— Говоришь, пара тигров? — сказал господин Ракшас. — А я вот когда-то слышал о паре крокодилов, в которых вселились злые джинн, обожавшие вкус человеческой плоти. Это случилось в одной деревне неподалеку отсюда. — Он глубокомысленно погладил бороду. — Крокодилов, насколько мне известно, так и не поймали. Может, это те же два джинн, и они вздумали поменять обличье? Впрочем, это к делу не относится.
— Что ж, чувствую, задача вам по плечу, — сказал Зеленый дервиш. — Я всегда говорю: чтобы поймать джннн, позовите джинн.
— Мы подумаем, что можно сделать, — согласился господин Ракшас.
— Приходите, когда разделаетесь с тиграми, и мы продолжим разговор. Но помните, что в этой стране тигров уважают не меньше, чем змей. — Хлопнув в ладоши, Зеленый дервиш вызвал трех священников из Храма девяноста пяти куполов. — Священники покажут вам, где искать тигров. — Дервиш дотронулся тростью до головы дельфина и уплыл, продолжая жевать драже.
Нимрод удивленно вздернул брови:
— Что это за охота, если мы не имеем права убить тигров? И как нам при этом остаться в живых?
— Есть много способов… — заметил господин Ракшас и, усевшись на траву, принялся думать о том, как заполучить шкуру неубитого кота.
Трех священников из Храма девяноста пяти куполов звали господин Чаттерджи, господин Мухерджи и господин Баннерджи. Все трое были в белых одеждах, какие носят садху, индусские отшельники. Они сели вокруг господина Ракшаса и терпеливо ждали, пока он закончит обдумывать свою мысль.
— Где и когда они в последний раз напали на людей? — наконец спросил Ракшас, обращаясь к священникам. — Я имею в виду тигров-призраков, багхо бхут.
— Сегодня утром, — сказал господин Чаттерджи.
— В семь часов, — уточнил господин Мухерджи.
— Они напали на крестьянина. Он собирал мед примерно в пяти километрах отсюда, — добавил господин Баннерджи.
— Значит, нам не нужно идти далеко, — сказал господин Ракшас. — И это хороший знак, ибо только дурак проделает длинный путь, чтобы встретить голодного тигра. Что это за место? Где они убили сборщика меда?
— Возле рыбацкой деревни, — сказал господин Чаттерджи.
— В болоте, что в мангровом лесу, — уточнил господин Мухерджи, который никогда не отвечал первым, а только после господина Чаттерджи.
— Это дурное место для людей, — добавил господин Баннерджи, который всегда говорил последним. — Но очень хорошее место для тигров.
— Нам понадобится лодка, — сказал господин Ракшас.
— У нас есть катер.
— Пятнадцать метров длиной.
— С двигателем мощностью двадцать лошадиных сил.
— Превосходно. — Господин Ракшас встал, готовый к действию. — Нам также понадобятся две большие жестяные ванны, девять литров козьего молока, шесть бутылок черного рома, шесть бутылок бренди и пара килограммов сахара.
Священники переглянулись, снова посмотрели на господина Ракшаса и по очереди пожали плечами.
— Господин Ракшас, вы же помните, что мы прихватили с собой кое-какие запасы из нашей гостиницы в ФЫВАПРОЛДЖЭ, — сказал Нимрод. — Так что все необходимое у нас имеется! Или вы забыли, господин Ракшас?
— Да, действительно забыл. — Господин Ракшас заговорщицки улыбнулся Нимроду. — Мы же взяли с собой все, что нужно! Напомните-ка мне, Нимрод, где мы все это оставили?
— Я рискнул оставить наши припасы на катере, который принадлежит храму. — Нимрод улыбнулся трем священникам. — Надеюсь, никто не возражает.
Священники поклонились Нимроду, словно все происходящее было в порядке вещей.
— Тогда надо поторопиться, — сказал господин Ракшас. — А то молоко скиснет на этой жаре.
Господин Чаттерджи взял на себя управление катером; господин Мухерджи принялся изучать карту Сундербанса — конечной цели их пути; господин Баннерджи пристроился на корточках на самой корме, чтобы тигры, которые порой гоняются за лодками и хватают неосторожных рыбаков, не застали их врасплох.
Сундербанс — самый большой мангровый лес в мире, огромная заболоченная территория, где проживают более тысячи бенгальских тигров. Звучит внушительно, если забыть о том, что когда-то тигров было примерно в двадцать раз больше. Многие из здешних тигров стали людоедами вовсе не потому, что в лесу нет другой пищи, а потому, что им по душе именно человечина. Если человек нечаянно забрел в мангровый лес, он — желанная и легкая добыча для голодного тигра. Чаще всего жертвами тигров становятся женщины и дети. Местные жители к этому давно привыкли и даже удивляются, если человек вернулся из лесу целый и невредимый.
Место, где тем же самым утром двое тигров задрали сборщика меда — о чем свидетельствовали многочисленные следы на заболоченном берегу, — было отмечено шестом, на который кто-то водрузил перевернутый горшок для меда. Увидев шест, господин Чаттерджи выключил двигатель и направил длинный, узкий катер к берегу. Уже начинало темнеть, и джинн понимали, что трем священникам ужасно не по себе, потому что тигры выходят на охоту в мангровом лесу именно в сумерки. Как только священники выгрузили из катера все припасы, Нимрод велел им отчаливать.
— Возвращайтесь за нами на рассвете, — сказал он.
— Мы не можем оставить вас здесь, — возразил господин Чаттерджи.
— Это очень опасно, — добавил господин Мухерджи.
— Они вас убьют и съедят, — пояснил господин Баннерджи.
— Не волнуйтесь за нас, — твердо сказал Нимрод.
— Но у вас нет ружья.
— У вас вообще нет никакого оружия.
— Как вы убьете тигров-призраков при помощи ванны с молоком?
— Мне это тоже небезынтересно, — признался Нимрод, перехватив лукавый взгляд господина Ракшаса.
Старый джинн захихикал.
— И в драном мешке бывают добрые куры, — по обыкновению загадочно сказал он. — Теперь плывите домой, пока мы не передумали и не попросили вас остаться с нами на всю ночь.
Не на шутку перепугавшись, три священника тут же отбыли восвояси. Им явно не улыбалась перспектива провести ночь на тигриных болотах.
— Надо соорудить нечто вроде сторожевой вышки, — сказал господин Ракшас, когда звук мотора наконец затих. — Чтобы выследить тигров. Вышка должна быть метров пятнадцать высотой и, по возможности, замаскирована. На ней, пожалуйста, установите прожектор. И пару удобных кресел. Еще обеспечьте нас чайком… И не забудьте очки или бинокль ночного видения.
Нимрод приступил к выполнению заказа господина Ракшаса, поскольку старый джинн в силу почтенного возраста уже не мог сотворить все это сам.
— ФЫВАПРОЛДЖЭ! — произнес Нимрод, когда наконец счел, что перед его внутренним взором возникла самая безопасная, самая незаметная и самая удобная сторожевая вышка. И внезапно там, где прежде среди топи были только деревья и кусты, вознеслось ввысь удивительное сооружение, не рукотворное, а созданное направленным пучком джинн-силы. Подготовив ночное убежище, Нимрод стал наблюдать, как господин Ракшас смешивает в двух ваннах молоко и бренди, а затем доливает туда ром.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
