человеком. И он, сделав скучающий, вид снова спросил:
— А чего в панаме? Нам такие береговым нарядам дают.
— Год в Газнях по срочке, — не преминул я спиздеть. Думаю, под панамой и солнечными очками не сильно он рассмотри мой юношеский еблет.
— Да не пизди! — он аж подпрыгнул. И, решив уловить меня на пиздеже, задал пару тупых вопросов, на которые любой пацан, прогуливающий НВП, ответит.
Я с ухмылочкой ответил и что такое бляха, и сколько патронов в магазине автомата.
Пограничнику надоело страдать хернёй и он начал меня расспрашивать уже нормально, про девчат на пляже, про видеофильмы и прочее. Рассказал мне тройку несмешных анекдотов. Я сделал вид, что смешно, и пару раз хмыкнул.
— Слушай, — перебил я словоохотливого морячка, — а как вы на след нарушителя выходите? На земле понятно, следы, собака нюхает. А у вас?
Моряк начал нести какую-то хрень про жуткую секретность и какие-то локаторы. Ну понятно, сам нихрена не знает.
— А дельфины есть у вас боевые? — продолжал я допытывать погранца.
— Дурак совсем? Какие, нахрен, дельфины?! Он чего, нарушителя кусать будет и гавкать? Херню какую-то несёшь, — осадил он меня. Улыбнулся довольный. Ну, тут, конечно, уел. Садись, пятёрка!
Матрос, с улыбкой победителя, вздёрнул подбородок. И тут возле самого носа моего катера из воды высунулась дельфинья голова и начала лыбится, показывая ряды треугольных зубов.
— Здаров, братан, — обрадовался я! — Как служба? Много шпионов взял? Матрос ваш говорит, что вы у них не служите!
Дельфин довольно что-то застрекотал. Наверное, рыбку спрашивал.
— Извини, нету, — развел я руками.
Рядом вынырнул ещё один дельфин и тоже что-то выдал. Обе зверушки махнули мне хвостами и подельфинили дальше, высоко выпрыгивая из воды.
Я повернулся к ошарашенному матросу:
— Слышь, скажи этому дельфиньему сержанту, чтобы не сильно на черпака орал-то.
— Да ну, ты что, блин, да это случайно, да я сам второй раз их вижу, — пролепетал матрос.
Я, скривившись, покачал головой:
— Да, да, конечно, застучит тебя этот дельфин, придумывай, как отмазываться будешь!
Вышел мичман, перепрыгнул на наш «Восток» и показал на меня пальцем пограничному мичману, вышедшему за ним:
— Вон смотри, Андж, тот вообще мастер спорта. Если согласится, можно его взять!
Пограничный мичман мельком взглянул на меня и коротко ответил:
— Добро, здоровый пацан!
Морячок-погранец отдал швартовы, и мы снова пошли в пляжную акваторию.
— Скоро будем представление делать, им актёр нужен, который плавает хорошо, и здоровый.
— Кино что ли снимать? — не понял я.
— Да нет, пару раз в месяц они типа показухи крутят, у них есть водный мотоцикл специальный, ну там…., — он многозначительно покрутил рукой (секретность, чего тут не понятного), — вот типа два нарушителя на глазах у пляжа с моря идут на буйки, два катера начинают его ловить. Дымы всякие пускают, в воздух холостыми стреляют. А потом типа бац, поймали. Водителя хватают, а второй прыг в воду и давай к берегу ебашить.
Ну, тут его тоже окружают, наши пловцы в комбинезонах в воду прыгают, скручивают и на катер его затаскивают. Идут к пляжу на полном ходу, выскакивают на гальку. А тут машины подъезжают, пограничники в маскхалатах и своих зеленых фуражках живой коридор делают, собачки типа гав-гав. А все пляжники обсуждают, орут, радуются, думают — взаправду.
— Блииин, интересно, а я посмотрю? — восхитился я.
— Так может и поучаствуешь. У них пловец-парнишка дембельнулся, не захотел на сверхсрок оставаться. А среди молодых плавающих хорошо мало. А там же красота нужна, чтобы как Вова Коренев уходил. Вот погранцы на Петровича и вышли, они постоянно на связи с ним. Он тебя и посоветовал. А мичман этот, командир катера, он за морскую часть показухи отвечает, ну и вызвали на связь Семёна, а тот нас и послал. А чего он так быстро согласился за тебя? Я так и не понял. Пару лет назад тоже матроса у нас брали, также школьник ещё был, так они его опрашивали час, потом характеристики требовали и в школу звонили, и в секцию. А тут твою фамилию сказали и сразу хуяк, и в дамки!
Блин, действительно, а чего так? Мероприятие-то ответственное. Вдруг запорю, что-то? Хотя, если подумать? С водными мотоциклами я знаком, катали меня на соревнованиях, ничего страшного, та же моторка, только с рулём от мотоцикла. А красиво уходить, да без проблем — вон дельфинячьи пацаны подсказали как. Баттерфляем с максимальной амплитудой сотку дать, да повыше дельфинить. А если в ластах, так вообще ничего сложного. Мне стало жутко интересно, а как всё это будет выглядеть на «стартовых». Миша, чтобы я не мучал его вопросами, сказал, что на следующей неделе к нам заглянут с утра пораньше и мичман, и его начальник, и всё обговорят и расскажут. А могут и вообще меня не взять, вдруг я шпион какой. Ага, внук генерала КГБ и шпион. Точно — дед! Вот почему меня взяли без проблем. Но Мише лучше про это не знать. Меня сложившиеся отношения с ним вполне устраивают.
До ужина абсолютно интересного ничего не происходило. Мы менялись по расчасовке с экипажем Шишки, гоняли заплывающих и отбуксировали пару обессилевших. Потом меня дёрнули к Семёну, и пришлось переться на Центральную.
Я, проскользнув между лежаками, прошёл под навесами мимо кабинок-переодевалок и по железной лестнице-трапу взлетел наверх.
На всякий случай вытянулся и доложил:
— Матрос-спасатель Загребельный прибыл!
— А чего не явился? — подколол Семён.
— Является только Богородица, — тут же отбрил я его.Он хохотнул и пробормотал:
— Гляди-ка научен! Потом он отправил своего второго номера под каким-то предлогом вниз и начал какую-то гундосую лекцию.
Я сперва не понял, нахрена и зачем он меня дёрнул ? Оказалось всё из-за этих погранцов и Петровича. Семёна интересовало, почему меня так быстро одобрили военные, осознаю ли я важность будущего мероприятия и прочая чушь. Я осознавал, почему одобрили, честно сказал:
— Так у меня дед генерал, чего бы меня не одобрили?
Семён поперхнулся минералочкой, которую достал из ведерка с водой. И довольно смачно прихлёбывал (хоть бы угостил, а то пьёт в одно рыло).
— А, ну я в курсе, просто веду беседу по линии комсомольского актива, — начал брехать он, — я видел, как ты плаваешь, действительно
