конечно же, Ваше Высочество. И все же, не ответите ли мне на вопрос, почему вы не спите в столь поздний час?
Та как-то тяжело вздохнула и сказала:
— Не знаю, вот проснулась, и спать не хочется. А вы с кем играете в свою игру?
Вот же неугомонная, и как от неё отделаться, не спалившись? Сам между тем ответил, легкомысленно махнув рукой:
— С плохими взрослыми дядьками поспорил, которые меня вообще ни во что не ставят.
— Вот как? — каким-то задумчивым голосом спросила произнесла пигалица. — Плохие — это нехорошо. А хотите, я вам помогу выиграть у этих плохих дядек?
— Это каким же образом? Вы знаете тайный ход в покои императора? — спросил её, все шире улыбаясь.
— Нет, я провожу вас в кабинет папы, а потом просто приведу его туда. Вы с ним поговорите и выиграете свой спор, — задрав носик, посвятила меня в свой план малявка.
— Нет, не получится. С чего бы императору слушать маленькую девочку, тем более, если он узнает, что в кабинете его жду я, он точно не придёт, — ответил ей, рассуждая вслух о ее невыполнимом предложении.
— Сударь, вы совсем не знаете моего папеньку, если я скажу ему, что уронила его любимый глобус, в котором он хранит напитки, он примчится в кабинет быстрее ветра. Вот увидите.
С этими словами мелкое недоразумение взяло меня за руку и повело в одной ей известном направлении. Через несколько минут мы действительно оказались в чем-то вроде роскошного кабинета, и малышка со словами «ждите меня здесь» с важным видом удалилась.
Я был в полном ауте. Сами посудите, поговорил с дочерью императора и сейчас жду, пока она приведёт сюда папу. Расскажи кому, разве что пальцем у виска покрутят. Шиза, по-другому и не скажешь. Приготовил к бою револьвер, огляделся в кабинете и подошёл к окну. Без проблем смог его открыть и выглянул на улицу. Идеальное место для встречи, даже путь отступления как специально приготовлен. Под окном стояла небольшая пристройка с покатой крышей, поэтому добраться до земли отсюда проблем не составит. Окно закрывать не стал, просто чуть одёрнул тяжёлую штору, чтобы не бросалось в глаза, что оно открыто, и принялся ждать.
Буквально через несколько минут за дверью послышалось недовольное бормотание и оправдывающийся тоненький голосок.
До последнего не верил в подобную удачу, поэтому, когда порог кабинета переступил Николай Второй в сопровождении знакомой мне малявки, поначалу даже не нашёлся, что сказать. Зато император, увидев человека с револьвером в руке, среагировал на удивление здраво. Он сразу задвинул дочь себе за спину и открыл рот, чтобы что-то сказать. Не дал ему такой возможности, сумел взять себя в руки и успел заговорить раньше него.
— Не надо поднимать шум и переживать за ребёнка. Поговорим, и я уйду.
Он, хоть и недоверчиво на меня смотрел, смог строгим голосом отправить ребёнка спать. Пигалица удалилась с очень недовольным видом. Было видно, что ей жутко интересно, о чем здесь будут разговаривать, но ослушаться не посмела, ушла как миленькая. Мне показалось, что мы оба выдохнули с облегчением, когда за ней закрылась дверь.
— Присядь, Коля, и не переживай, надолго тебя не задержку, — произнес я, с интересом наблюдая, как перекосилось лицо этого человека от подобного обращения. Не привык он к такому. Я между тем продолжил говорить.
— Я могу тебя так называть, постарше тебя буду больше чем в два раза. Поэтому потерпишь, ничего с тобой не случится.
Было видно, что ему не по себе, тем не менее, держался он молодцом, во всяком случае к стоящему возле журнального столика креслу подошел с каким-то даже достоинством. Я между тем, дождавшись, пока он усядется, продолжил свой монолог.
— Вот ты мне, Коля, ответь на один вопрос, зачем ты затеял это моё преследование и ради чего? Почему тебе спокойно-то не живётся?
Тот как-то угрюмо на меня посмотрел и ответил:
— С тобой просто хотели поговорить. Никто староверам не поверил в сказки о страннике, пока у них не появились огромные средства и по всему миру не начали одновременно умирать важные люди. Только тогда предположили, что это все может быть правдой.
Воспользовавшись паузой в его рассказе, задал очередной вопрос.
— Хорошо, поверил. Так почему не стали расходиться мирно? Или денег зажали отдать? Так это же для вас мелочи, не понимаю я вас.
Император ответил мгновенно, даже не задумываясь.
— Неуместно нам отвечать согласием на шантаж. Никто не смеет… — начал он вещать, даже в кресле приняв величавую позу. Вот правда, не было никакого желания выслушивать его высокопарные речи, поэтому я перебил его и спокойно спросил:
— Коля, ты дурак? О каком шантаже ты ведешь речь? Ты правда ни хрена не понимаешь? Мне совершенно не интересны ваши деньги и ваши дела. Вообще. И эти десять миллионов, которые вы мне заплатите, я мог бы добыть в любое время и ничем не рискуя. Получить их — дело принципа. Я вам дал шанс на жизнь, а вы рассуждаете о каком-то шантаже. Мёртвых, Коля, не шантажируют, ни к чему это.
— Почему десять, вроде речь шла о пяти? — на автомате спросил император.
— Ты поторговаться что ли хочешь? Или думаешь, что моё время, потраченное на игры в вашей песочнице, ничего не стоит? Десять миллионов, Коля, и это последнее предупреждение. Через два дня не будет денег на счету, который ты завтра же разблокируешь и разрешишь управляющему банком переводить с него деньги на указанный мной адрес, и твои родные, Коля, начнут умирать. После первой смерти твоего родственника пути назад уже не будет, умрёте все и большинство из вас — страшной смертью. Да, и моя смерть, если эта война начнется, уже ничего не изменит. Или ты, Коля, думаешь, что я все это время только и делал, что скрывался от твоих ищеек? Нет, готовился сам и готовил тех, кто будет вас убивать. Поэтому последний раз говорю: подумай и прими правильное решение. В следующий раз сюда приду не я такой добрый, а полсотни головорезов, которые не будут разбираться, взрослые перед ними или дети.
Блефовал, понятное дело, но он-то об этом не знает. Пусть понервничает, думаю, ему пойдёт на пользу мозги прочистить.
Даже устал слегка втирать этому дятлу всякую пургу. Но по-другому нельзя. Правда, не хочется вырезать этих баранов, пусть живут, если хватит ума умерить амбиции.
—
