— Каким образом? — непроизвольно вырвалось из уст Тэда.
— Это вас не должно интересовать. Давайте договоримся на будущее, что вы никогда не будете задавать никаких вопросов, касающихся нашей деятельности. Ни мне, ни моим агентам. Договорились?
— Хорошо, сэр! — по-военному ответил Торнер.
— Я могу это расценить, как ваше желание сотрудничать с нами?
— А что я должен буду делать?
— Во-первых, вы расскажете мне о ваших бывших взаимоотношениях с мисс Корн. А, во-вторых, вы нам подскажете, кто из её подруг в дальнейшем может помочь нам. Нам нужен надежный источник информации из её близкого окружения. Да! И вы тоже постарайтесь восстановить с ней хорошие отношения. Даже ценой «дружбы» с этим русским журналистом.
Слово «дружба» Смит произнёс так, чтобы у Торнера не оставалось выбора относительно своих дальнейших действий.
— А если я не соглашусь с вами сотрудничать? — на всякий случай робко спросил Тэд.
— Поверьте, мистер Торнер, что это не лучший вариант. Мы знаем о вас гораздо больше, чем вы можете себе представить. Известно, что каждый человек носит в себе то, что он не хотел бы, что бы об этом узнали другие. Если вы хотите проверить нашу осведомленность, то я к вашим услугам.
— Нет, не надо! Я готов помогать вам, — торопливо ответил Торнер.
— Я был просто уверен, что вы умный человек и патриот нашей свободной страны.
Тэд ничего не ответил. Он уже вышел из того возраста, когда подобные слова воспринимались именно в том смысле, в котором их произнёс Смит.
* * *
Площадь перед гипермаркетом была полна праздношатающегося народа. Высокая искусственная ель в виде ровного треугольника возвышалась в самом центре этой огромной парковки. Десятки Санта-Клаусов сновали между машинами пенсильванцев, одаривая каждого какой-либо безделушкой.
— Может, ты не пойдешь со мной? Я сама всё куплю быстрее, — спросила Мэри, тронув за руку Умелова.
— Тогда я тебя в машине подожду, — согласился Олег.
— Хорошо. Только никуда не уходи, а то я тебя в такой толпе не найду.
— Да не беспокойся ты обо мне. Я что — дитя грудное? Иди. Если я и отойду, то может быть только вон до той ёлки.
— Тогда я оставлю тебе свой телефон. На всякий случай. Вдруг там очереди огромные и я буду долго отсутствовать, — она протянула Умелову свою «Моторолу».
Он положил телефон на центральную консоль.
— Ключи тоже оставь, а то я замерзну в холодной машине.
Мэри, чмокнув Олега, вышла из машины и, подняв свой воротник, быстро скрылась за автомобильными рядами.
Умелов включил магнитолу и стал тыкать в клавиши, пытаясь найти подходящую музыкальную волну. Наконец, найдя приятную тему, Олег откинулся на сидение, прикрыл глаза и начал наслаждаться приятным женским голосом, доносящимся из динамиков. Неожиданно зазвонил телефон.
— Алло, — ответил Умелов, не сомневаясь, что это звонила Мэри, чтобы сообщить примерное время своего отсутствия.
— Мистер Умелов? — неожиданно раздался в трубке знакомый мужской голос, который Олег слышал в аэропорту «Ла Гардия».
— Да, — ответил журналист.
— Вы обдумали наше предложение?
— Да, — не сразу ответил Умелов.
— Пожалуйста, назовите ваше решение, — голос незнакомца не выражал ни каких эмоций.
Олег лихорадочно соображал, что ответить.
«А вдруг, я сейчас отвечу отказом или скажу, что мне надо ещё подумать, и они больше не выйдут со мной на связь? Тогда я никогда не узнаю, что эти люди ищут», — мелькнула в голове Умелова мысль, склонившая чашу весов в сторону продолжения этой игры.
— Я согласен, — ответил Олег незнакомцу.
— Хорошо. Я рад, что приняли правильное решение, — в голосе говорившего впервые прозвучали эмоции.
— А как вы мне сообщите о том, что вас интересует? — спросил Олег, решив сразу брать быка за рога.
— Вам передадут необходимую информацию.
— Когда? — нетерпеливо спросил Умелов.
— Прямо сейчас. Пожалуйста, выйдете из машины. И не спеша прогуляйтесь вокруг елки. Наш человек найдет возможность встретиться с вами. Надеюсь вам не надо объяснять, что вы должны вести себя естественно, чтобы ни привлекать чрезмерного внимания агентов, сидящих у вас на хвосте.
— Не беспокойтесь, я все сделаю правильно. Но как я узнаю вашего человека?
— Он сам обнаружит себя.
В трубке зазвучали прерывистые гудки.
Умелов выключил зажигание у машины, натянул капюшон и отправился в самый центр парковки, где находилась новогодняя елка. Лавируя между стоящими рядами автомашинами, Олег вышел в пешеходную зону, где было большое шумное людское скопление. Медленно обходя высокую искусственную ель, Умелов разглядывал её многочисленные украшения с таким видом, будто его это действительно интересует.
— Извините, мистер, хотите получить от меня подарок? — послышалась за спиной Олега английская речь.
Повернувшись к спросившему, Олег увидел перед собой одного из многочисленных Санта-Клаусов.
— Да, — по-английски ответил ему Умелов.
— Очень хорошо. Вы — русский?
Вопрос поставил Олега в тупик.
— Да, — от неожиданности по-русски ответил он.
— Я тоже русский! — почти без акцента сообщил Умелову Санта.
Олег оценивающе смерил взглядом плотную фигуру загримированного незнакомца и про себя подумал: «Неужели это и есть их человек»?
— Какой подарок вы хотели бы получить? — поинтересовался русскоязычный Санта.
— А что у вас есть?
Незнакомец почти вплотную подошёл к Умелову и, склонившись к его уху, прошептал:
— У меня есть мягкие игрушки. Есть праздничные открытки. Я знаю, что одна открытка именно для вас.
Приклеенные белые усы и борода незнакомца неприятно коснулись щеки Умелова. Олег отстранился от Санта-Клауса, пытаясь рассмотреть за гримом и усами лицо этого человека.
— Пожалуйста, не нервничайте. На нас могут смотреть.
— Кто вы? — резко спросил Олег, именно этим вопросом решив проверить, тот ли это человек.
— Мне сообщили, что вы согласны на наши условия? — спокойно ответил Санта.
— Да, — подтвердил Умелов.
Санта снова склонился к уху Умелова и быстро, но четко произнёс:
— Сейчас я вам отдам открытку. На открытке будет изображение тех артефактов, в которых мы заинтересованы. Количество и размер этих артефактов указаны на оборотной стороне открытки. Надеемся, что вы будете благоразумны. Нас не ищите. Мы сами найдем вас. Вы приняли наши условия и обратной дороги у вас уже нет. Помните, что в ваших руках судьбы тех, кто вам дорог.
