, словно говорил о завтрашнем обеде.
– Что? – я опешила. – Как завтра? Но я не готова!
– Тебе не нужно ни к чему готовиться, – показалось, или мои слова расстроили Тарлана? Он отвернулся и принялся нарочито старательно поправлять сбрую на своем огнедышащем друге.
– Но как же… – я хмурилась, чувствуя, что причиной его расстройства невольно послужила я. – Я совершенно не знаю, что мне нужно будет делать. Да, и вообще, я уже очень давно не сдавала экзаменов.
– Это будет не экзамен, – крылатый уткнулся лбом в шею дракону, искоса поглядывая на меня. – К тому же, за одну ночь ты не сможешь подготовиться лучше, чем готовилась всю свою предыдущую жизнь.
– К чему я… готовилась… всю жизнь? – я снова растерялась.
– Перед инициацией тебе все расскажут, – Тарлан грубовато отпихнул от себя голову ящера и с деловым видом принялся закрывать загон.
– А-а-а, можно как-то заранее? – я скривилась, глядя на недовольную морду Анкаса. Дракону явно хотелось еще пообщаться. – Хотя бы в двух словах. Вы же мой…
– В двух словах? – Тарлан не дал мне договорить. Глаза его сверкнули, ноздри возбужденно затрепетали, но он быстро взял себя в руки. Проговорил уже спокойно, – В двух словах. Если в двух словах, то инициация должна приоткрыть в тебе внутренний заслон, который мешает магическому Потоку свободно струиться через твое тело, а тебе управлять им.
– Мдя, в двух словах не очень-то понятно, – я виновато вздохнула.
– Ты все поймешь по ходу, не расстраивайся, – крылатый улыбнулся тепло, хоть и немного вымученно. Протянул было руку, чтобы погладить меня по плечам, но передумал.
А мне от этого жеста стало еще гаже. Мне очень хотелось, чтобы он меня коснулся, погладил, обнял. Но дурацкий внутренний моралист твердил, что это неправильно, что я замужем, и вообще, что я уже старая, чтобы заглядываться на чужих мужиков.
Видимо, Тарлан все-таки не сдержал обещание и подслушал мои мысли. Проговорил чуть слышно:
– Я тебе не чужой, – бросил на меня быстрый обиженный взгляд, но сразу же отвернулся. Сказал уже громким бодрым голосом, – Идем к твоим однокашникам, пока они мне весь чердак не спалили.
В этот день занятий у нас с Денисом больше не было. Остальная группа отправилась на какую-то магическую практику, а мы задержались на обеде, благо из столовой нас никто не выгонял. Против своего обыкновения, мой болтливый супруг ел молча, лишь время от времени бросая на меня мутные взгляды. Наверно, будь я в нормальном расположении духа, этот факт насторожил бы меня, но я сама пребывала в полном раздрае и была даже благодарна ему за молчание.
На обед в этот раз давали густой наваристый бульон, щедро присыпанный какой-то зеленью, а в дополнение к бульону неприличного размера пирог с мясной начинкой. Еда была очень вкусная, от одного запаха можно было сойти с ума, особенно учитывая пропущенный мною завтрак, но я лишь машинально черпала бульон большой ложкой, обжигая губы и язык, а к пирогу даже не прикоснулась.
Из головы все не шло завтрашнее испытание и странное поведение Тарлана, его неоднозначные слова. Я вздохнула. Если бы крылатый был обычным мужчиной, я бы с уверенностью сказала, что он на меня запал. Но он даже не был человеком, а вдобавок был моим Ангелом-хранителем. Допустимы ли были подобные отношения между хранителем и
