кого-то в компании появляется девушка, а у остальных нет. Просто удивительно, как они еще не инсценировали смерть Сэма, чтобы я держалась от них подальше.
На самом деле такой вариант обсуждался. Грант предложил Сэму пожить у него. Ребята рассчитывали, что недели через две Камилла бы забыла о нем, и они бы выпустили друга обратно в мир.
– Но, если тебе захочется поговорить с кем-нибудь о Даксе или о любом другом парне, – продолжила Камилла, – ты всегда можешь рассчитывать на меня. Или, на крайняк, на Сэма, но только когда он будет один. Потому что мы обе знаем: Сэм перестает быть Сэмом, когда ребята начинают выяснять, кто из них самый крутой самец.
Всю свою речь Камилла пересыпала крепкими словечками. Ошеломленная, я уставилась на нее. Передо мной сидела совсем не та хрупкая и нежная куколка с тоненьким голоском, с которой Сэм встречался последние пятнадцать месяцев. Кем в действительности является это назойливое, нагловатое существо, не чурающееся похабных выражений?
– Да, конечно… Я…
– Хочешь прямо сейчас? Давай поговорим! – Камилла затащила меня в гостевую комнату, что показалось мне чрезмерной драматизацией. Ну да не важно.
Усевшись на кровать, накрытую клетчатым пледом, она с важным видом закинула ногу на ногу:
– Ну вот. Давай рассказывай мне о Даксе.
И самое странное (или смешное?) в том, что я ей кое-что рассказала. Нет, подробности я, конечно, опустила – умолчала о слабом тике, появляющемся у Дакса, когда он в возбуждении кивает головой, о его умопомрачительной щетине на подбородке и о том, как тонко он шутил об умерших родственниках. Но я рассказала Камилле о Кладбище Неоновых Огней, и о поцелуе, и о том, что Дакс нравится мне до невозможности сильно.
– Это потрясающе! – воскликнула Камилла.
– Или ужасно, – я потерла лоб. – Что мне делать?
– Сейчас решим. Значит, он работает в вульгарной часовне через дорогу и ваши семьи ненавидят друг друга. Прямо шекспировская трагедия. Ну что тут поделаешь, – вздохнула Камилла. – Иногда случается любовь не по правилам. Возьмем, к примеру, меня и Сэма. Ты знаешь, что он вытворяет ради потехи? Поднимается на гору Чарльстон и стреляет по консервным банкам. Мои родители – активисты, борющиеся за контроль над оружием. Я не шучу. Если бы они вообще не запретили мне встречаться с парнями – с Сэмом запретили бы точно.
– Но ты же с ним встречаешься, – заметила я.
– О том и речь! Встречаюсь. Потому что я его люблю. Возможно, я когда-нибудь и расскажу о нем родителям, но тогда точно будет большой скандал. И нам придется бежать в Детройт или куда-то еще, куда сбегают девушки со своими бойфрендами.
– Так ты считаешь, что мне нужно все рассказать родителям? Уже сейчас, пока мы не зашли слишком далеко и не заврались настолько, что потом ничего не исправишь?
– Нет, я этого не говорила. Если ты признаешься родителям, они попытаются вам помешать и ваши отношения прекратятся раньше, чем начнется что-то серьезное.
– Но ты только что сказала, что однажды сбежишь вместе с Сэмом.
– Или порву с ним. Когда-нибудь. Суть в том, что сейчас я хочу быть с ним, и мои родители не должны знать об этом. Как и ваши – о тебе и Даксе.
– Но какой смысл скрывать? Почему бы тебе не покончить с враньем и не рассказать им все?
Камилла кинула на меня странный взгляд:
– Они замучают меня тотальным контролем.
– Но рано или поздно правда откроется, разве не так? Например, если ты выйдешь замуж.
Камилла поправила плед:
– Все это – одно большое «если». Я пошутила насчет Детройта. Мне всего шестнадцать, и я пока не собираюсь связывать себя узами брака. Сэм иногда заикается об этом, но лишь потому, что мы работаем в свадебной часовне – въезжаешь?
Я кивнула. Именно такой реакции я и ждала от Камиллы: не стоит планировать свадьбу до выпускного бала. Но на выставке «Пышная свадьба» Сэм держался так уверенно, будто ни на миг не сомневался, что они с Камиллой однажды поженятся. Мне не хотелось, чтобы этому мальчишке разбила сердце девица, которая еще сама не знает, чего хочет.
– Мы не разговариваем с ним на эту тему.
– Вот и хорошо. – Камилла похлопала меня по плечу. – И потом вам с Даксом еще ох как далеко до этого. Подумаешь – одно случайное свидание и один поцелуй. Чтобы думать о будущем, нужен оперативный простор и твердая почва под ногами.
– А я как раз этим и занимаюсь, Камилла: в голове словно постоянно прокручивается сайт онлайн-знакомств. У меня есть правила и границы, и хочется иметь представление о том, каким будет конечный результат.
– Не все отношения можно свести к уравнению, – глубокомысленно изрекла Камилла.
Нет, конечно. Но привнести немного логики в хаос, привести запутанную ситуацию к единому знаменателю не повредит. Если бы мои родители все просчитывали, то, возможно, до сих пор были бы вместе. Или вообще бы никогда не сошлись. Они часто рассказывали нам историю о своем бурном романе во время поездки на весенние каникулы в колледже. Я не могла представить их ни в колледже, ни в весенние каникулы, но история такова. В девяностые приятели отца подбили его поучаствовать в каком-то шоу знакомств на MTV. Свою вторую половинку он там не нашел, но, когда спускался со сцены, столкнулся с моей мамой, которая только что порвала с отцом Ленор и приехала одна в Мексику на это же шоу. Они пошли вместе перекусить, оба отравились, вместе болели, за это время влюбились друг в друга, и мама переехала к отцу в Вегас. Эту историю родители обычно заканчивали словами «А потом у нас родились двое детей, вот так-то».
И такой моя семья оставалась довольно долго – с родителями, которые никогда не ссорились, регулярно потчевали нас историей своего знакомства и один за другого договаривали фразы. Вот почему для нас с Джеймсом их развод стал таким неожиданным. В отличие от родителей Портера, которые постоянно ругались и орали друг на друга так, что сотрясался весь дом, и их развод был неизбежным. Настолько, что, когда отец Портера наконец съехал, Сэм устроил для друга вечеринку.
Когда однажды мама забрала меня из школы и сказала, что должна мне кое-что сообщить, я подумала: либо умер кто-то из моих двоюродных дедушек, либо в моей комнате, по ее мнению, слишком большой бардак. Увы. Единственное объяснение, которое я получила, прозвучало так: «Мы с вашим папой безмерно уважаем друг друга, но считаем, что оставаться в браке нам не стоит, поэтому мы разводимся». Мама
