— Неправда, это ты говоришь обо мне, — резко оборвала его Элен. — Что касается меня, так я очень устала и хочу отдохнуть. Сначала операция, потом вся эта суматоха у моей кровати… В общем, ты сам говорил что-то о моем спокойствии.
Зак с досадой хлопнул себя по лбу.
— Господи, о чем я только думаю! — вырвалось у него. — Да я бы разорвал на части любого, кто появился бы у постели прооперированного больного!
Хоть бы он ушел поскорее, подумала Элен, и до ее выписки из больницы больше не показывался! Как хорошо было бы просто лежать и ни о чем не думать!
Зак направился было к двери, и она облегченно вздохнула. Однако она рано обрадовалась — он вдруг быстро подошел к ней, склонился и запечатлел на ее губах нежный поцелуй! От неожиданности она сначала замерла, потом тело ее содрогнулось, руки обвили его затылок, губы податливо раскрылись.
Боже, что она делает! Все происходило помимо ее воли.
Столь же внезапно Зак отпрянул от нее.
— Я действительно сошел с ума. Все, Элен, отдыхай. Эмили, наверное, еще не ушла. Я спущусь вниз и поговорю с ней. Надеюсь, все будет хорошо. Ну да, с Эмили-то все будет в порядке, а вот как быть с отцом? Засыпая, Элен вяло подумала, что все уже, слава Богу, позади. Действительно, пусть он сам позаботится о себе.
Отец, как всегда, выдержал характер! Зак был прав, старик, естественно, не появился больше в больнице, тем более что Элен так и не выразила протеста против свадьбы Эмили и Грэга, как он того хотел. Она умышленно не звонила ему, не представляя, о чем с ним говорить.
Сейчас ей надо было собраться с мыслями и все хорошенько обдумать. Серьезный разговор с отцом неминуем, Элен это понимала, значит, к нему необходимо основательно подготовиться.
Элен волновали и отношения с дочерью. Она уже чуть было не потеряла ее доверие, да что доверие — уважение. Успокаивало ее лишь то, что Эмили всегда была очень податливой девочкой.
На следующий день после сцены с дедом у них с дочкой состоялся разговор о будущем. Элен, сама еще толком не зная, как сложатся их дальнейшие взаимоотношения с отцом, тем не менее пообещала Эмили, что, как только она выйдет из больницы, тут же постарается серьезно поговорить с ним и объяснить, что им необходимо разъехаться. Элен давно уже было пора жить своим домом.
Прошла неделя, и после очередного осмотра доктор Мэйсон решила, что Элен может покинуть больницу. Как же добраться до дома? Помощи от отца ждать было бессмысленно. Ну, раз «гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе». И Элен заказала такси. Она хотела, как только приедет домой, поговорить с отцом наедине и поэтому решила не беспокоить Грэга и Эмили. Элен нашла отца сидящим за столом на кухне и читающим газету. На стук двери он поднял голову — строгое лицо, словно высеченное из камня, холодный суровый взгляд из-под насупленных бровей, рот сжат в тонкую линию. Когда же она видела его улыбающимся, а тем более смеющимся над чем-нибудь? Элен нахмурилась, так и не вспомнив на своем веку такого случая.
— Итак, ты вернулась, — сухо констатировал он, даже не сделав попытки подняться ей навстречу. Мог хотя бы спросить, как она себя чувствует, как добралась из больницы.
Откуда в нем эта жестокость? Или он всегда был таким, а она не замечала этого, все прощая родному отцу? Получается, кровные узы связывали его с дочерью чисто номинально, эмоционально же он был от нее далек. А вот Нильсон за очень короткое время стал настоящим отцом своей падчерице… Только даря любовь другому человеку, раскрывая ему свое сердце, можно рассчитывать на ответное чувство. Отец этого не понял…
Элен так углубилась в свои размышления, что невольно вздрогнула, услышав его скрипучий голос.
— Где Нильсон? — спросил он, глядя куда-то мимо нее, будто ожидал увидеть за ее спиной Зака.
Элен прошла на кухню и осторожно опустилась на стул.
— Понятия не имею, — ответила она.
Отец усмехнулся.
— Быстро же ты ему надоела. Недолго музыка играла.
— Знаешь, папа, я считаю, что для всех нас будет лучше, если ты снимешь себе квартиру, нам необходимо разъехаться! — выпалила Элен. Вообще-то она собиралась сказать это не так сразу, постепенно подводя разговор к этой мысли, но после этой колкости просто не могла удержаться.
Кстати, она действительно не знала, где Зак. Он постоянно навещал ее в больнице, правда, больше ни разу не поцеловал. Но Элен во время его визитов не покидала мысль, что, выйдя от нее, он, скорее всего, отправится на свидание с Оливией Мэйсон. Поэтому она не зашла к нему проститься.
Отец отпрянул от нее, будто она ударила его.
— Какого дьявола! Ты что, свихнулась?
Выпучив глаза, он уставился на дочь.
— Нет, папа, я в своем уме. — Она вздохнула, внутренне укоряя себя за невыдержанность. А может, так и надо было, нечего тянуть резину. Да и если бы разговор получился достаточно длительным, а так наверняка и было бы, отец мог бы опять подмять ее волю, и она так бы ничего и не сказала. — Я только недавно очнулась от сна, в котором пребывала всю свою жизнь, — решительно продолжила она. — Ты прекрасно справлялся без меня, пока я была в больнице, справишься и теперь. — В доме действительно царила чистота, словно она и не покидала его на целую неделю, да и выглядел отец прекрасно, значит, и питался он хорошо. — Когда наступит такое время, что ты не сможешь сам о себе заботиться, — отрывисто добавила она, — ну, тогда мы что-нибудь придумаем. Но пока что…
— Хватит молоть чепуху! Ты хочешь выкинуть меня на улицу?
Он весь кипел от ярости.
— Ничего подобного, я просто предлагаю тебе снять квартиру и жить отдельно от меня.
Элен старалась говорить спокойно, но нервы ее были напряжены до предела. Никогда прежде она ему такого не говорила, да и вообще никогда не перечила ему. А давно было пора!
— А о моем сердце ты подумала?
— Интересно, как ты ответишь на этот животрепещущий вопрос, — послышался вдруг из дверей задумчивый голос Зака. — Дверь была не заперта, и меня заинтересовал возбужденный тон вашего разговора. Уж извините, но я подумал, что мне не грех вмешаться и посмотреть, что здесь происходит. Понятно, решила Элен, он приехал, чтобы выслушать ее объяснения за несанкционированный уход из больницы. Он такого разрешения не давал и узнал все только от Мэйсон. Вспомнив о ней, Элен сразу же напряглась. Она отвела от него взгляд.
— Слушай, ты! — Отец гневно повернулся к Заку. — От тебя все несчастья в нашей семье. Как я понимаю, ее дурацкое решение тоже дело твоих рук. Какое ты имеешь право вмешиваться в нашу жизнь?
Элен быстро вставила:
— Папа, это было мое решение, Зак никоим образом на меня не влиял!
— Ой, не надо, Элен! Ты никогда не умела врать. Я знаю, что за всем этим стоит именно этот… этот человек. Неужели ты так быстро успела забыть, что тебе принес брак с ним? Одни только несчастья и разочарования. Где же твоя гордость, черт побери! Или тебе безразлично, что все это время он обманывал тебя с другой? Как же низко ты пала! Ты…
