стал холодным.
— Да, — выдохнула, понимая, что дерзить ну никак нельзя.
— Отец, не дави на нее. Нехорошо получается. Я сначала объяснюсь, а уж после…
— Боги, Грегор, ты что, не сказал ей?
Моргнув, я уставилась на лорда-ректора.
— Она узнала меня. И этого достаточно. А дальше…
— Беда с тобой, сын. Прямо беда… Где-то ты лучший из первых, а где-то так и хочется тебя за ухо оттаскать. Но хоть увести из-под твоего носа не позволил, и ладно.
Странно, но я улыбнулась, услышав, как печально вздыхает император.
— Простите за дерзость, но у кого меня увели и в чем объясняться?
— Иди танцуй, дитя. Вся надежда на тебя, — он тихо засмеялся. — И не робей так. Для Грегора я в первую очередь отец, а уж потом правитель. Я не допускаю в семье склок и ссор. Не желаю видеть, как мои дети грызутся из-за власти. Ведь это именно то, что погубило предыдущую правящую семью. Поэтому не бойся меня, дитя. Идите веселитесь. Идите.
Он махнул рукой, и Грегор, развернувшись, спустился в зал, уводя меня за собой.
* * *
Этот вечер принес столько сюрпризов, что становилось немножечко страшно. Незаметно в нашу компанию присоединились братья Грегора — статные, серьезные, сильные мужчины. Они вели себя сдержанно, не позволяли себе не то чтобы шуток, а даже улыбок.
— Доброй ночи, лорды, — услышав голос профессора Ожерови, я вскинула голову и просияла. — Хочу представить вам мою даму сердца на этот бал.
Он держал под руку ту самую полненькую стихийницу, которой посчастливилось выиграть его лот. Только сейчас ее щечки не выглядели розовыми. Она бледнела от страха.
— А студентка Розен, и как понравился вам вечер? — Грегор легко узнал ее.
— Да-а, ректор, — ее голос запнулся.
— Вот, дорогой мой Фельор, а ты еще спрашиваешь, что любопытного может быть в моей академии. Где ты еще встретишь столь одаренных огненных дев, — он кивнул на бедную заикающуюся девушку.
— Хорошо, убедительный довод, — его старший брат кивнул.
— М-м-м, да на факультете некромантии все еще не закрыты вакансии учителей, — профессор Ожерови быстро смекнул, что к чему. — Ни толкового проклятийника, ни учителя по начертательной рунологии.
— И вы туда же, лорд Альберт. Вы же меня с пеленок знаете, ну какой из меня педагог?
Фельор вмиг стал серьезен.
— Да замечательный. Вы имеете научную степень. Батюшка ваш отменного здоровья, так что почему бы не занять себя обучением юных магов. Правда ведь, леди Розен? — он заговорщически подмигнул своей подопечной.
Она смутилась, но неожиданно смело взглянула на Фельора, оценивающе так.
— Что, не гожусь в учителя? — поддел он ее.
— Я стихийница, лорд. Далека и от проклятий, и от ритуальных кругов. Это не у меня, а у студентки О’Мюрин спрашивать нужно. Она будущий лекарь и одна из сильнейших на своем потоке.
— Так уж и сильнейшая, — услышав знакомый голос, я вздрогнула.
Мариса. Вот крыска улучила момент и подкралась. Рядом с ней стоял, улыбаясь, профессор Арлис.
— А Анрэ, — воскликнул профессор Ожерови. — Веселитесь, мальчик мой?
— Да, — Арлис кивнул. — Замечательный вечер.
Он, не стесняясь, рассматривал меня. Как же я долго ждала этот момент и вдруг не почувствовала ничего, кроме глухого раздражения на кузину.
— Ну, я слышала, что говорят учителя. Кейтлин О’Мюрин — одна из самых перспективных учениц, — уверенно повторила Розен. — Вы со мной не согласитесь?
Она повернулась к профессору Ожерови.
— Так и есть, дитя, так и есть. Вся в матушку — и внешностью, и силой, и характером. А вы у нас… — он поморщился, пытаясь вспомнить, кто есть Мариса.
— Моя кузина, Мариса Гресвуд. Когда узнала, что я буду поступать в академию, тоже загорелась наукой. Да и когда я на аукцион заявку подала, тоже воспылала желанием оказать помощь в просвещении крестьянских детей. Дядюшка, когда узнает, так гордиться ею будет. Самая большая ставка вечера!
Пока говорила, улыбаясь смотрела на милую родственницу, жирно так намекая, чтобы она рот без дела не открывала в присутствии столь высоких лордов.
— А счет я уже отправил, — закивал Грегор, — ну и выразил благодарность за воспитание столь щедрой дочери. Да я даже за себя триста заплатил руками моей Кейт. А тут такая ставка шикарная. Высоко вас оценили, Арлис. Обычно меньше дают.
Мне вдруг показалось, что в этих словах тоже был некий подтекст. Во всяком случае, мужчины тихо засмеялись.
Грянули первые ноты котильона.
— Вы позволите? — неожиданно профессор Ожерови протянул мне руку.
Я кивнула, бросив короткий взгляд на Грегора.
— Ректор, надеюсь, вы не заставите скучать мою несравненную Розен? Словно дав указания, наш шустрый старичок повел меня в центр танцевального зала.
Мы кружили, наслаждаясь вечером. Профессор вел себя учтиво, улыбался и вел довольно милую беседу ни о чем. Таким талантом мог похвастаться не каждый.
— … И все же скрыть, что являетесь невестой нашего ректора, и ни разу не воспользоваться его именем — это достойно уважения, Кейтлин, — он важно кивал своим мыслям.
Я же от удивления рот открыла.
— Невестой? — повторила, не веря своим ушам.
— Да, пока вы отсутствовали после весьма примечательного поцелуя посередине вальса, император объявил о предстоящей помолвке. Это так неожиданно… Но вы достойны… Хотя о чем это я… — старичок просиял. — Это он удостоен чести. Такую девушку, как вы, еще найди. А отыскав — завоюй.
Я хлопала ресничками, понимая, что совершенно ничего не понимаю. Это что же, пока я фейерверки рассматривала, меня здесь фактически замуж выдали?
Хм…
— А вы уверены, что император вот так прямо и сказал? — мило уточнила.
— Да он мог и ничего не говорить. Просто стоять подле трона могут лишь члены его семьи, а значит, с вами дело решенное и, что важно, одобрено Его Величеством.
Я была в некотором шоке. Что уж…
Мы завершили круг, профессор мне поклонился, и партнеры сменились. Подняв голову, я поняла, что нахожусь в объятиях Фельора. Брат Грегора улыбнулся и повел меня в танце.
Смущенная, я прислушивалась к своим чувствам. Волнительно, но не настолько, чтобы краснеть и трепетно дрожать.
— Вы тоже полагаете, что мне стоит попробовать себя в академии, Кейтлин?
Услышав вопрос, я подняла на него взгляд.
— Мое мнение в таком вопросе — пустой звук, лорд. Это решать исключительно вам.
— И все же?
— А вы видите себя за высокой кафедрой в темной мантии? Десятки глаз молодых магов смотрят оценивающе на вас, ждут ваших слов, гадают, чему смогут научиться у вас.
— Ты так видишь Грегора?
Он опасно прищурился.
— Его авторитет неоспорим. Ректора О’Дая любят студенты. Им восхищаются. Мечтают стать личным учеником. Его лекции познавательны и информативны.
