class="p1">Придя в себя, Гарри рванулся следом. Из-за перепонок было крайне неудобно держать палочку. Она скользила и норовила выскользнуть. Кое-как удержав ее в руке, Гарри направил кончик на стремительно удаляющегося Крама.
— Иммобулюс!
Вылетел довольно слабый, тусклый сгусток света. К его радости, он попал. Крама парализовало. Неподвижный, он продолжал медленно плыть вперед по инерции.
Гарри подплыл к пленникам. Веревки, которыми они были привязаны к хвосту статуи, оказались скользкими и очень крепкими. Он направил свою палочку на ближайший камень:
— Преобразовать!
Камень, с трудом приняв очертания кинжала, стал его инструментом. Гарри принялся лихорадочно резать веревки, связывающие Гермиону.
Он заметил, что Крам, продолжавший дрейфовать, начал подергиваться. Паралич проходил.
Гарри ускорился, вкладывая всю силу в неловкие движения рук. Он чувствовал вибрацию воды — Крам уже пришел в себя и направлялся в его сторону.
Наконец, справившись с веревкой, Гарри схватил Гермиону за талию и устремился на поверхность.
И в тот же миг Крам был уже здесь. Акулочеловек мгновенно разорвал зубами веревки, связывающие его пленницу, и рванул вместе с ней вертикально вверх.
Подниматься, держа Гермиону, было невероятно тяжело. Силы были уже на исходе.
И вот, наконец, поверхность!
Гарри выплыл первым, вынырнув в холодный, влажный воздух. Быстро оглянувшись, увидел, как всего в нескольких футах от него вынырнул Крам.
Гермиона пришла в себя. Она резко закашлялась, выплюнула озерную воду и, жадно вдохнув воздух, с силой уцепилась за его плечи. Она повернула голову и завопила от внезапного ужаса.
— Это я, это я, — поспешил успокоить её Гарри, чей голос звучал странно глухо и хрипло. — Всё хорошо, Гермиона.
Он коротко кивнул головой в сторону берега.
— Поплыли.
И они поплыли к берегу, где уже ждали судьи; двадцать тритонов плыли вместе с ними, словно почетный караул, и распевали хриплыми голосами страшные гимны.
Когда они, наконец, выбрались из воды, Гермиона, вся дрожа, но уже взяв себя в руки, протянула руку.
— Дай палочку.
Взяв её, Гермиона уверенно махнула в сторону Гарри.
Он снова был собой.
— Спаси…
Но не успел он договорить, как Гермиона впилась в его губы. Поцелуй был внезапным, резким, но страстным и отчаянным. Гарри ответил на него, забыв о трибунах, судьях и тритонах. Он обхватил её мокрое лицо руками, и на мгновение мир сузился до этого единственного, головокружительного контакта. Они были мокрые, продрогшие, но это только усиливало чувство тепла и слияния.
Гарри показалось, что прошла целая вечность.
Когда они, тяжело дыша, разомкнулись, Гермиона смотрела на Гарри, и её широкая улыбка сияла ярче, чем весь свет на озере.
В ту же секунду к ним подбежала мадам Помфри. Не проронив ни слова, она обернула их обоих в толстые, шерстяные одеяла, которые пахли лавандой, и тут же принялась поить обжигающим зельем.
Глава 18. Ведьмин досуг
Здесь, на суше, Гарри постепенно возвращалось самообладание, вытесняя первоначальный шок. И теперь, когда напряжение от старта спало, ему стало яснее ясного, что Дамблдор ни за что не дал бы умереть пленникам, если бы до них не доплыли участники. Но это едва ли утешало его нервы, измотанные исчезновением Гермионы.
Волшебники, наблюдавшие за испытанием с трибун, явно не разделяли его уверенности. Судя по их возбуждённым лицам, они смотрели на участников как на героев, которые спасли пленников от неминуемой гибели.
Он огляделся и увидел, что не он один едва держится на ногах. У воды, прижимая к себе маленькую Габриэль, стояла Флёр. Девочка была очень перепугана, а сама Флёр истекала кровью, с изрезанным и исцарапанным лицом и руками и изодранной мантией. После первого задания она тоже поверила, что может лишиться сестры, если не спасёт её сама.
Тут же стояли и Виктор со Сьюзен. Он то и дело посматривал на Гарри своим непроницаемым тёмно-серым взглядом.
Дамблдор склонился у воды и беседовал с русалкой, самой дикой и злобной на вид изо всего водного народа; должно быть, она была среди своих собратьев главной. Дамблдор издавал те же резкие, скрипучие звуки, что и тритоны с русалками, когда они над водой, — значит, он знал русалочий язык.
Дамблдор разогнулся, повернулся к остальным судьям и сказал:
— Надо бы посоветоваться перед тем, как ставить оценки.
Судьи собрались в кучку, а участники выстроились для оглашения результатов.
— Приглядите за Габриэль, — попросила Флёр с дрожью в голосе, не отводя взгляда от сестры. Мадам Помфри кивнула и осторожно повела девочку в сторону.
Виктор повернулся к Гарри.
— Я сегодня не усну, если не спрошу, — его голос был низким, с сильным восточноевропейским акцентом. — Как тебе удалось меня обогнать? Ты очень медленно плыл.
— Он обогнал тебя? — не веря, переспросила Флёр. Она оторвала взгляд от сестры и посмотрела на Гарри совершенно новым, оценивающим взглядом. До этого она видела в нём лишь неопытного мальчишку, а теперь в её глазах мелькнула тень уважения.
— Прилетел на метле к центру озера, — не стал юлить Гарри.
На каменном лице Виктора прорисовалась эмоция, похожая на удивление.
— Вот оно как.
Он обвёл Гарри многозначительным, внимательным взглядом, а затем протянул ему руку.
— Ничего личного, Гарри, — сказал Крам. — Прости за нападение. Я очень хотел победить, но ты был сильнее.
Гарри был удивлён, услышав столь искреннее признание. Он ответил рукопожатием.
За спинами участников раздался громоподобный, волшебно усиленный голос Людо Бэгмена, и они вздрогнули, зрители на трибунах притихли.
— Дамы и господа, предводительница русалок и тритонов поведала нам, что в точности произошло на дне озера, и вот наше решение: оценки чемпионам будут выставлены по пятидесятибальной шкале. Итак… Мисс Флёр Делакур продемонстрировала замечательное владение заклинанием головного пузыря, но на неё напали гриндилоу, и она не сумела спасти своего пленника. Мы решили поставить ей двадцать пять очков.
На трибунах захлопали.
— Я не достойна, — хриплым голосом проговорила Флёр, качая своей очаровательной головкой.
— А теперь перейдем к двум оставшимся участникам, — продолжил Бэгмен. — Оба они, и мистер Виктор Крам, и мистер Гарри Поттер, сумели спасти своих пленников, используя неполное превращение.
Он снова выдержал паузу, обводя глазами трибуны.
— Мистер Поттер, — голос Бэгмена звучал слегка возбужденно, — потерял много времени на самом старте. Однако, мы все с вами видели, что он в очередной раз продемонстрировал находчивость, использовав для сокращения дистанции свою метлу. Этот необычный, но технически не запрещенный маневр позволил ему догнать лидера.
Каркаров заерзал на стуле.
— Далее, — голос Бэгмена стал более официальным. — Русалки сообщили, что перед самым финишем, Виктор Крам атаковал Гарри Поттера, чтобы гарантировать себе победу, но был атакован им в ответ обездвиживающим заклинанием. Хоть
