Тэд кивнул в знак согласия.
— Агент Джонсон! Вы проверили специзделия?
— Да, сэр.
— Тогда покажите мистеру Торнеру, как нужно крепить их.
— Да, сэр.
Смит пересел на другое сидение, освободив место для агента Джонсона, который должен был показать Торнеру все нюансы обращения с «жучками».
Перед самой остановкой микроавтобуса, Джонсон закончил инструктаж и вернулся на своё место.
— Что ж, мистер Торнер, как говорится: ваш выход.
— Я готов, — выдохнул Тэд.
— Тогда идите. И старайтесь не нервничать. Помните, что мы вас всегда подстрахуем.
Тэд поднялся с сидения и, застегнув куртку на молнию, направился к двери микроавтобуса.
— Не забудьте подарок, — агент Джонсон протянул Торнеру красочный пакет.
Взяв в руки рождественский сюрприз, Тэд толкнул дверь микроавтобуса и выскочил на промозглую улицу. До дома Корнов нужно было пройти два квартала. Накинув на голову капюшон, Тэд зашагал навстречу неизвестности.
* * *
— Жаль, что в нашем доме нет фортепьяно, и жаль, что никто из нас не умеет на нём прилично играть, — сокрушенно констатировал Иван Андреевич.
Мэри хотела возразить отцу, что и без фортепьяно Олег прекрасно поет, но не успела, поскольку в дверь позвонили.
Она посмотрела на отца.
— Может это Джессика? — предположил Иван Андреевич.
— Не знаю. Сейчас посмотрю.
Она встала из-за стола и грациозно последовала к входной двери. Открыв её, она удивленно уставилась на Тэда, который, потупив глаза, тихо произнёс:
— Я пришёл попросить у тебя прощения. И я хочу помириться с твоим женихом. Пожалуйста, не прогоняй меня. Мне сейчас очень плохо.
Это было сказано таким тоном, что Мэри отошла от проёма двери, пропуская Тэда в дом. Переступив порог, он несмело прошёл в столовую и с порога обратился к мужчинам:
— Мистер Корн и мистер Умелов, простите меня, что я нарушил ваш семейный вечер. Я скоро уезжаю из Филадельфии в Нью-Йорк навсегда. Я не мог не прийти, чтобы не попрощаться с вами. Мистер Умелов, извините меня за моё поведение. Хоть мне и больно это говорить, но я желаю вам счастья с Мэри. Пожалуйста, сделайте её счастливой.
Мэри слушала монолог Тэда, стоя позади него. Иван Андреевич подошёл к Тэду и с радостью пожал ему руку. Повернувшись к Умелову, он вопросительно посмотрел на него.
— Олег, вы не будете против, если я приглашу мистера Торнера за наш стол?
Умелов тоже поднялся и, обойдя стол, подошел к ним. Посмотрев на Тэда, он первым протянул ему руку, сказав при этом:
— Надеюсь, вы простите мне мою излишнюю горячность?
Не понимая смысла русских слов, Тэд интуитивно почувствовал, что надо согласиться с тем, что сейчас произнёс этот русский.
— Да, — утвердительно кивнул он, пожав при этом руку Олега.
Мэри, стоявшая рядом, мысленно поблагодарила Бога за то, что все так хорошо заканчивалось в это рождественский вечер.
Пройдя к столу, Тэд достал из пакета картонную коробку. Аккуратно открыв её, он извлек из неё свой подарок. Это была искусно воспроизведенная сценка появления Христа на свет. Маленькие фигурки Иосифа и Марии, стоящие у яслей младенца и три фигуры волхвов, расположившихся чуть поодаль, были известны каждому христианину.
— Какая прелесть! Давайте её в центр стола поставим? — предложила Мэри.
Если бы она знала тогда, что в колыбели, где лежала фигурка Иисуса-младенца, был вмонтирован высокочувствительный микрофон, передающий всё, что произносили сидящие за столом.
Тэд, немного освоившись, начал согласно специально разработанной для него тактике ненавязчиво выводить собеседников к тому разговору, которой хотели услышать в своих наушниках люди, сидящие в спецмашине ФБР.
* * *
— Сэр, связь с домом установлена. Сигнал хороший. Он пока идет с основного «жучка», — сообщил своему шефу агент Джонсон.
— Надеюсь, у него получится установить и другие «жучки», — произнёс Пол Смит.
— Сэр, отец Мэри говорит мистеру Торнеру, что после свадьбы мистер Умелов и его дочь отправляются в свадебное путешествие на Филиппины.
— Отлично! Фиксируйте всё, а я поеду в отель. Надо позвонить своим, Рождество все-таки.
— Хорошо, сэр.
Смит попрощался с агентами, которые оставались дежурить в спецмашине. Выйдя на улицу, он сразу ощутил холодное дыхание Атлантики.
* * *
Утром, когда Мэри и её отец крепко спали после весело проведенной рождественской ночи, Умелов тихо встал и прошел в столовую.
Подойдя к уже чистому столу, он аккуратно взял в руки подарок Тэда и перевернул его. Снизу картонки шли две тоненькие полоски, замазанные зеленой краской. Определив место, где они кончались, он перевернул картонку и увидел, что это место было прямо под колыбелью Спасителя. Приподняв фигурку младенца, он заметил вороненую сталь ободка мини-микрофона характерного цвета.
«Какое кощунство — использовать Иисуса для таких неблаговидных целей», — подумал Умелов.
Вернув композицию на место, он так же тихо прошёл по всем местам, где вчера был Тэд Торнер. Внимательно проверив помещения общего пользования, Олег обнаружил ещё два «жучка» в ванной комнате и холле. Теперь Умелов точно знал, что Тэд Торнер был завербован ФБР.
Что же! Сейчас, когда Олег, знал о том, что дом прослушивается, можно было использовать это для слива дезинформации. Но спешить в этом деле не стоило. Нужно было хорошенько подготовиться.
Эпилог
Дальнемагистральный «Боинг-747» американской компании «Пан Американ», набрав необходимую высоту, встал на свой курс. Предупредительные надписи на табло погасли, и симпатичные стюардессы приступили к своим обязанностям, разнося пассажирам напитки.
Лайза Винтер, работающая на этой линии уже второй сезон, сразу обратила внимание на красивую пару, сидящую в пятнадцатом ряду. Судя по тому, как они смотрели друг на друга, можно было с уверенностью предположить, что они были молодоженами. Остановившись рядом с их креслами, она поинтересовалась:
— Сок? Минеральная вода? Вино?
Мужчина повернулся к своей спутнице и с нежностью обратился к ней:
— Что ты хочешь, любимая?
— Давай выпьем вина? — ответила своему спутнику молодая женщина, так же нежно посмотрев на него.
Мужчина повернулся к Лайзе и с улыбкой произнёс:
— Вина, пожалуйста.
Передавая наполненные стаканы, Лайза обратила внимание на красивое обручальное кольцо на пальце симпатичной американки.
«Счастливые. Наверное, у них впереди медовый месяц?» — подумала стюардесса, улыбаясь красивой паре.
