Отстранившись от Умелова, он вдруг радостно крикнул по-английски:
— С Рождеством вас, мистер! Вот вам мой рождественский подарок!
С этими словами он извлек из мешка перемотанную яркой елочной мишурой открытку и передал её Умелову.
Буркнув традиционное «спасибо», Олег сунул открытку во внутренний карман своей куртки. А Санта-Клаус, сделав свое дело, как ни в чем не бывало продолжил свой путь вокруг ёлки, одаривая очередных счастливчиков пустяковыми новогодними безделушками.
— Олежка! Вот и я!
Умелов обернулся, увидев приближающуюся Мэри.
— Я всё купила. Мы можем ехать.
Олег подошел к ней и, взяв из её рук пакет с покупками, обнял за плечи.
— Поехали скорее домой.
И они быстро зашагали к припаркованной машине.
* * *
Весь обратный путь Умелову не терпелось поскорее достать и рассмотреть открытку, на которой, по словам незнакомца, были изображены таинственные артефакты.
Мэри заметила, что Олег явно был чем-то взволнован. Стараясь не отвлекаться от дороги, она правой рукой тронула его левое колено.
— Что-то случилось?
— Нет.
— Почему же ты такой возбужденный?
— Я? — пытаясь изобразить удивление, вместо ответа спросил Олег.
— Если не хочешь, можешь не говорить, — немного обиженно ответила Мэри.
— Ну почему сразу: «если не хочешь»? Может я о родине сейчас вспомнил?
— Уже по России скучаешь?
— Я всегда по ней скучаю, когда за границу уезжаю, — шумно выдохнул Олег.
Ему действительно сейчас вспомнился родительский дом в Нижнем Новгороде, где они недавно гостили вместе Мэри.
Словно почувствовав, о чём сейчас подумал Олег, Мэри предложила:
— Давай сейчас твоим родителям позвоним?
— Я только хотел об этом тебе сказать, — искренне удивился Умелов.
— Вот видишь? Мы с тобой как две половинки, даже думаем одинаково.
Оставшуюся часть дороги она уже не вспоминала о своих сомнениях, щебеча с Олегом о разных пустяках.
Только оказавшись в своей комнате Умелов, наконец, смог рассмотреть таинственную открытку. Она была сделана из плотного картона хорошего качества, с нанесенным по периметру, стандартным рождественским текстом с поздравлениями и пожеланиями. В центре этой композиции был рисунок. Вернее даже не рисунок, а скорее старая фотография, обработанная с помощью каких-то спецэффектов. Это было изображение пластины прямоугольной формы с какими-то надписями и символами. Впрочем, качество изображения не давало возможности идентифицировать эти надписи и знаки.
Перевернув открытку, Олег прочитал на её обороте странный текст: «Пусть Рождество подарит вам новые надежды. И пусть удача принесет вам желанную победу на шахматной доске?. Пусть таких побед будет восемь. Но только все победы дадут желанный результат. С Рождеством!»
Перечитав текст ещё раз, Умелов так и не смог понять смысла написанного.
Внимательно осмотрев открытку и не найдя в ней ничего, что могло бы натолкнуть Мэри на ненужные подозрения, он решился показать ей свой «подарок».
«Вдруг я неправильно что-то перевел с английского?» — подумал Олег.
Он прошёл в столовую, где Мэри уже начала заниматься сервировкой стола. Подойдя к ней вплотную, Олег протянул ей открытку.
— Посмотри, пожалуйста. Что тут написано?
— Откуда ты это взял?
— Пока ты была в магазине, мне Дед Мороз ее подарил.
— Ты имеешь в виду Санта-Клауса?
— Да какая разница?
Мэри взяла открытку в руки и, быстро просмотрев её, перевела:
— Тут написано: «Пусть Рождество подарит вам новые надежды. И пусть удача принесет вам желанную победу на шахматной доске. Пусть таких побед будет восемь. Но только все победы дадут желанный результат. С Рождеством!» Чушь какая-то, а не поздравление. Наверное, это мантра каких-нибудь восточных приверженцев сакрального смысла.
— Может быть, — задумчиво произнёс Олег, протянув руку за открыткой.
— Зачем тебе она? Давай выкинем её, — предложила Мэри.
— Нет. Я из неё закладку сделаю. Мне нравятся вещи, смысл которых не сразу понимаешь.
Мэри отдала картонку Олегу. Убрав её в карман, Умелов участливо поинтересовался:
— Тебе помочь?
— Нет, спасибо. Ты лучше родителям позвони. Ты же хотел это сделать, как только мы домой вернемся.
— Точно! Спасибо, что напомнила.
Он поцеловал её в щеку и направился к телефонному аппарату.
* * *
Даже во время разговора с родителями в голове Олега все время крутился навязчивый вопрос: «Что означает эта фраза»?
Поговорив с мамой, он положил трубку на аппарат. Сказав Мэри, что ему надо разобрать свои бумаги, Олег ушел в свою комнату. Там он в очередной раз перечитал текст. Вдруг у него начал вырисовываться истинный смысл содержания этого поздравления.
Слово «победа» встречалось в поздравлении три раза. Значит, именно это слово могло заменять то, что изображено на рисунке, то есть некую прямоугольную пластину.
Фраза: «Только все победы дадут желанный результат», явно намекала на то, что таких пластин несколько, точнее восемь. Ведь в другой фразе четко говорилось, что «таких побед будет восемь». По-прежнему оставалось непонятным высказывание насчет шахматной доски.
Умелов закрыл глаза, вспоминая предыдущее послание, которое он уничтожил. На ум пришло только то, что в предыдущем письме, была фраза о неких артефактах, которые были утеряны, но что это было, как они выглядели и какие размеры имели…
«Стоп! Размеры! Вот что было зашифровано в этой фразе про шахматную доску!» — вдруг спохватился Олег, соображая, каких размеров может быть шахматная доска.
На ум приходили разные шахматные доски, которые он встречал ранее, но все они отличались друг от друга своими размерами. Но у всех досок было одинаковое количество черных и белых клеток.
Неожиданная мысль осветила его мозг догадкой. Он снова прочитал текст и громко рассмеялся. Теперь он знал истинный размер этих пластин. Они были восемь на восемь дюймов, потому что в самом тексте рядом со словосочетанием «на шахматной доске» стоял значок в виде верхних двойных скобок, которые являлись международным обозначением дюйма. И, хотя Умелов не играл в шахматы, он точно помнил, что общее число клеток на шахматной доске было равно шестидесяти четырем, то есть восемь на восемь клеток.
Теперь странная фраза, написанная на обороте открытки, прибрела конкретный смысл и могла обозначать следующее: «Артефакты, которые нас интересуют это золотые пластины: восемь на восемь дюймов. Всего таких пластин восемь. Нас интересуют только все пластины вместе».
