Однажды вечером, в отбой, мы предались воспоминаниям.
Я тарахтел о том, что мечтаю покорить кинозвезду или певицу и украсть миллион сразу. Август, улыбаясь, слушал мой бред и вдруг спросил: «А ты любил?» – «Да! – ответил я – Первый раз в детсаду воспитательницу, второй – в школе учительницу. А ты?» Он сразу помрачнел и стих. Вот история, которую мне он тогда рассказал:
«Я родился и рос в маленьком поселке у Черного моря. Мать, родив меня, оставила нас с отцом и уехала с одним заезжим эстрадным гастролером. Отец был строгим, но, несмотря на это, любил меня до безумия и ни разу не ударил. Когда мне исполнилось пять лет, отец разрешил мне самому ходить к морю. У меня был свой любимый уголок в скалах, где я создавал свой собственный мир. В шесть лет я умел и читать, и писать. Отец приносил мне книжки о море. Я жил жизнью героя Грея из „Алых парусов“ и пристально вглядывался в морскую даль в надежде увидеть Бегущую по волнам и… однажды я увидел ее! Она махала мне рукой и, прыгая с волны на волну, убежала за утес Чертов Мост.
Только отец мог разделить мои фантазии. После, уже в школьные годы, я пытался доказать сверстникам, что видел Фрэзи Грант, но меня осмеяли. Может быть, поэтому я был замкнутым и не имел друзей, но и врагов у меня не было – наверное, оттого, что меня побаивались. Отец с раннего детства привил мне уважение к физическим упражнениям, а в маленькой пристройке к дому у меня был сооружен целый спортзал. Я научился там упражнениям, которые мне показывал старый рыбак дед Фан. Он то ли китаец, то ли кореец, но знаю – жил в нашем поселке еще с войны. Дед Фан потерял всю свою семью в вой ну и, поселившись в нашем поселке, жил один. Он был дружен с моим отцом, и имели они общий баркас для рыбалки. Окончив восемь классов, я подал заявление в мореходное училище. Экзамены сдал на пять баллов каждый и был принят на факультет судоводителей, хотел стать штурманом. И стал бы им, если бы не повстречался со своей Судьбой. Она была скромной и нежной. Три года мы дружили и, конечно, полюбили друг друга.
Пришло время дипломной практики, и меня распределили на трехмачтовый барк „Товарищ“, на котором мне предстояло обогнуть мыс Горн, зайти на Гавайи, Ямайку.
Но меня страшила мысль о предстоящей разлуке. Любимая меня подбадривала: „У тебя две любви – я и море, а коль так, ты обязан быть дважды сильным. Ты не можешь отдать морю мою любовь, а мне отдать свою любовь к морю! Я буду ждать тебя! А когда вернешься – прочтешь мои письма, которые я буду каждый день посылать для тебя на адрес училища“.
За год похода я возмужал, но очень тосковал. И вот он, долгожданный день. Нас встречала вся Одесса! До боли в глазах искал я ее среди толпы, но она не пришла. В училище всех ждали стопки с письмами, а я получил письмо от отца и привет от деда Фана. Я мучился в догадках, ничто не могло успокоить меня. Получив увольнение, я отправился к ее дому, прождал до глубокой ночи, но она не появилась. Я не пошел в училище и прождал всю ночь. А утром из дома вышла ее мать и, увидев меня, зарыдала.
Я слушал ее, оцепенев от горя. Мою любимую убили в день моего отплытия. Она пошла на причал и не вернулась. Сын начальника отделения милиции, ее однокашник, со своим дружком вызвались подвезти ее домой на своей машине. Завезли за город, изнасиловали и убили. Следствие пришло к выводу, что она, пьяная, выпала из машины и ударилась головой об асфальт, а факт насилия отнесли к согласию и… Одним словом, они получили от трех до пяти лет!
…В день получения диплома я выпил для куража и разбил витрину ювелирного магазина. В момент задержания оказал сопротивление, и меня осудили. Я не стал подавать никаких обжалований и вскоре пришел в ту зону, в которой отсиживали эти подонки… Я убил их обоих. Меня приговорили к расстрелу, и я снова не стал обжаловать приговор. Восемь месяцев просидел в смертной камере, но адвокат все-таки узнал о моей любимой, и меня помиловали, заменив смерть на 15 лет».
...
…Прошло несколько лет, но я часто вспоминал ту исповедь Августа и никак не могу понять, было ли это правдой.
И, оказавшись на свободе, поехал в поселок, где жил Август. Нашел его дом, но в нем жили другие люди, которые объяснили, что хозяин дома умер в психушке, куда попал по случаю запоя, а про судьбу его сына они ничего не знали. Тогда я решил отыскать деда Фана. Я нашел его. Дед Фан рассказал, что Август совершил побег из заключения. Он добрался домой и через знакомых вызвал отца в Одессу вместе с дедом Фаном. Те приехали и были ошарашены просьбой Августа: он привел их в мастерскую по изготовлению могильных памятников. Здесь был готов памятник с двумя фотографиями – ее и его. Август просил у отца прощения и попросил похоронить его в одной могиле с нею… А наутро он застрелился на могиле своей любимой.
