выскочила из халупы, а я подошёл к мужчине и применил пару сложных заклинаний, которые опустошили мой магический резерв наполовину. Сперва снял заклятие, а оно было очень сильным. Кажется, старика кто-то проклял, находясь на смертном одре, а такие проклятья уходили обычно с неохотой. Дочери больного объяснил, чтобы она потребовала у отца обязательно слезно попросить прощения у того, кто его так «приласкал». Даже если тот человек уже мертв, мужчина должен раскаяться, причем от сердца, иначе заклятье возвратится вновь…
После этого я подлечил его тело, чтобы поддержать в нём жизнь, и несчастный почти сразу же открыл глаза.
Я заторопился на выход: всё-таки Влада находилась в очень небезопасном месте совершенно одна.
Она встретила меня морально подавленной, почти плачущей, и мое сердце защемило. Захотелось обнять её, прижать к себе, как ребёнка, пообещать, что всё будет хорошо…
Каким же я стал сентиментальным! Сам от себя о сих пор в шоке...
Но девчонка вдруг ускакала обратно в халупу, а я напрягся.
Не хотел, чтобы она узнала об исцелении старика. Почему? Мне было банально страшно срывать с себя привычную маску! Вот это новость!!! Но побороть жгучее смущение так и не смог. И когда мы уже добрались до моих покоев в Академии, я так и не почувствовал расслабления. К тому же, врачевание отняло у меня слишком много сил, и я завалился спать, не раздеваясь…
***
Данелия
Я так и не смогла уснуть. Два раза смывала с себя грязи и пот в ванной, второй раз вообще в очень горячей воде (чтоб разморило), но сон не шёл.
Мысли постоянно крутились вокруг поступка Бастиана.
Что он скрывает? Почему? Зачем заставил жить с ним, если совершенно не использует меня, как раба??? Мелкие поручения не в счет…
В итоге, глубокой ночью вышла в гостиную, отчего на потолке зажглись несколько магсветильников. Присела на диванчик и, найдя наполненное блюдо сладостей, начала медленно жевать.
Приторный вкус не прогонял растерянности и непонимания, хотя я искренне пыталась отвлечься. Вдруг дверь позади меня открылась, и нарочито громкие шаркающие шаги Его Высочества резанули слух.
- Влад, почему не спишь? – пробормотал принц сонно, подавляя зевоту. Когда же он поравнялся со мной, то я увидела, что он до сих пор одет, хотя волосы были растрёпаны и забавно торчали во все стороны.
Я не удержалась и прыснула: настолько он показался мне забавным.
Бастиан вопросительно выгнул свою точеную черную бровь и довольно бесцеремонно плюхнулся на диван рядом, прижавшись своим бедром к моему.
Естественно, меня снова пронзило. Почти каждое его прикосновение сопровождалось нашествием мурашек, которые атаковали спину и шею и заставляли ёжиться.
Мой смех резко оборвался, и я начала предательски краснеть, потому что… я, кажется, догадалась о природе своего состояния.
Влечение.
Самое настоящее телесное влечение женщины к мужчине – вот что всякий раз просыпалось во мне.
Его Высочество заметил резкую перемену во мне и внимательнее вгляделся в мое пунцовое лицо. Придвинулся ещё ближе, заставив меня буквально вжаться в диван, и замер непозволительно близко.
Слишком близко!!!
Я «парень». Я Влад!!!!
Но Бастиана, похоже, это волновало мало.
С трепетом скользила взглядом по чертам сонного, но неизменно красивого лица и учащенно дышала. Какие у Бастиана длинные ресницы! Любая девица таким позавидует, а тут парень… А губы! Нижняя губа пухлая и слегка оттопыренная. Интересно, какая она на ощупь, кажется мягкой…
Ой, о чем я только думаю???
Захотелось сбежать отсюда, от его волнующего присутствия, но принц положил мне руку на плечи и просто не отпустил.
- Скажи, Влад, почему ты помог им?
Я замерла и недоуменно приоткрыла рот. Им? Кому это «им»?
Ах, да, он имеет в виду тех бедняков!
Мучительный стыд растекся по щекам и шее, покрыв меня красными пятнами. Пока я думала о мягкости его губ, он вспоминал про нищих!!!
Опустила глаза, чувствуя себя жутко неловко.
- Пожалел... – пробормотала, отвечая на вопрос. – Они очень страдают в этой жизни. Если сам страдал, то не можешь пройти мимо страданий других…
Говорила всё это несколько бездумно, лишь бы только избавиться от неловкости, но Его Высочество вдруг напрягся. Я почувствовала это на уровне интуиции, просто душой, поэтому тут же подняла глаза.
Бастиан выглядел не очень. От томного изучающего взгляда не осталось и следа.
- Ты страдал? Тебя кто-то обижал??? – еще недавно расслабленные пухлые губы, к которым так хотелось прикоснуться, теперь были сжаты в тонкую полоску, выдавая то самое напряжение.
Я, честно говоря, испугалась его реакции. Что с ним? Отчего такие разительные перемены? Я сказала что-то не так?
Но на вопрос ответить нужно.
- Не хочу об этом вспоминать, - ответила уклончиво. – Но скажем так: это и заставило меня поступить в Академию, чтобы набраться сил и больше ни от кого не зависеть…
Глаза Бастиана потемнели, превратившись в сплошную тьму. Казалось, что он едва сдерживает неожиданно накатившую ярость, хоть и направленную явно не на меня.
А потом вдруг молниеносно наклонился и грубовато заключил в крепкие объятья.
- Больше никто не посмеет обидеть тебя… - прошептал прямо в ухо, а я почувствовала, как мое тело начинается просто гореть в огне. Сердце уже в районе горла, по венам течет не кровь, а лава. Ощутила острое магическое воздействие, льющееся, как и раньше, изнутри меня самой. До безумия захотелось обнять его в ответ, зарыться пальцами в растрёпанные волосы цвета воронова крыла, коснуться губами его кожи и прошептать что-то глупое, наполненное разрывающими сейчас эмоциями…
И только каким-то краем сознания я всё еще помнила, что уступать этому безумию никак нельзя. Я прячусь в личине юноши, и принц считает меня им. Стоп! Но как он может ТАК обнимать другого парня???
Эта мысль отрезвила от всего на свете, потому что я искренне испугалась. А что, если… нет, это решительно невозможно! Его Высочество не может быть таким!!!
Но сомнения начали одолевать лавиной.
Не мог же единственный принц Натании влюбиться во Владлена Гая???
Глава 23. Встреча с Её Величеством...
Монастырь святой Анны. Пристанище королевы...
Артур, настоящее имя которого звучало как граф Артур де Туант, неспешно двигался мрачными коридорами обители Святой Анны и перебирал пальцами крупные деревянные четки. Черная сутана священнослужителя была препоясана поясом из грубой шерсти, что служило признаком его притворного статуса. Граф назвался монахом-путешественником, служащим народу от имени неба и во имя добра. Чтобы у монахинь монастыря святой Анны не
