— Нана сказала, мы будем готовить шоколадный пирог. Тебе оставить кусочек, мамочка? Ниша подняла ясные зеленые глаза.
— Обязательно, ты ведь знаешь, что это мой любимый торт.
— У тебя свидание с Конэллом, мамочка? не унималась малышка.
— Да, дорогая, я встречаюсь с Конэллом.
Они решили, что сначала поужинают в ресторане, а потом отправятся в квартиру его сестры, чтобы провести там ночь. Сердце забилось сильнее от сладостного предвкушения.
— Отлично. Я оставлю кусок пирога и ему.
Морджин вздохнула с облегчением: кажется, Ниша не против, чтобы ее мать встречалась с мужчиной. Кроме того, она видела Конэлла и он ей вроде понравился.
Но не стоит спешить с выводами. Конэлл скоро летит в Нью-Йорк, а несколько дней могут изменить многое.
— Ешь, Морджин, твой ужин остынет. — Лорна Маккензи озабоченно взглянула на дочь.
Когда она разговаривала с Конэллом по телефону, у нее сложилось впечатление, что он хороший человек. Но когда-то и Саймон казался ей хорошим, и как же она ошиблась.
Конэлл внимательно рассматривал чертежи на столе. Резкая боль в плече причиняла ему немало беспокойства. Надо же было быть таким безрассудным, чтобы полезть на скользкие грязные мостки в обычных ботинках! Но тогда он думал только о Морджин.
Конэлл поймал себя на мысли, что вовсе не торопится в Нью-Йорк. Но надо было уладить кое-какие проблемы в офисе, вернуть ключи от квартиры, которую он снимал несколько лет, попрощаться со старыми друзьями. Он решил перевести Дерека Холдена в нью-йоркский офис компании. Конечно, после полного избавления от пагубной привычки.
А как только Конэлл вернется из Штатов, он серьезно подумает о покупке дома для Морджин и Ниши. Но для начала придется убедить эту леди в его серьезных намерениях. А это будет совсем не просто.
— Конэлл? — Морджин словно по мановению волшебной палочки появилась в кабинете.
— Зайди и закрой дверь.
— Я хотела оставить тебе на подпись эти письма, — неуверенно пробормотала Морджин.
Черт возьми, почему она постоянно смущается в присутствии этого мужчины?!
— Войдешь ты наконец?! Я хочу с тобой поговорить.
Морджин опустилась в кожаное кресло напротив стола Конэлла, положила руки на колени и посмотрела на него вопросительным взглядом. Конэлл решил начать с нейтральной темы.
— Я был в клинике и разговаривал с Дереком.
С ним все в порядке. Конечно, первые несколько дней ему пришлось несладко, но сейчас, как мне показалось, он готов забыть о своей пагубной привычке и вернуться к нормальной жизни.
— Потрясающая новость! — Прекрасные зеленые глаза засияли. — Я всегда знала, что он справится!
— Еще рано об этом говорить, милая. Ему предстоит провести в клинике целый месяц, а там посмотрим.
— Я ни минуты не сомневаюсь, что он справится. — Глубоко вздохнув, Морджин откинулась на спинку кресла. — Дерек не безнадежен, не думай!
— Я никогда так и не думал. Иначе я не отправил бы его на лечение. Что ты скажешь, если Дерек не вернется в этот офис? — осторожно спросил Конэлл.
— Почему?
— Потому что я подумываю о том, чтобы отправить его в нью-йоркский офис компании.
Надеюсь, смена обстановки пойдет ему на пользу: новые люди, новые проекты, новая жизнь.
— Неплохая идея, — согласилась Морджин. Но я буду скучать по нему.
— Зато ты будешь работать непосредственно на меня. — Конэлл заметил, что Морджин нахмурилась. Неужели такая перспектива не обрадовала ее? — Поскольку я глава компании, это можно рассматривать как повышение. Больше ответственности, больше зарплата… Как тебе мое предложение?
При других обстоятельствах она бы обрадовалась. Но как же быть с ее обещанием матери сократить рабочие часы, чтобы больше времени проводить с дочкой? Кроме того, скоро всем сотрудникам компании станет известно о ее романе с Конэллом О'Брайеном. Это наверняка вызовет всеобщее негодование и еще больше усложнит ее жизнь.
— Я как раз собиралась поговорить с тобой об этом, — выдавила она.
— О чем конкретно?
— О нашей совместной работе. — Нервно заерзав в кресле, Морджин подняла на Конэлла глаза. — Нам нельзя смешивать личную жизнь с работой. К тому же мне бы хотелось хоть немного сократить мои рабочие часы. Я приступила к работе почти сразу после рождения Ниши и никогда не жаловалась. Но она так быстро растет…. Спасибо, что подумал обо мне, но, может, ты подыщешь на это место кого-нибудь другого.
— Никто не знает эту работу лучше, чем ты! Конэлл резко вскочил на ноги. — Пока ты болела, мне пришлось работать с той блондинкой, кажется, ее зовут Джулия. Не буду говорить, что она плохой секретарь, но в некоторых вопросах она настолько некомпетентна, что просто выводила меня из себя! Я даже боялся превратиться в дикаря от злости!
К своему удивлению, Морджин расхохоталась.
— А разве ты не вел себя как дикарь со мной?
— Ты хочешь сказать, что со мной тяжело работать?
— Нет, — возразила Морджин, — но, если ты хочешь, чтобы у нас были личные взаимоотношения, мне придется оставить должность твоего ассистента. Другого выхода нет.
— Неужели ты думаешь, что мне удастся найти женщину, которая обладала бы такими профессиональными и моральными качествами, как ты? За что бы ты ни взялась, ты делаешь это отлично. Откровенно говоря, я восхищаюсь тобой, Морджин! — На его лице появилась лучезарная улыбка, наполнившая женщину теплом.
— Тем не менее тебе придется подыскать кого-нибудь на эту должность.
— Только не в ближайшие недели. Сначала мне нужно посмотреть, как пойдут дела у Дерека, потом я вынесу свой вердикт. А пока давай подумаем, как можно сократить твои часы.
— Спасибо. — Морджин облегченно вздохнула и встала.
— Куда ты собираешься?
— Мне нужно работать.
Он обошел стол. Морджин был знаком этот блеск в его глазах.
— Но сначала ты должна поцеловать меня.
— Конэлл! Кто-нибудь может войти…
Он подошел к двери и запер ее.
— Теперь никто не войдет!
Обольстительно улыбнувшись, Конэлл уверенным шагом пересек кабинет и крепко сжал ее в объятиях.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Когда они вышли из ресторана, на улице моросил мелкий дождь. Конэлл помог Морджин устроиться на сиденье его роскошного автомобиля.
— Не слишком замерзла? — поинтересовался он, заметив, что женщина подняла воротник пальто. — Ну и вечерок выдался. Поздняя осень вовсю заявляет о своих правах.
— Все в порядке, я скоро согреюсь.
Весь вечер в ресторане Конэлл не сводил с нее пристального взгляда. Они непринужденно болтали, намеренно избегая личных тем, но оба понимали, что серьезный разговор еще впереди.
