этот человек не потерял надежду найти тебя после стольких месяцев. Он был так решителен, так уверен, что ты всё ещё где-то там.
Когда я слушаю её, мои глаза наполняются слезами, и известие о непоколебимой надежде Вирджилио глубоко меня трогает.
— Удивительно, как похожи вы оба, за исключением глаз. В его взгляде было какое-то... напряжение и огонь. Этот огонь вдохновил меня на создание коллекции «Противоположное в движении».
— Ты создала коллекцию, вдохновлённая Вирджилио? — Я подхожу ближе.
— Вдохновлённая вами обоими, — с улыбкой говорит она. — Это была одна из моих самых личных коллекций, но она так и не достигла того успеха, на который я рассчитывала. — Жестом она приглашает нас следовать за ней и ведёт нас в заднюю комнату, где хранит свои архивы.
Валери открывает большое пыльное портфолио и раскладывает несколько эскизов и образцов тканей. Коллекция прекрасна и трогательна, она отражает суть нашей трагической истории.
— Это была дань уважения вашей стойкости и его преданности, — объясняет Валери. — Сочетание зимних нарядов с летними цветами, сочетание ночи и дня, солнца и луны. Как будто всё противоположное имеет смысл только вместе. — Она переворачивает страницу. Большинство нарядов выполнены в стиле омбре…
— Когда он пришёл искать тебя, я сразу поняла, что что-то случилось. Я делала всё, что могла, чтобы помочь полиции, но через некоторое время они сдались. Но этот мальчик, — она хихикает, словно вспоминая что-то, — этот мальчик никогда не сдавался.
Мои слёзы медленно стекают по щекам, а в голове царит туман.
Вирджилио жив! Он вернулся, чтобы найти меня, но, к сожалению, уже слишком поздно. Братва похитила меня, лишив нас шанса на лучшую жизнь.
— Я сделала всё, что могла, — продолжает Валери, — но люди слишком быстро изменились.
— Меня похитила Братва и продала в секс-рабство, — шепчу я, словно Вирджилио был рядом и мог меня услышать. Я знаю, как это разозлило бы его, и я достаточно хорошо его знаю, чтобы понимать, что он винил себя в произошедшем.
Я не хочу этого. Я не хочу, чтобы он когда-либо чувствовал, что сделал для меня недостаточно. Я просто с рождения была обречена на жестокость.
Я хочу, чтобы Вирджилио знал, что я жива.
Валери нежно сжимает мою руку, и в её глазах читается сочувствие, которое невозможно передать словами. Затем она начинает перелистывать страницы альбома, показывая один яркий наряд за другим, их цвета и узоры создают ощущение гармонии. Это действительно напоминает мне о нас обоих: о Вирджилио и обо мне. То, как Валери смогла объединить эту тему, очень похоже на нашу дружбу.
Мы подходим друг другу. Две разные вещи, которые просто идеально сочетаются друг с другом.
— Я пришла сюда, чтобы купить ткани в твоём магазине, потому что мой новый... — Я чуть не сказала «владелец», но быстро прикусила язык. — Моему спасителю нужны костюмы, — говорю я, оглядываясь по сторонам. Я смотрю на эскизы, и в горле у меня встаёт ком. — Я всегда мечтала стать модельером, — признаюсь я. — Но после всего, что случилось, у меня так и не было возможности заняться этим.
Валери смотрит на меня с разочарованием и сочувствием.
— Я всегда надеялась, что ты приедешь на Неделю моды в Милан, — говорит она. — У тебя такой огромный потенциал.
Мои глаза загораются надеждой.
— Я хочу создать нечто большее, чем костюмы, — произношу я, перелистывая ещё одну страницу альбома, не осознавая, когда и как взяла его у неё.
— Что? — Спрашивает она.
— Я хочу сделать что-то для Вирджилио, — выдыхаю я, всё ещё дрожа от силы эмоций, которые я так старательно пытаюсь подавить. — Я хочу почтить его память, и, возможно, — я всхлипываю, — если он где-то жив, он сможет увидеть это как огненный знак.
— Это было бы замечательно, — улыбается она, нежно поглаживая меня по спине. — Твоя история вдохновила бы миллионы.
— Мне нужна твоя помощь, — бормочу я. — Я не смогу сделать это в одиночку, и я не могу...
— Я ничем не могу тебе помочь, — она отступает от меня, опустив взгляд на блестящую поверхность стола. — Я утратила способность фантазировать. Я словно оказалась в бездне.
— Это не имеет значения, — я пытаюсь вспомнить хоть что-то, что могло бы помочь мне в моём деле. — Я чувствую, что жизнь возвращает мне это. Я хочу это сделать. Пожалуйста, помоги мне, ты была для меня примером всю мою жизнь.
Валери вздыхает, качает головой и откашливается.
— Я бы с радостью, Зои, но я уже не так влиятельна, как раньше. Моя значимость в индустрии моды снизилась, и у меня нет спонсорской поддержки, необходимой для моего дебюта на модной сцене. Когда я создавала эту коллекцию, у меня был спонсор, который видел во мне художника, а не просто источник дохода. Мы создали совместное предприятие, и договорились, что если коллекция, вдохновлённая вашей историей, достигнет пятисот тысяч проданных экземпляров одежды, я буду получать пятьдесят процентов от выручки вместо десяти. Это было более десяти лет назад, и наш контракт истекает через шесть месяцев. Мы и близко не подошли к этой цифре.
— Нет никаких шансов? — Моя надежда медленно угасает.
Валери печально качает головой.
— Я сдалась, это невозможно.
Я киваю, пытаясь скрыть своё разочарование.
— Всё равно спасибо тебе, Валери, — тихо говорю я. — Я действительно ценю всё, что ты сделала для нас с Вирджилио.
Она понимающе улыбается, словно видит меня насквозь:
— Никогда не отказывайся от огненного знака. В мире много таких потерянных девушек, как ты, и для каждой найдётся свой такой огненный знак.
«Огненный знак» — это звучит скорее как название книги, чем как модная коллекция.
Однако я всегда говорила, что хочу рассказывать истории через свои дизайны.
ГЛАВА 21
ВИРДЖТЛИО
Я немного переживаю за то, что Зои будет рядом с Валери. Не представляю, насколько глубоким будет их разговор. По идее, речь пойдёт о выборе тканей, но когда речь заходит о Валери Мур и Зои, никогда не знаешь, что может произойти.
Я помешиваю виски в стакане, и солнечный свет, проникающий в мой кабинет через окно, игриво переливается на поверхности напитка. Сегодня я почти завершил свою работу и с минуты на минуту должен отправиться на встречу с несколькими деловыми партнёрами. Но вместо этого я сижу на диване, бездумно перебирая иконки и приложения на своём мобильном телефоне, ожидая, когда они вернутся и Чезаре расскажет мне обо всём.
Именно поэтому я отправил его с ней. Мне нужен был кто-то, кто присмотрит за ней и будет моими глазами и ушами в этом месте. Чезаре знает, как слиться
