class="p1">Я сделала несколько шагов вперед. То же самое сделала девочка, которую я видела в зеркале. Приблизившись к зеркалу, я протянула вперед свою руку, прикоснулась пальцами к ледяной поверхности стекла и в тот же миг перенеслась в наше с сестрой детство, когда Скарлет копировала мои движения, стоя по другую сторону оконного стекла.
– Скарлет, – прошептала я, чувствуя, как покатились по моим щекам горячие слезы.
Я слегка отступила назад, и тут же отступило повторенное тысячу раз отражение. Я обернулась и увидела перед собой тысячу сестер, тысячу Скарлет.
Зная, что я теперь не одна, я начала танцевать.
Я танцевала и наблюдала, как вместе со мной танцует многократно отраженная в зеркале Скарлет. Она одновременно со мной поворачивала голову, одновременно со мной подпрыгивала, чтобы выполнить гран жете. Мне даже казалось, что я начала слышать эхо не только своих шагов, но и ног Скарлет.
Что бы я ни делала, она была здесь. Она была повсюду, от ее отражений у меня слегка закружилась голова, и я зажмурила глаза, но Скарлет по-прежнему оставалась рядом, танцевала вместе со мной – быть может, в последний раз.
Я решила выполнить фуэте ан турнан, но потеряла равновесие, споткнулась…
И упала прямо у ног мисс Финч.
– Ты неправильно повернула голову, – сказала она.
Глава четырнадцатая
Я моргнула, глядя на нее снизу вверх. Потом моя голова перестала кружиться, и я неуклюже поднялась на ноги.
– Что ты здесь делаешь? – спросила мисс Финч.
– Я… Я хотела позаниматься… порепетировать, – ответила я. Мисс Финч удивленно округлила глаза, но я отважно продолжила: – Видите ли, я так давно не танцевала… Целую вечность, можно сказать. Ну и мне показалось, что я сильно отстаю от остальных.
Я осторожно покосилась в сторону зеркал. Иллюзия присутствия Скарлет растаяла. Теперь в зеркалах отражались только двое – я сама и мисс Финч.
– Что ж, это очень похвально, конечно, – сказала она, – но ты понимаешь, надеюсь, что сейчас середина ночи?
Я кивнула, собираясь продолжить надоевшую мне игру и солгать, что мне не спится, и мне очень жаль, что так получилось, что я извиняюсь и больше так делать не буду, но вместо этого задала вопрос, который пришел мне в голову:
– А почему вы до сих пор здесь, мисс?
Мой вопрос явно застал ее врасплох, но в ту же секунду она взяла себя в руки, отошла к роялю и со вздохом села на крутящийся стульчик.
– Это сложно объяснить, если честно.
– А вы попробуйте. Я хорошо умею слушать.
Мисс Финч вскинула на меня глаза, в которых плясали отражения язычков горящего пламени газовых ламп.
– А особенно хорошо ты умеешь выслушивать правила, верно?
Я покраснела.
– Мне не нравится комната, которую отвели мне в этой школе, – начала мисс Финч, глядя поверх моей головы на каменные своды потолка. – А здесь тихо, здесь хорошо побыть одной, подумать обо всем… Холодно только.
– О, да, – охотно согласилась я с ней.
Мисс Финч плотнее закуталась в свой вязаный кардиган и сказала:
– Могу я задать тебе вопрос, Скарлет?
Честно скажу, я насторожилась, потому что как-то странно прозвучал голос мисс Финч, очень странно, особенно когда она произносила имя.
– Конечно.
А что еще я могла ответить?
– Почему ты хочешь стать танцовщицей?
Я покрутила ее вопрос в голове.
– Потому что уметь танцевать – это красиво. Это ведь искусство, не правда ли?
Мисс Финч слегка нахмурилась.
– Так ты не хочешь стать звездой? Прославленной на весь мир прима-балериной? Ездить с гастролями по разным странам? Не хочешь, чтобы после каждого выступления тебя забрасывали букетами цветов и дарили подарки?
Чего-то подобного могла хотеть Скарлет, не я. Интересно, а ей мисс Финч уже задавала этот вопрос?
Я задумалась, глядя на мисс Финч, когда она сидела на вертящемся стульчике, ее маленькое тело казалось еще более хрупким, почти невесомым. Но что же мне делать? Ответить так, как ответила бы на этот вопрос Скарлет? Однако я решила сказать так, как думаю обо всем этом сама.
– Нет. Я просто хочу уметь танцевать. А все остальное, о чем вы спросили… Эти вещи меня не привлекают. Не имеют для меня значения.
– Так ты в принципе решительно отвергаешь их? – приподняла бровь мисс Финч.
– Нет, конечно, но для меня вполне достаточно просто научиться танцевать.
– Хмм…
Я понимала, что это своего рода тест и что сейчас мисс Финч решает, прошла я его или нет.
– Ты права, – сказала она, вставая из-за рояля. – Разумеется, ты права. – Она поправила выбившуюся у нее из-за уха золотистую прядь и внезапно заторопилась: – О, боже, до чего поздно уже. Тебе давно нужно быть в постели. И мне тоже, кстати.
Я, конечно, кивнула, но я же так и не успела обыскать балетный класс! А что, если мисс Финч каждую ночь сюда приходит? Тогда у меня, выходит, не будет ни одного шанса?
– Но… – продолжала я тянуть время, – а что, если мисс Фокс…
– Она обычно ложится ровно в десять и потому не знает о том, что я спускаюсь сюда по ночам. И не узнает никогда. Все учителя здесь рано ложатся спать.
Мисс Финч озорно улыбнулась, и мне было странно видеть такое выражение на лице учительницы.
– Значит, на то, что меня застукают, тоже нет шансов? – спросила я.
– Ну, наверняка утверждать этого я не могу, но, – пренебрежительно махнула она рукой, – если ты вдруг наткнешься на классную даму, можешь сказать, что у тебя живот схватило и ты идешь в туалет.
– Хорошо, именно так и скажу, если что, – кивнула я. – И спасибо вам за то, что не отлупили меня.
– С какой стати я должна была тебя отлупить? – искренне удивилась мисс Финч.
– Ну как же, за то, что я нарушила целую кучу школьных правил.
– Ах, ты об этом, – рассеянно ответила мисс Финч, и мне показалось, что мыслями она уже далеко отсюда.
– Так я пойду, пожалуй, – сказала я. – Доброй ночи, мисс.
– Доброй ночи, – все так же рассеянно откликнулась она.
Я вышла из освещенного оранжевым светом балетного класса, на пороге в последний раз оглянулась через плечо и увидела, что мисс Финч неподвижно сидит и смотрит на свое отражение в зеркале.
В принципе, я очень легко сегодня отделалась, однако проблема осталась, причем очень большая – ведь отныне балетный класс был для меня вне досягаемости.
Как и предсказывала мисс Финч, шныряющих по школе учителей я не встретила. Без каких-либо приключений я добралась до своей комнаты, легла в постель и
