приметил там никакого тренажера.
«Вроде и правда не приметил…» Видимо, навещал квартиру в то время, пока внук стариков у них еще не поселился. И, следовательно, господина лаборанта он никогда не видел! Так что версия моя об отравителе-лаборанте трещит по швам… И парень тот к Цейтлину никакого отношения не имеет. Они, по-видимому, даже не знакомы. Ладно, спрошу напрямую…»
— С Евгением Шафраном когда вы в последний раз виделись?
— С каким Евгением Шаф… Шафраном? Кто это? Не знаю я никакого Шафрана.
«Похоже, не играет… И правда не знакомы. Ладно, дальше пойдем». Яков с серьезным видом полистал исписанные страницы, словно бы вглядываясь в текст, и, махнув рукой, беспечно поправился: — Извините, недоразумение вышло… А в квартиру вы проникали один? Без помощников?
Цейтлин поерзал на постели, словно бы пытаясь почесать себе таким образом спину. Что-то прикинул мысленно.
— Один раз парень мне знакомый помогал.
— Как его имя, фамилия?
— Осипов Игорь. Он у нас в магазине работает.
— Осипов… — Яков дописал фразу и достал из папки аккуратно сложенный листок — копию странной записки, оставленной в квартире.
Развернул ее и взглянул заново на торопливо набросанные печатные буквы, составившие несуразное в данной ситуации слово — «Пришелец».
— Посмотрите, господин Цейтлин, это вы писали?
— Это?! — Глаза Михаила буквально полезли на лоб. — Что это за чушь? Откуда это?
— Из квартиры Фельдманов.
— Да вы что?! Чтобы я начал такие дурацкие записочки оставлять? Как мальчишка… Слушайте, это же, наверное, Игореха так развлекался! Точно — он! Вот балбес, а?! То-то, когда мы обратно ехали, он всю дорогу фыркал чего-то себе… Смешно было дураку…
— Да, смешно… Вообще, господин Цейтлин, история забавная. Меня, по крайней мере, она сильно насмешила… — Яков с сердитым видом вздохнул и в упор посмотрел на Цейтлина. — Смешно, сил нет… Директор крупного магазина, солидный мужчина пятидесяти шести лет, вдруг, как мелкий воришка, забирается в чужую квартиру и шарит там по полкам с бельем. Дружок попросил… А господин Цейтлин отказать не мог! Хотя рисковал и в полицию попасть, и побитым быть. Вернулись бы хозяева раньше срока, позвали бы на помощь соседей, прохожих… Как-то очень уж легкомысленно вы себя вели. Не похоже на вас…
Яков подался вперед и, глядя в глаза Цейтлину, коротко и сухо спросил:
— Что вы там искали?
— Документы на дом! Для Макса, — тонко и раздраженно выкрикнул Цейтлин. — Да правду я говорю!
— Зачем нужны были документы? Все рассказывайте — вы же находитесь под подозрением в убийстве. Неужели все еще этого не поняли?
— Понял. — Цейтлин прикрыл глаза и несколько секунд молчал, словно бы вымотанный нервным диалогом. Когда же наконец посмотрел в лицо Якова, взгляд его был усталым, почти равнодушным, а голос тусклым и безжизненным: — Подозрение… в убийстве… Неужели я бы Макса мог… отравить! Да я с ним почти сорок лет дружил… как брат все равно он был. Ладно уж, слушайте…
У Макса много приятелей всегда было, какие-то деловые знакомые… А в тот период, когда он в Москве бизнесом занимался, вокруг него разные люди крутились. Я почти никого из того окружения и не знал. А иногда если и встречал у Макса, то… ну, побаивался их, что ли… Публика такая… лихая. Я ему говорил: «Ты с огнем не играй! С криминалом шутки шутить…» Но вроде обошлось. Уехал спокойно — без разборок и прочих фейерверков…
Где-то с полгода назад узнал я, что приезжал сюда московский приятель Макса — Павел. Фамилию я сейчас как-то призабыл, может, потом всплывет… Он тут отдыхал в Эйлате и к Максу заехал повидаться, прошлое вспомнить. Начало девяностых в Москве — это времечко интересное было. Передел капиталов, ломка всего, деньги бешеные…
Макс мне о его визите вскользь упомянул, без разных подробностей. Павел, мол, был тут. Отдыхал в Эйлате, потом на денек заехал. А вообще, он живет то ли в Штатах, то ли в Москве — я не понял, честно говоря. Стал владельцем крупной охранной фирмы. И преуспевает, судя по всему, раз так по миру катается.
Как-то я на это обстоятельство, на визит Павла, внимания особого не обратил. Павлика я встречал в Москве раза два всего. Толком и не помню, как он выглядит.
А в конце лета вдруг Макс мне звонит и, возбужденный такой, сообщает по мобильному: «Слышал по телеку, Павла в Испании вчера на курорте застрелили? Прямо в номере гостиничном».
Печально, говорю… Он, видимо, не только охранное агентство содержал, но и еще какой-то скрытой деятельностью занимался, раз кто-то за ним аж в Испанию поехал — счеты сводить!
«Да…» — поддакивает Макс, а тон у него какой-то странный был, вроде как недоговаривал что-то…
Потом через недельку-другую позвал Макс меня к себе и выдал мне такую вот фантастическую историю.
Павел связан был с крупной бандой, промышлявшей похищением и контрабандой драгоценных камней. Целая сеть, оказывается, существует. И Африка там задействована, и Якутия… Вся цепочка хорошо отработана — от «изъятия» товара до сбыта. Всегда находятся толстосумы, готовые доллары поместить в «камешки». Тем более что каждый экземпляр обязательно предлагается с сертификатом, с подписями профессиональных оценщиков. С печатями. В общем, все чин-чинарем — изумруды-сапфиры, александриты и прочая ювелирщина…
Павел в этой системе прочно пристроился, да только… Детали мне неизвестны, знаю только конечный результат: присвоил Павел себе редкий экземпляр — «черный бриллиант», четырнадцать каратов. Тянет тысяч на сто. Долларов. Как уж он хапнул — не знаю. То ли ограбление имитировал, то ли что… Вор у вора дубинку украл! Жадность обуяла. А дружков-то боится…
Вот Макс ему и скажи: отсидись, мол, в захолустье каком-нибудь, вроде Сл…ты, городке, откуда Макс родом. Даже в гостиницу не устраивайся — сними себе комнату и заляг на дно. Никто тебя не найдет. Вот, мол, я там даже семейку помню — муж да жена, как овечки тихие… А дом большой — комнат пять.
Ну, Павел-то, видно, сильно трусил — так все и сделал. Снял там, в Сл…те, себе две комнаты у дочки стариков этих, Фельдманов. Затих, прижух…
Но, видимо, тоскливо ему показалось безвылазно там отсиживаться… Решил на неделю в Испанию махнуть. Вот и махнул…
Макс уверен был, что бриллиант Павел с собой не таскал. Он с ним по телефону общался — тот намеки вроде как давал… В стене он спрятал камешек, тайник устроил.
Правда, где точно — неизвестно. Чтобы найти — все переломать надо, перестукать, штукатурку снять. При хозяевах делать такое нельзя — только подозрение вызовешь. С расспросами полезут…
