человек сам отвечает за свое лицо.
Альбер Камю
Я стою у стойки с почтовыми открытками, когда мое внимание вдруг привлекает надпись на одной из них. Я в полном замешательстве, но не могу удержаться от смеха. С трудом останавливаюсь, чтобы не купить эту открытку для Юстуса и не сунуть ее в следующую стопку писем.
Пытаясь отвлечься, захожу в один из тех временных магазинчиков, что теперь появляются повсюду во Франкфурте. Начинающие компании и просто творческие люди снимают помещения всего на пару месяцев и продают там свой товар. Я останавливаюсь, оглядываюсь, рассматриваю временное обустройство, товары и понимаю: у меня и так много всего. Да и настроения что-то покупать нет.
Я разворачиваюсь и выхожу на улицу. Бегу по городу. Обед с мужем измотал мне все нервы. Чувствую себя разорванной на части. Не знаю, что думать, что чувствовать. Все онемело. И тут раздается телефонный звонок. Сначала я не хочу отвечать, но все же открываю сумку.
— Слава богу, Бетти, это ты! — Я прижимаю телефон ближе к уху.
— Фрауке, ты где? Я стою у тебя под дверью и хочу тебя увидеть.
— Ах, это же прекрасно! — Я сразу направляюсь домой. — Подожди, я буду через десять минут. Уже бегу!
И правда, не проходит и десяти минут, как я, запыхавшись, уже стою перед подругой и падаю в ее объятия. А потом начинаю плакать навзрыд.
— Все так плохо? — спрашивает Бетти и мягко отстраняет меня.
Я киваю. Подруга задумчиво изучает мое лицо.
— Пойдем. — Бетти разворачивает меня по направлению к входу. — Поднимемся в квартиру.
Автоматическая стеклянная дверь распахивается — и мы оказываемся в лобби. Бетти вежливо кивает консьержу, а я прячусь за подругой. Никто не должен увидеть меня с опухшим лицом. К счастью, лифт приходит сразу — и мы исчезаем в кабине. Сначала Бетти нажимает кнопку восемнадцатого этажа, а потом я чувствую, как она крепко держит меня за руку.
— Ты виделась с Юстусом? — Ее взгляд скользит по моему лицу.
Я киваю и говорю:
— Хорошо, что ты здесь.
— Ах, пойдем. — Бетти крепко обнимает меня, пока дверь лифта не открывается.
Она забирает у меня из рук ключи, открывает дверь в квартиру, заталкивает меня в прихожую, потом ведет на кухню. Там подруга подвигает стул и осторожно усаживает меня на него.
— Подожди. — Она подходит к холодильнику. — Я знаю, что тебе сейчас нужно.
Бетти уверенно открывает морозилку, достает бутылку аквавита и две замерзшие рюмки. Наливает в одну.
— Вот, — Бетти протягивает мне рюмку. — Выпей.
Я без возражений подношу рюмку к губам и выпиваю содержимое. Анис обжигает горло. Я коротко вздрагиваю и ставлю рюмку на стол. Бетти тем временем уже успела налить себе, и ее рюмка с тихим звоном опустилась на мраморную поверхность стола.
— Так, — Бетти придвигает себе стул, — а теперь рассказывай. Все рассказывай.
Я делаю глубокий вдох, чтобы перевести дух, а потом начинаю рассказ: о встрече с Юстусом, о том, как он меня разозлил, как неуместно я себя чувствовала, как меня отчитали — и как я растеряна теперь.
— Он хочет взять перерыв, — заканчиваю я свой рассказ, — на три месяца. Говорит, что мы должны все обдумать, чтобы потом… Я без понятия, что будет потом!
Я сдерживаюсь, чтобы снова не разрыдаться. Бетти это замечает, опять тянется за бутылкой и наполняет рюмки. Поднимает свою, говорит:
— За твое здоровье! — и делает глоток.
Я следую примеру подруги, выпиваю содержимое своей рюмки, вздрагиваю и откидываюсь на спинку стула.
— Где сейчас Юстус? — спрашивает Бетти.
— Наверное, в своих апартаментах, — я пожимаю плечами. — Он остановился в каком-то пансионате.
— И он собирается жить там до Рождества? А ты здесь?
— Да, — я киваю.
— Хм, — Бетти многозначительно вскидывает брови.
Я вопросительно смотрю на нее, изучаю мимику и ожидаю приговора.
— По сути, — начинает она после недолгого размышления, — это вовсе не плохая идея.
Я поражена.
— Это как раз то время, которое тебе нужно.
— Время для чего? — спрашиваю я, недоумевая.
— Для того чтобы понять, хочешь ли ты быть вместе с Юстусом, видишь ли ты свое будущее рядом с ним.
«Вижу ли я свое будущее рядом с Юстусом? Что? В этом есть какие-то сомнения?» — мысли с бешеной скоростью проносятся у меня в голове. Я чувствую, будто тону и хватаюсь за все, что проплывает мимо. Паника накатывает.
— Хэй! — Бетти машет рукой прямо перед моим носом. — Земля вызывает Фрауке! Здесь кто-то есть?
Я выпрямляюсь, Бетти подвигается ближе ко мне.
— А теперь послушай меня внимательно, — начинает она. — Помнишь Люнебург? Как мы пили за твою свободу под луной на террасе? — Глаза Бетти сверкают. — Теперь ты можешь попробовать эту свободу на вкус!
«Просто прекрасно», — думаю я. Но молчу.
— Я тебе уже говорила, что ты производишь впечатление несчастного человека. И я действительно задаюсь вопросом, подходит ли тебе совместная жизнь с Юстусом. Это то, чего тебе хочется?
Я начинаю стонать. Бетти хмурится:
— Фрауке, это твой шанс. Разберись, чего хочешь от жизни. А потом посмотри, вписывается ли в эту картину Юстус. Попробуй, пробегись, прыгни в воду — и потом прими решение.
Я опускаю голову, но Бетти поднимает мой подбородок указательным пальцем.
— Что думаешь? — она смотрит мне прямо в глаза.
— Я думаю, — удивляюсь я сама себе, — что Юстус постарел.
Бетти убирает указательный палец.
— Постарел?
— Да. — Я собираюсь с мыслями. — Я сегодня впервые об этом подумала. Он выглядит ужасно старым.
— Ну, — говорит Бетти дипломатичным тоном, — сейчас не совсем об этом. Потому что…
— Ох, Бетти, — перебиваю я, — я не это имела в виду.
Внезапно меня осенило: в этом году Бетти отпраздновала свое пятидесятилетие. А она, как и Юстус, значительно старше меня.
— Ты только не подумай, — я снова запинаюсь, — что я думаю, что ты…
— Ах, — она пренебрежительно взмахивает рукой, — не беспокойся. В свои пятьдесят я чувствую себя лучше, чем когда-либо. И красивее.
Бетти подмигивает мне. Слава богу.
— Нет, — отходит она от темы, — я понимаю, что ты имеешь в виду. Бывает, смотришь на близкого человека и думаешь: «Боже мой, как же он постарел». Мне знакомо это чувство, оно шокирует.
— Да, именно! — Я вся взбодрилась. — Не хочу этого.
— Чего именно ты не хочешь?
— Не хочу через пару лет выглядеть так же, как он. Как же так? Есть люди вроде тебя или Катинки, с которой я познакомилась на пустоши. Вам может быть сколько угодно лет, а вы все равно выглядите великолепно. Свежо, живо и красиво. Конечно, появляются складочки, — я ласково улыбаюсь Бетти, — морщинки. — Моя улыбка становится шире. — Но это вообще ничего не меняет. Вы сияете ярко и
