Понимаю, моя просьба может показаться оскорбительной. — Он склонил голову. — Но, ты наше сердце, Страж. Пока есть ты, будем и мы. Без тебя орден не будет прежним. Поэтому, прошу, не рискуй.
Владыка Цитадели молчал.
— Каждый из нас, каждый брат и сестра, готов отдать свою жизнь за тебя. Но если ты отдашь свою за нас… оправиться вряд ли получится. Мы, к добру или худу, так и не узнали, возможно ли тебя воскресить. Однако, мы вернуться способны.
— Поднимись. — Алголон отозвал Чешую, оставшись в рубашке и штанах. — Ты боишься, что я могу потерпеть поражение, как в том мире?
— Да.
— Хорошо. Я откажусь от участия в битвах. Однако, если в ордене начнутся волнения из-за этого, то разгребать все будешь сам.
— Не больше, чем когда им доводилось слышать о твоем “долгом отдыхе”.
— Не напоминай. — Эльф отмахнулся, кисло скривившись. — Разве моя вина в том, что их колдовство игнорировало защиту?
…
Завершив Сообщение, Рейнхарт уже видел причину срочного обращения. Ведь находился на вершине башни и мог лично наблюдать за приходом странных гостей.
Ни на одну знакомую ему расу они не походили. Не отличались выдающимся ростом, за то в ширине плеч могли поспорить со многими. Руки толстые, мощные. Объемные животы не могли скрыть теплые меховые одежды. Головы лысые, немного выдающиеся вперед. Из верхней челюсти вниз росли длинные клыки. У каждого они были украшены в одинаковой манере. Некоторые представители носили бороды, но чаще — усы, похожие на густую щетку.
«Кажется, Тиранастраз мне о них рассказывал»
Достав из пространственного кармана специальный амулет, старый рыцарь облачился в доспехи, да повесил его себе на шею. Обернувшись чистым светом, он, подобно солнечному лучу, спустился на землю.
При его появлении десяток воинов крови, стороживших пустые ворота, дружно отступили назад. А вот от чужаков, наоборот, один вышел вперед. Остальные же насторожились, занимая удобные позиции. В руках они в основном держали копья, да пара несла сети.
— Воин света! — Белобородый зверолюд говорил громко, охрипло. — Слуга яростного огня! Мы пришли к тебе просить о мире и дозволении! — Он протянул вперед здоровенную рыбину, размером в пол человеческого роста.
Рейнхарт опешил, еще никогда к нему не обращались подобным образом. Однако, коротким жестом указал братьям забрать дар.
— Мы народ калу’ак, чужеземцы. — Освободившись от ноши, клыкарр продолжил говорить. — А я старейшина кочующего клана Аюш, по имени Борок. Духи предков направили меня к вам вперед клана, повелев просить.
— Кхм… О чем же?
— Раньше тут не было вашего дома. — Калу’ак широким взмахом обвел продолжавшую строиться крепость. — Мой клан приходил в эти земли следую за рыбой. Теперь место занято. Без рыбалки мы обречены на голод и долгий путь.
— Можете остаться. — Сенешаль пожал плечами, не видя никакой угрозы в соседстве с небольшим числом дикарей. — Мы не промышляем добычей рыбы. Но можем обменивать у вас излишек, если море будет благосклонно.
— Будет. — Старейшина издал протяжный свистящий звук, похожий на выдыхание. — Эти места богаты.
— А не встречали ли вы такие камушки? — Сенешаль погрузил руку в фиолетовый провал и извлек мешочек. Ослабив тесемку, он выставил его перед собой, демонстрируя жемчужины.
— Редко попадаются в раковинах, что мы достаем из ловушек на крабов. Бывают голубые, синие-синие, почти черные, что чернила кальмара. И покрупнее.
— Их мы тоже готовы обменивать. Как разобьете стоянку, пусть желающие торговать приходят свободно, без страха. Мы не причиним вреда добрым соседям.
— Предки сказали так же. Те, кого приняли красные драконы, наделены честным и справедливым сердцем. Надеюсь, мы станем друзьями, воин света. — Старейшина неловко поклонился. Было заметно, что делает он это впервые, к тому же, комплекция тела не позволяла завершить движение в полной мере. — У калу’ак слишком много врагов и совсем нет союзников.
— Зови меня Рейнхарт.
— Слишком сложное имя! — Клыкарр рассмеялся.
— Раз так, не стану настаивать.
— Через два дня мой клан будет неподалеку. Я приду еще раз выразись благодарность.
— Надеюсь услышать несколько историй о духах твоих предков, старейшина. И врагах твоего народа.
— Да будет так. — Калу’ак с готовностью согласился. — Я даже научу тебя рыбачить, слуга яростного огня! До встречи. — Он помахал, прежде чем повернуться к членам своего клана.
Недолго посмотрев вслед уходящим, Рейнхарт отдал распоряжение страже ворот и, обернувшись светом, стрелой пронзил воздух. Влетев в окно своего кабинета, все больше обретавшего черты такового в Цитадели, он уселся за стол. Привычно раскрыл записную книгу и начал делать пометки. И хоть на память он не жаловался, дела предпочитал держать в строго порядке.
«Выглядят и ведут себя они примитивно, но могут оказаться ценными соседями» — Думал сенешаль. — «Судя по оговорке, о характере красной стаи знают достаточно хорошо, как-то выведали информацию о нас. Надо будет расспросить про духов побольше. Что это за сущности такие»
Рука старого рыцаря парила над бумагой, выводя букву за буквой, без надзора разума.
Дверь в помещение отварилась и внутрь прошла Тиамат, аккуратно прикрыв за собой.
— Кто это были? — Полюбопытствовала она.
— Представители местного народа. Гуманоидная раса. Судя по внешнему виду, металла они не знают. Или только начинают осваивать. Оружие из костей. Одежда из меха, хотя это может быть связано с царящими тут холодами.
— Упаси, Рейнхарт. — Хранительница Сокровищницы закатила глаза, подходя к бойнице-окну. — Это будет интересно послушать моему супругу. Я лишь хочу знать, опасны ли они.
— Пока рано давать полноценную оценку. Но предварительно… нет.
— Хорошо. Чем меньше угроз, тем лучше.
— Страж не разрешит детям прийти на Азерот. — Сенешаль покачал головой. — Пока живы Древние Боги, пока нам неизвестно на что способны сильные мира сего.
— Видишь меня насквозь. — Драконица надула губы.
— Господин жаловался.
— Я своих детей люблю и зла не желаю, но Алголон слишком уж озабочен их безопасностью. Мы не люди и не эльфы, не настолько хрупкие создания. — Тиамат фыркнула. — Стаи живут в этом мире с самой его зари. Так почему наши потомки не могут летать в небе Азерота? Разве они слабее? Сильнее, я уверена!
— Черная стая пала. Древний бог свел с ума Аспекта, а через него — и всех остальных. — Возразил старый рыцарь. — Прочие стаи тоже подвержены влиянию, хоть и в меньшей степени. Возможно, у ваших детей защиты не окажется вовсе.
«Порой Тиамат ведет себя слишком уж… незрело» — Сенешаль вздохнул про себя.
— Со мной и Алголон все в порядке. — Хранительница Сокровищницы опустила ладони на живот. — Будь иначе, он не позволил бы мне оставаться на Азероте.
— Я знаю, у тебя достаточно терпения, Тиамат.
