без этого. За разговорами просидели полночи. А утром примчались дозорные – татары идут! Хотя Василий Васильевич умел встряхнуться, скомандовал к бою. Ордынцев было в два с лишним раза больше, но он не испугался. Военный опыт у него уже был. Оценивал, что большинство врагов ехало грабить налегке, а русские дружины были в доспехах. Сомкнулись плотным строем, опустили копья и полетели. Сшибить противника, как стальным тараном…
Но Махмутек с Якубом применили излюбленный татарский приём. Притворно изобразили ужас. Кинулись отступать, бросая добычу, обозы. У князей дисциплины не было никакой. Строй развалился, их отряды рассыпались. Кто-то гнался за врагами, другие кинулись поживиться добычей. А татары внезапно развернулись и захлестнули их с разных сторон. Иван Можайский и Василий Боровский сразу бросились наутёк. Остальных окружили. Василий Васильевич отбивался от насевших на него ордынцев. Его ранили стрелой в руку, в рубке саблями отсекли несколько пальцев. Оглушили его ударами по шлему, и он попал в плен вместе с Михаилом Верейским и несколькими боярами.
Когда об этом узнали в Москве, началась паника. Войско погибло, государь в плену! Ждали, вот-вот татары налетят и на столицу. Жители посадов и ближайших деревень ринулись укрываться в Кремле. Но добавилось и другое бедствие. В Кремле, переполненном людьми, от чьей-то неосторожности начался пожар. Заполыхали деревянные строения, от жара трескались даже каменные стены. Народ хлынул выбираться из крепости, многие передавили друг друга в воротах. Из этой общей неразберихи Софья Витовтовна забрала Марию Ярославну, внуков и уехала в Ростов. Вызвала туда бояр, собрала правительство. Начала рассылать распоряжения – готовиться к обороне от ордынцев, прятаться по лесам.
Но татары на Москву не пошли. Их же после боя осталось меньше 3 тысяч. Они и на Суздаль-то не полезли. Зато великий князь в их руки попал! О таком успехе Махмутек и Якуб даже не мечтали. За такого пленника можно было получить гораздо больше, чем награбить в нескольких городах. Боялись, как бы не умер от ран или его не отбили русские. Поскорее повезли к отцу. Нижний Новгород от пожара сгорел, и Улу-Мухаммед перебрался в крепость Курмыш. Туда и доставили Василия Васильевича. Хан потребовал, чтобы великий князь платил дань ему, а не Сеид-Ахмеду. И не такую дань, как до сих пор, а большую. И ещё пусть заплатит огромный выкуп за себя.
Государь был изранен, контужен, положение у него было безвыходное. Но всё-таки он отказался. Сказал, что сумма слишком большая, непосильная для Руси. А если платить дань Улу-Мухаммеду, то Сеид-Ахмед начнёт войну против нашей страны. Хан рассердился, что пленник не соглашается. Но он прекрасно знал, что у Василия есть соперник. Если один великий князь упрямится, можно поставить на его место другого – который согласится. Улу-Мухаммед отправил послов в Углич к Шемяке.
Тот их принял, будто ангелов с неба! Наконец-то свершилось! Двоюродный брат в неволе, а его, Шемяку, татары посадят на престол! За это он готов был на что угодно! Подчиниться Улу-Мухаммеду, любую дань ему платить. Поставил только одно условие – чтобы Василий Васильевич никогда из плена не вышел, не вернулся на родину. Но и Софья Витовтовна не напрасно держала в Угличе соглядатаев, платила им. Её сразу известили, о чём там договариваются. Мать государя срочно погнала в Курмыш лучших бояр-дипломатов.
Они принялись обхаживать Улу-Мухаммеда. Объясняли: наш великий князь от ран ещё не оправился, поэтому ответил, не подумав. А Василию Васильевичу шепнули – Шемяка принял все условия татар. Надо немедленно соглашаться с ханом, пока его послы не вернулись. Иначе не только тебе конец, но и всей Руси беда страшная. Государь понял. Сказал Улу-Мухаммеду – да, он ошибся. А сейчас посоветовался с приехавшими боярами и принимает ханские условия. Тот был доволен, что Василий Васильевич одумался. Подписали договор. За освобождение великого князя требовалось внести 5 тысяч рублей, и дань платить каждый год – со 100 человек 2 рубля.
Деньги были очень большие: 5 тысяч рублей – это 500 килограммов серебра, 2 рубля – 200 граммов серебра. Сразу столько набрать московское правительство было не в состоянии. Договорились, что великий князь в залог даст хану несколько городов. Пустит туда татарских наместников, пока не заплатит долг. Улу-Мухаммеда это вполне устроило. Он не стал ждать ответа от Шемяки. Ему покорился законный государь, зачем же связываться с сомнительным авантюристом? А Шемяка уже ехал к хану. Задержался, чтобы собрать для него достойные подарки. Ехал получить ярлык великого князя. Мечтал увидеть, как Василия казнят. Но чуть-чуть опоздал. Услышал по дороге, что его замыслы провалились, что великий князь освобождён. Предпочёл не встречаться с ним, повернул обратно.
А Улу-Мухаммед был доволен. У него всё сложилось так, что лучше и не придумаешь. У него появились подданные, будут платить дань. Его воины хорошо отдохнули. Послышав о его успехах, о возможности пограбить, из степи к нему приходили новые отряды и банды. Хан бросил их на Камскую Булгарию. Её правителя Либея разгромили, он погиб в бою. После этого Булгария подчинилась Улу-Мухаммеду. На Руси он чувствовал себя всё-таки неуютно. Жители разбегались, уходили из мест, занятых его войском. А булгары были мусульманами, одной веры с татарами, ближе к ним. Улу-Мухаммед решил поселиться там. Но не в столице, Великом Булгаре. Город большой, чужой, вдруг население взбунтуется. Он обосновался в Казани. Надеялся, что временно. Наберётся сил и снова будет биться за Сарай. Но притеснять и грабить булгар запретил – они же стали его подданными. И постепенно булгары начали сживаться, смешиваться с татарами. Их стали называть казанскими татарами. А Золотая Орда разделилась на две части. Одна – Большая орда со столицей в Сарае. Вторая – Казанское ханство.
Ну а Василий Васильевич в ноябре 1445 года вернулся в Москву. Люди встречали его, ликовали, плакали от радости. Государь приехал настрадавшийся, униженный – но ведь спасся! Живой! Хотя радость и восторги очень быстро сменились возмущением. Выяснилось, что за спасение великого князя надо платить. Страна пережила литовский и татарский набеги, Москва и Нижний Новгород ещё не отстроились после пожаров. А с народа начали собирать деньги на выкуп и татарскую дань. А пока долги не заплатили, приходилось выполнять договор о залоге. Великий князь назначал наместниками в города присланных от хана татарских вельмож. Негодовали удельные князья, ведь им надо было свою долю дани и выкупа платить. Негодовали бояре – должности наместников отбирали у них, передавали ордынцам. Правда, в случившемся были виноваты те же самые князья и большинство бояр. Службу несли отвратительно. Василию