Выполнить его просьбу было нелегко. По настойчивому требованию родных убитой девушки его все-таки похоронили рядом с нею, поставили памятник и оградку, которые он заказал сам. Я был на этой могилке… И по-прежнему не понимаю Августа. Знаю только, что, несмотря на тот путь, по которому он пошел, он не был преступником. Вы согласны со мной? Я считаю, что он – Рыцарь и супероднолюб. Можно найти в его поступке слабость – он ушел следом за ней, хотя должен был жить! Но на этот вопрос нет ответа «да» и «нет». Мне обидно, что о таких Рыцарях не пишут писатели. А зря, ведь он – и это истина – был намного чище и честнее многих…
Василий Васильевич Астанин, Красноярский край
В городе полтора миллиона, но я одинок
Я не прошу совета или помощи, даже не прошу, чтобы письмо непременно напечатали. Просто хотелось рассказать немного о себе. Может, эта история заставит кого-нибудь задуматься о своей жизни.
...
Мне 37 лет. Уже второй год, как мы разошлись с женой. Мы прожили 11 лет, я очень люблю ее, она и теперь остается для меня всем. Виноват во всем я. Нам жилось нелегко. Я никогда ничего не запрещал ей и верил, как самому себе. Я был счастлив, обожал жену и дочь, все свободное время старался проводить с ними. Тем страшнее был удар в спину. Она с дочуркой оставила меня и ушла. Ушла в общежитие, оставив квартиру и все, что мы нажили, забрав только вещи свои и дочурки. Ссорились редко, да и то по пустякам. У меня нет зла. Я хочу, чтобы они были счастливы, хотя и не верю в это.
А я… Я люблю ее еще сильнее, хотя прошло почти два года! Я остался один. В городе полтора миллиона человек, а руки подать некому, поздороваться не с кем, я остро переживаю одиночество. Я очень изменился. Стал замкнутым, нелюдимым. Научился молчать, молчать сутками, неделями. У меня нет ни друзей, ни подруг. Я не люблю свой холодный и пустой дом. После работы идти домой не хочется, а если прихожу, то сижу один, как паук в закрытой банке. Может, было бы легче, если бы я пил? Но я не пью. Вроде у меня все есть: квартира, машина, денег хватает. Но я уже ничего не хочу. Я ОТДАЛ БЫ ВСЕ ЗА ЕЕ ВЗГЛЯД, УЛЫБКУ Каждую неделю я гуляю с дочуркой. Как-то раз она прижалась ко мне и заплакала. Впервые в жизни я не знал, что ей сказать. Мне хотелось умереть. Наверное, именно тогда я почувствовал, что подошел к черте, за которой уже больше ничего. Я УСТАЛ ОТ ОДИНОЧЕСТВА, УСТАЛ ОТ ЭТОЙ СВОБОДЫ. Меня считают угрюмым и нелюдимым. Но ведь я не такой. Хочется, чтобы меня кто-то ждал дома и спрашивал, как прошел день, но… Я однолюб и своей жизни без нее не представляю, да и не нужна мне больше эта жизнь. Осталась какая-то звериная тоска. Я знаю, второй раз осечки не будет. Берегите вашу любовь. Слишком страшно одиночество.
Бойцов Николай Васильевич, г. Минск
Письмо, которым завершается глава, совсем коротенькое. И кто бы мог подумать, что именно оно вызовет целый обвал писем. С разных концов страны мужчины и женщины разного возраста присылали их мне с просьбой поскорее, не теряя времени, переслать их Николаю в Минск. Отложив в сторону свои дела, позабыв о своих заботах и тяготах, все эти незнакомые люди вдруг предстали передо мной как единая, любящая семья, которая кинулась на помощь одному из своих братьев, разуверившемуся в своих силах и ослабевшему в борьбе за свое счастье. Те, кто постарше, писал: «Держись, сынок, и помни – ты не один в мире. Я пережил когда-то такое и знаю, как тебе больно сейчас. Но, выше голову! Соберись с силами и не думай о самом плохом – жизнь дана тебе не зря! А если совсем плохо станет, приезжай ко мне! Я живу от тебя всего в 800 километрах!» Ровесница Николая из Свердловской области прислала телеграмму: «Прочитала вашу исповедь и увидела себя. Я замужем, не все гладко. Хочу, чтобы мы стали друзьями. Мы можем и должны помочь друг другу. Откликнись! Елена». И я отправляла пакеты писем автору. И радовалась, ликовала – вот он, чудодейственный ДАР СОПЕРЕЖИВАНИЯ!
Глава 7. Где взять хорошего мужа? Его надо сотворить своей любовью!
Прочитав много женских писем я убедилась, что сильными, умными, удачливыми, здоровыми и красивыми женщину делает любящий мужчина. Но где его взять? Его надо сотворить своей любовью!
