я согласилась? — спросила я, пока балансировала на сноуборде, вцепившись в руки Кейсона, и ехала рядом с ним, а он показывал, что делать на собственной доске.
— Шей, мы на склоне для новичков.
Мимо нас на лыжах пронесся ребенок не старше пяти лет.
Я заворчала, раздражаясь из-за того, какой неуклюжей была в то время, когда ребенок так непринужденно ехал. По крайней мере, мне было тепло в зимнем комбинезоне, который одолжила Жизель.
Кейсон рассмеялся. За пределами университета он был более беспечным и веселым. Ему спокойнее в кругу семьи. Ему это шло.
— Давай. Держись ровнее.
— Ровнее? Это самое неровное положение в моей жизни. Как ты вообще можешь делать флипы и подлетать на лыже?
— Подлетать на лыже?
— Ты понял меня, — бросила я, сосредоточив внимание на том, чтобы держать ноги согнутыми, пока доска скользила по снегу.
— Тебе и вправду нужно подтянуть свой лексикон по сноубордингу.
— Почему?
— Чтобы ты смогла поддержать меня на соревновании.
Я не ответила, потому что не знала, что принесет январь. С Кейсоном все непредсказуемо. Никогда ни в чем нельзя быть уверенным.
— Как только тебе надоест, я поднимусь на трассу и покажу парочку трюков.
— Мне надоело, — уверила его я.
— Ой, нет. Мы закончим только тогда, когда ты сама сможешь ехать.
А-а-а.
* * *
Час спустя мы вернулись в коттедж, чтобы я согрелась. Кейсон взял мне горячий шоколад и провел к месту у окна от пола до потолка, из которого открывался вид на горы. Отсюда просматривалась трасса для слоупстайла.
— Не сильно впечатляйся, — бросил Кейсон, прежде чем отправиться туда.
— Постараюсь держать себя в руках, — ответила я, снимая куртку и шапку Жизель и устраиваясь в кресле. Следующие минуты я наблюдала за людьми в переполненном коттедже. Дети с раскрасневшимися щеками в зимних костюмах гонялись друг за другом, пока их родители общались с друзьями и согревались горячими напитками у кирпичных каминов. Рядом вертелись сноубордисты, разглядывая красивых девушек, которые, похоже, делали то же самое. Коттедж то еще оживленное место.
Вскоре мой телефон завибрировал: Кейсон написал, что сейчас полетит, как я поняла, означало, что он спустится с горы. Поскольку на нем был уродский розовый шлем «Слоупс», его трудно было не заметить. Я встала с кресла и, прищурившись, попыталась разглядеть розовый шлем. Вот он! Кейсон зигзагом спускался с горы, прежде чем стал переворачиваться в воздухе и выполнять прыжки, которые я видела на его видео. И хотя я никогда ему в этом не признаюсь, но видеть его на сноуборде вживую впечатляло еще сильнее. Его талант неоспорим.
Ребенок из коттеджа встал рядом со мной и уставился на трассу через окно.
— Он невероятный, да?
— Похоже, — проговорила я.
— Однажды я хочу кататься, как он.
— Ты занимаешься? — спросила я.
— Каждые выходные.
— Что же, если не бросишь, то тоже сможешь выполнять такие крутые прыжки.
— Ага, — ответил он.
Рядом с ним встала женщина, очевидно, его мама.
— Что делаешь?
— Смотрю, как Кейсон катается, — ответил он ей.
— Как я тебя понимаю. — Она взглянула на меня. — Там есть на что посмотреть.
В моей груди сжался комок безосновательной ревности.
Кейсон рассекал снег у подножья горы. Он повернулся, чтоб взглянуть на меня сквозь окно, и помахал рукой в перчатке.
Мальчик рядом со мной помахал ему в ответ. Я не стала махать, чтобы ребенок решил, что Кейсон махал ему.
Пусть большие очки закрывали бо́льшую часть лица Кейсона, его улыбка все равно обостряла зарождающиеся во мне незнакомые чувства. Я не лгала, когда сказала ему, что в нем живут два разных человека. Один считал, что мог делать все, что захочет, не считаясь с другими людьми. Но был и другой, заботливый парень, который отвез меня к себе домой, когда мне некуда было податься, и учил кататься на сноуборде, несмотря на мое отсутствие координации. Как же это бесило.
— Похоже, махал он не моему сыну, — прошептала рядом стоящая женщина.
Из меня вырвался неловкий смешок.
— Мы друзья, — уверила ее я.
— Хотелось бы мне дружить с парнем, который так выглядит, — сказала она, прежде чем уйти.
Интересно, она вообще знает, какой он настоящий? Кто-нибудь знал Кейсона МакКлауда за красивой внешностью и навыками катания на сноуборде? Я уж точно не знала.
* * *
Тем же вечером, вернувшись из бутика, Жизель заглянула в гостевую комнату.
— Повеселилась в горах?
— Неподходящее слово «веселиться». Но спасибо, что одолжила мне свои вещи.
Она рассмеялась.
— Вряд ли я их когда-нибудь надену. Рада, что они пригодились.
— Ну, большую часть времени я смотрела из коттеджа, как катается твой брат.
Она рассмеялась.
— Да, мне тоже нравилось там проводить время. Много красавчиков гуляет.
Я улыбнулась, вспомнив, как та женщина разглядывала Кейсона.
Она закрыла дверь и села на кровать.
— Можно тебя кое о чем спросить?
— Опа, — выдохнула я.
— Не волнуйся. Я просто любопытствую. Между тобой и моим братом что-то есть?
— Что ты имеешь в виду под «чем-то»? — спросила я.
— Ну, сначала он берет тебя с собой на мероприятие. Потом говорит мне, что все прошло не очень. А теперь ты здесь. Просто понять не могу.
Я промолчала, потому что, положа руку на сердце, понятия не имела, что сказать.
— Я лезу не в свое дело, — проговорила она, приняв мое молчание за раздражение.
— Ой, нет. Ты была так добра ко мне. Просто… я, правда, не понимаю, что между нами. Он бесит меня, как никто другой. Не говоря уже о том, что он поступил со мной довольно паршиво.
— Я убью его.
Я рассмеялась.
— Но с другой стороны его что-то искупляет. Хочу узнать, знает ли он сам что это? Понимаешь?
— Я знаю его всю свою жизнь, и до сих пор не могу понять.
Я признательно улыбнулась за то, что она оставила меня в покое.
Жизель встала.
— Тайер с вами встречался?
Я отрицательно покачала головой.
— Нет, вроде бы Кейсон говорил, что он с отцом и его новой девушкой.
На мгновение на ее лице промелькнуло незнакомое выражение и вдруг исчезло.
— Слушай, если тебя достал мой брат, то можешь помочь мне в магазине завтра.
— Отлично. Наверное, ему нужно отдохнуть от меня.
— Не будь так в этом уверена, — ответила Жизель, искренне улыбаясь, отчего мне захотелось, чтобы это была моя семья. — Он другой с тобой.
ГЛАВА 23
Шей
— Как поработалось с сестрой? — спросил Кейсон, сидя за рулем джипа.
— Вообще-то она заплатила мне. Я не хотела брать, но она не отпускала меня без денег.
— Ага, Жизель довольно упрямая.
