поднялся в воздух, словно кукла на веревочках. Подойдя ближе к пленнику, тёмный бог провёл ладонью по его лицу, отчего Невис тут же выгнулся дугой в приступе болезненного спазма. К сожалению, заклинания, которые спокойно использовали люди, приходилось слегка переделывать. Всё-таки забрать чужой облик и скрыть при этом божественное происхождение — не наёмника в девицу переделать.
Первые слова заклинания сорвались с губ Каина и с ним тут же начали происходить метаморфозы. Лицо моментально огрубело и стало похоже на грубо отесанную каменную маску. Глаза слегка сузились, нос стал шире, на переносице появилась горбинка. Щёку украсил небольшой застарелый шрам. На подбородке появилась щетина, а брови стали напоминать двух толстых гусениц, которые тянутся друг к другу, стремясь соприкоснуться на переносице.
Каин продолжал читать заклинание до тех пор, пока волосы не втянулись в череп. Задорно блеснула начисто выбритая лысина, где проступили сверкающие руны, после чего тёмный бог резко замолчал. Пару мгновений он ещё менялся. Слегка уменьшился рост, плечи расширились, словно у гнома, привыкшего стоять с киркой под землёй. Но вот с глазами, магии не удалось справиться. Хоть они и приобрели обычный серый оттенок, но по-прежнему слегка отливали серебром.
— Не порядок, — протянул Каин своим голосом, поняв, что трансформация оказалась частичной, и скривился.
В тот же миг его на мгновение окутала тьма, а когда схлынула, тёмный бог откашлялся и произнёс хрипловатым голосом Вайла Невиса:
— Повезло же тебе! Потом поблагодаришь нашего наёмника за жизнь.
— Так мы же его казнили… — подал голос слуга.
— Правда? — удивился Каин, а после махнул рукой, отчего пленник рухнул обратно на топчан и замер, погружённый в стазис. — Какая жалость. Ладно, это не так важно. Займёшь место императора и будешь лично отчитываться каждый день.
— Слушаюсь, Хозяин, — слуга низко поклонился и моментально принял облик Аримана Великого.
А Каин внезапно как-то бесшабашно улыбнулся, и проговорил, открывая портал:
— Вот мы и встретимся лично, Искорка!
Он оглядел длинный коридор замка, утопающего в полумраке из-за отсутствия окон, и направился к лестнице, ведущей наверх. Стоило выйти в просторный светлый холл, как из-за угла тут же показался вооружённый до зубов метаморф. Каин чуть не поинтересовался, на какую войну тот собрался, но вовремя прикусил язык.
— Командир, вот вы где! — воскликнул мужчина. — Мы уже вас обыскались. Пора выдвигаться. Маги Ковена и адепты ждут нас в особняке кирии Фелис.
— Замечательно, — буркнул Каин в ответ. — В таком случае поторопимся.
Судя по тому, как собеседник поспешил всех собрать и выдвинуться на выход, Вайл Невис не отличался разговорчивостью, что весьма радовало. Каин не горел желанием общаться с отрядом метаморфов больше положенного. Он сюда пришёл за другим. Хмыкнув, тёмный бог направился в сторону выхода, где уже собрался весь отряд. Получив последние инструкции от генерала, воины шагнули в портал, ведущий во двор кирии Фелис.
Увидев элитную группу во главе с магистрами, ожидающих метаморфов на улице, Каин с трудом сдержал неуместную счастливую улыбку. Но тут он наткнулся взглядом на Элину и ощутил, как у него из-под ног уходит земля.
Как можно было настолько опростоволоситься⁈ Ведь стоило лишь раз взглянуть на девушку своими глазами, и все сомнения в личности преемницы Илиры отпадали напрочь. Один её вид вызвал в душе тёмного бога такой восторг и желание, словно тот был юнцом, впервые встретившим женщину!
А вот Эшу совершенно не понравился столь явный интерес командира отряда метаморфов к Элине. Он ощутил, как внутри всё заледенело и скрутилось от ревности, которую ни в коем случае нельзя было демонстрировать! Оставалось скрипеть зубами и улыбаться, что в исполнении Эштиара выглядело злобным оскалом и напугало не только адептов с магистрами, но и метаморфов.
Только хуже всего было то, что сам командир вызвал у хранителя неосознанную симпатию. Словно старый друг пожаловал в гости. Эш редко встречал людей, которые вызывали подобное расположение с первого взгляда. Ведь он даже не подозревал, что чаша весов уже наклонилась и сдвинулась с мёртвой точки, а под видом командира к ним пришёл тёмный бог.
Как бы не пытался Каин скрыть свою божественную суть, но его Сила значительно возросла, а с ней всё ярче проявлялось воздействие на существ. И хранители не стали исключением, поскольку они уже не были богами. Опомнившись, Каин заметил, как на него смотрят присутствующие и взял себя в руки. Он прекратил медитировать на Элину, чем порадовал Эштиара, и обратился к магам:
— Кто здесь главный?
Вопрос был риторическим, поскольку Каин отлично знал, что главным на эту практику назначили де Круа. Но он обязан был спросить, чтобы не вызвать ненужных подозрений. После непродолжительного разговора с Эшем, тёмный бог в очередной раз мысленно посетовал, что именно этот мужчина стал на его пути, позарившись на Искорку. Нравился ему этот магистр, было в нём что-то стоящее внимания. Он решил, что всё дело в родстве де Круа с богами этого мира. Ведь всем известно, что Сила притягивается друг к другу.
Определившись с маршрутом следования, магистры и метаморфы активировали амулеты переноса и открыли порталы на опушку леса. Среди исполинских деревьев и пышной растительности Элина тут же заметила узкую тропинку, ведущую прямо в Чащобу Харна. И что удивительно, девушка внезапно ощутила, как внутри натянулась невидимая струна. Словно эта тропинка была точкой невозврата к прежней жизни.
Откуда взялось такое чувство, она не знала, но могла поклясться, что стоит пройти по этой тропинке, и всё кардинально изменится. В тот миг Элина уловила мысль Мира, который сообщил, что это и есть то самое распутье на дороге судьбы. В своё время, Илира сделала всё, чтобы привести сюда преемницу. Жаль только, из-за блока на сознании, девушка так и не смогла этого понять, а лишь передёрнула плечами, отгоняя внезапные предчувствия, и направилась в лес.
Спустя пару часов блужданий, напряжённые адепты стояли на небольшой поляне, вытянувшись по стойке смирно перед хмурым командиром отряда. Кроны деревьев тесно переплетались над их головами, подобно куполу, отчего солнечные лучи не могли добраться до земли, что делало это место мрачным и зловещим. Здесь даже пение птиц было не таким, как в Лаоране или же в Милтании, а из чащи иногда раздавались странный скулёж и глухое рычание.
Конечно же в такой обстановке адепты чувствовали себя неуютно и постоянно ждали нападения. И когда командир объявил привал, обрадовались абсолютно все. Это означало, что на сегодня прогулки по жуткому лесу отменяются. Никто не хотел бродить тут, когда совершенно стемнеет. Особенно нервничали маги Ковена, которые боялись столкнуться с монстрами в темноте.
