— Я не желаю больше выслушивать эти гадости. — Он гордо вскинул голову. Высокий, несгибаемый, он возвышался над ними. Кинув взгляд в сторону Элен, он процедил сквозь зубы: — С тобой, Элен, мы еще поговорим. Но только тогда, когда ты наконец придешь в чувство и запретишь этой своевольной девчонке выходить замуж. А теперь мне лучше удалиться.
Еще раз с ненавистью посмотрев на Зака, он повернулся на каблуках и вышел из палаты.
Элен с трудом сглотнула и постаралась расслабиться. До прихода отца она чувствовала усталость. Сейчас же по ней будто проехал трактор. Она была совершенно раздавлена неприятной сценой, разыгравшейся у нее на глазах.
Такой свою дочь она никогда не видела! Эмили росла очень спокойной, уравновешенной девочкой, даже так называемый переходный период прошел более или менее спокойно. Единственный раз она взбрыкнула, когда Элен сообщила ей, что она собирается развестись с Заком и им обеим надо вернуться под дедовскую крышу. Но даже тогда Эмили просто замкнулась в себе. Другого выхода не было, и Элен решила, что время залечит душевные раны дочери. Лишь вчера — только вчера! — узнав, что дочь по-прежнему бывает в «новой семье», она убедилась, что время никудышный лекарь. Прикрыв глаза, Элен стала размышлять, хорошо ли она знает свою дочь.
Ей даже в страшном сне не могло привидеться, что Эмили может быть такой упрямой, даже сварливой!
Над Элен склонился Зак, протягивая какую-то склянку.
— Выпей это, Элен. Тебе станет лучше.
— Ой, мамочка, прости меня, пожалуйста! — воскликнула Эмили, увидев разлившуюся по щекам матери бледность. — Я не хотела… он сам… Прости меня!
С этими словами она выпорхнула из палаты.
— До свидания, Элен, — вдруг подал голос Грэг. — Думаю, что ее сейчас не надо оставлять одну. — И он поспешил вслед за Эмили.
Элен быстро смежила веки, но потом снова открыла глаза. Нет, ей это не приснилось: перед ней стоял Зак, протягивая ей стакан с водой, чтобы запить лекарство.
Увидев, что она успокоилась и наконец-то открыла глаза, он присел на краешек кровати.
— «Ты рискуешь вызвать гнев старшей сестры, если она застанет тебя сидящим на постели!» — чуть перефразировала она его слова. Сколько времени прошло с тех пор? — мелькнуло в ее голове. Час? Два? Десять? Заметив, что Зак хочет встать, она покачала головой. — Нет, Зак, сиди. Тебя это не касается.
— Я в этом не уверен.
Элен нахмурилась.
— Зак, что здесь только что было? Ты что-нибудь понял? Все шло так хорошо, и вдруг… — Элен задумчиво покачала головой.
— И вдруг появился твой отец, — мягко сказал Зак, — и, как всегда, испортил всю музыку.
Она внимательно посмотрела на него.
— Ты что-то от меня скрываешь. — Кивком головы она как бы поставила точку под своим утверждением.
Нильсон словно надел на себя маску.
— Зак! — Элен попыталась его растормошить. — Ну скажи хоть что-нибудь! Я ведь не посторонний человек, в конце концов, я имею право знать. Он передернул плечами, встал и заходил по палате, явно что-то обдумывая.
— Элен, мне кажется, сейчас не самый лучший момент для выяснения отношений! — раздраженно сказал он наконец.
— Прошу тебя, я хочу знать правду.
— Но ты только что перенесла операцию, — вздохнул Зак. — И как врач я вообще не должен был допустить этой неприятной сцены.
Брови Элен взметнулись.
— Ты серьезно считаешь, что мог все это прекратить? Даже я решила не вмешиваться, а ты… Достаточно посторонний человек…
Зак нетерпеливо прервал ее:
— Во-первых, я не такой уж и посторонний, а во-вторых, мне все-таки следовало прекратить этот бессмысленный спор.
— Но ты же не мог знать, к чему это все приведет!
— Ты не понимаешь, Элен, я был уверен, что рано или поздно этот нарыв прорвется! — вздохнул он.
Элен напряглась.
— Какой нарыв? Ты говоришь загадками.
— Элен, неужели ты до сих пор не поняла, почему Эмили предпочла снимать квартиру?
Элен насупила брови. Почему он вдруг сменил тему? Уж не хочет ли он сказать, что…
— Но это так элементарно, Зак! Зачем ломать голову? Эмили поступила в колледж. И из новой квартиры ей просто было удобнее туда ездить.
Ее голос звучал уже менее уверенно — до нее начала доходить правда, в которую она не могла — не имела права! — поверить.
Зак немного помолчал, давая ей время обдумать ситуацию. Да и ему самому было не просто произнести приговор.
Наконец он собрался с мыслями и отчетливо произнес, внутренне обмирая:
— Да будет тебе известно, что Эмили ушла из дому только потому, что не могла больше жить с дедом под одной крышей!
Глава 9
— Я не хотел это говорить, Элен, честное слово. Ты сама меня вынудила!
Зак легонько погладил ее похолодевшую щеку своими длинными трепетными пальцами.
— Понимаешь, — продолжил он, — тебе давно было пора узнать об истинном положении вещей, просто сегодня не лучший для этого день!
Элен так и застыла. Ее дочка, ее маленькая прелестная Эмили не смогла больше жить под одной крышей с дедом и предпочла покинуть их дом! Все это не укладывалось в голове! Но у Элен не было повода не верить Заку. Если уж он это сказал, значит, дело действительно приняло серьезный оборот. Разве она сама только что не увидела ответ в горящих глазах дочери? Элен подняла на него взгляд, полный боли и отчаяния.
— Господи, но почему?
Зак вздохнул.
— Об этом тебе следует поговорить с Эмили.
— Но сейчас я говорю с тобой, Зак! — Элен умоляюще смотрела на него.
— Я убеждена, что Эмили беспредельно тебе верит и, видимо, делится с тобой своими мыслями. Признаюсь, мне трудно об этом говорить, ведь это значит, что Эмили с тобой более откровенна.
В голосе Элен не было горечи, она просто констатировала факты. Следовательно, Эмили ей недостаточно доверяла. Элен была так уверена раньше, что дочь всем делится с ней, но после всего происшедшего за эти два дня она поняла, что где-то, наверное, совершила ошибку и теперь потеряла доверие Эмили.
Зак поднялся и быстро проговорил:
— Я не хочу рассорить тебя с Эмили.
— Я понимаю, Зак, и — спасибо тебе за все.
Элен тяжело вздохнула. Наконец она осознала, что Эмили полюбила Зака всей душой и не хотела с ним расставаться. Она почувствовала в нем отца, которого ей так не хватало. А вот Элен вечно была занята своей работой и не могла уделять ей много времени.
Мысли Элен перенеслись на отца и на его взаимоотношения с внучкой. Он придерживался старомодного мнения, что «с присутствием детей в доме надо примириться, но к ним необязательно прислушиваться». Может быть, на него так повлияло то обстоятельство, что он сам стал отцом очень поздно. Ему было безразлично, что ребенок растет без отца, он всегда держался с внучкой холодно и даже несколько отчужденно, что наверняка сыграло решающую роль в отношениях Эмили с Заком. Девочка наконец-то встретила мужчину, отца, которому была интересна ее маленькая жизнь.
